Читаем без скачивания Победить тьму... - Барбара Эрскин

— А вы уверены в том, что не видели ее? — Инспектор Томас, казалось, был чересчур подозрительным. Реакция доктора Адама Крэга была очень странной. До этого он успел уже поговорить с миссис Крэг, и создалось такое впечатление, что она тоже что-то недоговаривала.

Адам добавил:

— Могу только допустить, что, как я уже и говорил и вам, и доктору Фернесу, эта Брид может быть дочерью той Брид. Но будьте уверены, сюда она не приходила. — Он понял, что не может взглянуть сидевшему перед ним мужчине в глаза.

— Тогда почему, доктор Крэг, у меня такое чувство, что вы от меня что-то скрываете? — Томас вздохнул. — Не сомневаюсь, вы не станете защищать такого опасного для общества человека, как она. Мы написали предупреждение и расклеили во всех публичных местах, чтобы люди избегали ее и по возможности не приближались.

— Если я увижу ее, я вам обязательно сообщу. Обещаю. — Глубоко вздохнув, Адам встал, надеясь, что тем самым даст понять, что разговор окончен. Они и так уже беседовали более часа.

Возникла долгая пауза, во время которой инспектор Томас внимательно изучал его лицо. Затем, наконец, он встал со стула и тоже вздохнул.

— В таком случае, закончим разговор, доктор. Пожалуйста, если вспомните еще что-нибудь, обязательно свяжитесь со мной. Возможно, мне понадобится еще раз навестить вас и поговорить. А пока я полагаю, что мне не стоит повторять вам, насколько она опасна, и что вы должны принимать все меры предосторожности. Кажется, доктор Фернес абсолютно убежден в том, что она направляется именно сюда.

Адам подождал, пока черная машина не отъедет от ворот его дома, затем позвонил Ивару Фернесу.

— А вы показывали ей ваши записи и упоминали о происшествии с кошкой?

— Я очень удивлен, что вам понадобилось спрашивать меня об этом. — К этому моменту Ивар убрал все записи частного характера по поводу Брид в портфель. В одном он был сейчас абсолютно уверен: ему не следует оставлять их в своем рабочем кабинете в госпитале. Это была конфиденциальная информация. Более того, было еще одно обстоятельство — никоим образом он не должен был поставить под удар собственную репутацию врача и ученого в глазах общества. Ни в коем случае нельзя было дать понять, что он хотя бы на йоту сомневается в невозможности всех этих перемещениях и верит историям о переселении душ и путешествиях во времени.

— Послушайте, старина, я понимаю, что мне не следует говорить вам это, но будьте осторожны. Мне кажется, у нее есть все необходимые карты на руках, и она очень опасна. В этом не может быть никаких сомнений.

— А вы уверены, — Адам выглянул в сад, подумав о том, что в этот момент, может быть, увидит там кошку, — что точно не знаете, где она?

— Абсолютно. — Ивар защелкнул застежку своего портфеля. — Не может быть никаких сомнений в том, что она исчезла.

Убив Дебору Уилкинс, Брид ликовала. Избавившись от этой женщины с ее убогим умишком, которая всегда была так жестока к ней, Брид почувствовала себя фаворитом судьбы. Это чувство усиливалось вместе с той энергией, которую она черпала из вытекающей из безжизненного тела убитой крови. Все это позволило ей уйти из госпиталя. Она окружила себя невидимой ширмой и прошла через ворота в тот момент, когда они открылись для того, чтобы пропустить служебную машину. Она прошла вверх по дороге, свернула за угол и исчезла из виду. С собой у нее была единственная вещь — ее сумка. В ней лежал нож для резки бумаги, гребень, компакт-зеркало и медная запонка Адама. Она долго шла пешком, прекрасно понимая, что очень скоро начнет привлекать к себе внимание людей и ее смогут опознать по убогой больничной одежде. Ей нужно был найти что-нибудь другое, и случай очень быстро улыбнулся ей. Она увидела, как на бельевой веревке на ветру развевается то, что ей было надо. В доме никого не было, сад был очень уединенный и ухоженный. Она выбрала себе платье, шелковую комбинацию, нижнее белье и два шерстяных свитера, один из которых надела, а второй накинула себе на плечи. В саду в компостной яме она закопала свой больничный голубой халат и жесткое неудобное нижнее белье. Произнеся молитву во славу Господа и благословив Создателя, она спокойно вышла из ворот. Никто ее не видел. Сообщение о краже поступило в полицию только на следующий день. К тому времени Брид уже была за многие километры от этого места.

Ее энергию питали гнев, беспомощность и бездеятельность, когда она находилась в больнице. Сейчас ее первоначальная эйфория и радостное возбуждение прошли, и Брид начала выдыхаться. Дважды она останавливалась, чтобы передохнуть, и во второй раз почувствовала странное жужжание в голове. У Брид было нехорошее предчувствие. Она шла, пошатываясь. Ей необходимо было найти какое-нибудь безопасное место, чтобы спрятаться, переждать, где бы она снова смогла собраться с силами и отогнать от себя демонов, которые крались за ней по пятам. В ее голове снова был Бройчан. Ни в коей мере нельзя было допустить, чтобы она снова впала в транс где-нибудь в публичном месте. Она хорошо усвоила этот урок. Если кого-либо обнаружат в таком состоянии, то непременно заберут в больницу. А поскольку ни врачи, ни персонал не в состоянии понять, что случилось с этим человеком, к тому же они не могут установить его личность и связаться с его семьей, так как у них нет ни адресов, ни каких-либо связей, они сочтут его сумасшедшим. В этом смысле люди из мира Адама были очень примитивны. Они совершенно не понимали, как работает ее организм. Они тупо отвергали священное искусство, считая его лишь плодом больного воображения. Хотя она и подозревала, что Ивар Фернес начинает понимать ее.

Ей было грустно оттого, что она рассталась с ним. Он ей очень нравился. Он был добрый и пытался понять ее. С ним она чувствовала себя в безопасности. Но эта Дебора Уилкинс испортила все своей бесконечной враждой в тот последний день, когда она с такой злобой перебинтовывала рану Брид. Она снова принесла с собой иголку, которая могла утянуть Брид в бесконечный сон. Ее глаза на мгновение сузились, но затем видение исчезло. Теперь уже эта женщина была ей не опасна и поэтому безразлична. Как уже давно стала безразлична ей Джинни Бэррон. А те люди, которые не представляли для нее особого значения, не стоили того, чтобы она о них помнила.

Заставляя себя идти вперед, Брид повернула за угол улицы и увидела, что на автобусной остановке в ожидании пассажиров стоит автобус. Она подошла ближе. Автобус был пустой. Водитель и кондуктор, прислонившись к стене, спокойно курили под приятным весенним солнцем и ждали времени отправления. Она поднялась по ступенькам и направилась к переднему сиденью. Здесь она снова окутала себя пустотой. Это был один из самых простых приемов, которым она выучилась в Крэг-Федреге. Когда пассажиры заполнили автобус, водитель занял свое место за рулем, но ее никто не побеспокоил. Передние сиденья, которые обычно очень популярны среди пассажиров, по непонятным причинам остались незанятыми. Когда Брид поднялась, прошла через весь автобус к задней двери, чтобы сойти, кондуктор не потребовал у нее платы. Если бы кого-нибудь из пассажиров спросили, они бы наверняка сказали, что да, они очень смутно помнят, что на переднем сиденье сидела какая-то женщина. Но они не в состоянии будут описать ее и не смогут сказать, на какой именно остановке она вышла.

Брид решила сойти, когда автобус свернул с оживленных улиц и направился в пригород. Концом маршрута являлась деревня, находящаяся в пятнадцати километрах севернее Лондона. Брид встала на платформу, готовясь сойти, и автобус тотчас же остановился на остановке, на которой совершенно не было народа. Она быстро спрыгнула с подножки, и автобус поехал дальше. Водитель сам не мог понять, зачем он совершил остановку, если никто не желал ни зайти, ни выйти из автобуса. Никто не нажимал кнопку звонка.

Некоторое время она стояла и осматривалась вокруг. Потом направилась к воротам, ведущим в поле. Был теплый весенний вечер, и трава, приготовившись ко сну, поднялась вверх. Брид легким шагом шла по полю, чувствуя себя безмерно счастливой оттого, что она находилась далеко от тех оживленных улиц, на которых страдала клаустрофобией. На поле паслись черные коровы с белыми пятнами. Когда она проходила мимо, они не потрудились даже взглянуть на нее. Только одна или две подняли морды и посмотрели ей вслед. Ее расплывчатая фигура медленно удалялась от них. Оставив позади себя поле, Брид перелезла через небольшой ров и очутилась в маленьком лесу. Холодало и темнело, но Брид не боялась холода. Если будет надо, она пойдет к коровам и прижмется к ним. Они согреют ее и поймут, почему она так остро нуждается в них. Но сейчас ей было нужно больше, чем просто тепло. Ей нужно было найти место, где она может в одиночестве думать и медитировать, где она сможет заново собраться с мыслями, силами и намерениями и определить ту цель, до которой она хочет дойти. И еще ей нужно было освободиться от преследования Бройчана.