— Э, нет, постой! — торопливо произнёс Марк, боясь, как бы Леопольд прямо сейчас не отправился к Инге. — Ты же обещал сохранить всё в тайне.
Кот мигом умерил свой пыл.
— Да, обещал, — нехотя признал он. — Но я тебя не выдам, будь уверен. Просто явлюсь в Кэр-Магни, подерусь с Нильсом, а потом скажу Инне, что видел, как он уходит в Пустоту.
— Только не сейчас, — попросил его Марк. — И не сегодня. Через несколько дней, ладно? Иначе Инга свяжет это с твоим визитом ко мне — ведь Владислав ей расскажет, обязательно. И тогда получится, что ты меня выдал. Пожалуйста, потерпи недельку. Всё равно Нильс никуда от тебя не денется.
— Ну, хорошо, хорошо, — уступил Леопольд. — Потерплю, так уж и быть. А потом устрою Инне о-очень большой скандал.
— Вот и договорились, — сказал Марк. — Ну что ж, пойдём ко мне, там поболтаем. И накормлю тебя, если ты голоден.
Леопольд, который всегда был не прочь перекусить, охотно согласился.
— Только постарайся не шуметь по дороге, — предупредил его Марк. — Сейчас ещё ночь. Вернее, слишком раннее утро.
Глава 11
Они вышли из подвала и стали подниматься по лестнице. Следуя просьбе Марка, кот молчал, лишь тихонько мурлыкал на ходу — причём отнюдь не добродушно, а весьма сердито. Чувствовалось, что он здорово обижен на Ингу.
Марк же пребывал в полной растерянности. Получалось, что мастер Ильмарссон отправил Нильса не куда-нибудь, а в Кэр-Магни, на Ланс-Оэли. Вне всяких сомнений, он поступил так с ведома и при участии Инги, которая, в свою очередь, пробудила у кота способность путешествовать через Перекрёсток миров. Судя по всему, Владислав был совершенно не в курсе происходящего, иначе бы совсем по-другому отнёсся к желанию Марка повидать Леопольда. Как минимум, проявил бы больше любопытства.
«И наверняка придумал бы причину для отказа, — пришёл к выводу Марк. — Значит, он ничего не знает, это всё Инга. Если бы я обратился к ней, она бы сразу заподозрила неладное… А впрочем, и так заподозрит — как только ей станет известно, что Леопольд был у меня. Тогда она устроит ему допрос с пристрастием, всё выведает и поймёт, что я проник в их тайну…»
Правда, Марк толком не понимал, что это за тайна. Он лишь выяснил, что Андреа и Гвен время от времени посещали Ланс-Оэли, куда их доставлял Нильс. Безусловно, Инга была в курсе этого, и тут уж сам собой напрашивался вывод, что её с Андреа внешнее сходство не просто случайность, они всё-таки родственницы — пусть не близкие, а дальние, так что проверка волос не показала их родства. Хотя могла и показать, однако Ильмарссон вовремя прознал об этом и под каким-нибудь предлогом убедил мастера Алексиса скрыть правдивые результаты.
Но и это ничего не объясняло. Даже если допустить, что Андреа приходится Инге родной сестрой, чьё существование, в силу определённых причин, до сих пор держится в секрете, то всё равно непонятно, причём здесь Нильс. Ведь Инге, чтобы видеться с Андреа, не нужен никакой кот; с тем же самым успехом она может сама тайком являться в школу и забирать её куда угодно — скажем, в тот же Кэр-Магни.
Нет, тут концы с концами не сходятся. Очевидно, Нильс с его пробуждёнными способностями понадобился для других целей. И это связано именно с Ланс-Оэли…
На площадке между пятым и шестым этажами Леопольд обогнал Марка, остановился перед ним и шёпотом произнёс:
— Слушай, Марк, здесь как-то странно.
— А именно? — спросил Марк, тоже остановившись.
— Я чувствую здесь что-то непонятное.
— Где?
— Повсюду. А больше всего там, — кот поднял лапу и указал в сторону правого крыла. Направление в точности совпадало с тем, где находился бывший кабинет истории.
— Ага… — произнёс Марк. — И как сильно ты это чувствуешь?
— Слабо, на самом пределе.
— Там что-то опасное?
— Мр-р… Не думаю. Я не чувствую совсем никакой угрозы. Ни малейшей. А я ведь очень чуткий и восприимчивый.
— Да, знаю. Ну, ладно, пойдём дальше.
В молчании они дошли до квартиры Марка. Карины там не оказалось — видно, решила погулять, а может, обиделась на хозяина, что он прогнал её на самом интересном месте. Марк угостил Леопольда молоком, после чего спросил:
— А когда Нильс появился на Ланс-Оэли?
— Ну, — задумался Леопольд, — это было давно. Ты же знаешь, считать время я не мастак. Кажется, это было после дня рождения Владислава. Ему исполнилось… да, двадцать восемь!
Марк кивнул. Всё совпадало — как раз четыре с половиной года назад Нильс был объявлен мёртвым, а Андреа и Гвен начали работать в школе.
— Теперь постарайся вспомнить, котик, — попросил Марк. — В этот период в Кэр-Магни что-нибудь произошло… ну, особенное?
— Да вроде нет. Если не считать, конечно, появления самого Нильса.
— Ты уверен? — настаивал Марк. — Подумай хорошенько.
Леопольд ответил не сразу, а сперва основательно приложился к блюдцу с молоком. Затем облизнулся и фыркнул:
— А что тут думать! И в Кэр-Магни, и на всём Ланс-Оэли ничего не происходит, ничего не меняется. В общем, там довольно скучно, и, правду сказать, меня совсем туда не тянет. Я хочу прогнать Нильса просто из принципа — за то, что он такой нахальный тип. Если бы он вёл себя нормально, я бы и так уступил ему территорию. А сам приходил бы изредка, чтобы поиграть с Феликсом.
— Кто такой Феликс?
— Внук Суальды… или правнук. Точно не знаю… хотя какая разница. Она взяла его к себе на воспитание. Суальда любит о ком-то заботиться, а ещё больше любит командовать. Когда Шако вырос и ушёл от неё, она стала тосковать, вот и нашла нового внучонка.
— И давно?
— Примерно за год до Нильса. Тогда Феликс ещё был малышом, ходить уже умел, но разговаривал всё какими-то непонятными «бу-бу-бу», «ну-ну-ну». В общем, в то время с ним было не очень интересно. А когда он начал говорить нормальным языком, объявился чёртов Нильс. Вот так. — И кот снова принялся лакать молоко.
— Н-да, — протянул Марк, — странно…
Он совсем не был уверен, что Феликс имеет хоть малейшее отношение к этой таинственной истории — ведь, если верить Леопольду (а точнее, его ненадёжному чувству времени), то мальчик прожил в Кэр-Магни около года до начала всех остальных событий. Хотя, с другой стороны, это ещё ничего не значит, ведь вряд ли всё началось только тогда, когда Андреа с Гвен поступили в школу. Так что Феликс вполне мог оказаться неотъемлемой частью той загадки, которую Марк пытался распутать. Например, это сын Андреа (при этой мысли Марк почувствовал укол ревности), и по непонятной, но наверняка очень веской причине его приходится прятать. Это полностью объясняет подслушанный Сондерсом отрывок из разговора Ильмарссона с Гвен, когда она утверждала, что Андреа не откажется от поездок. Ещё бы — отказаться даже от редких встреч с сыном!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
