к сети подключил, а про гостя будто и не вспоминал. Разве не странно?
— Согласен, — подтвердил сержант опасения посредника, — Твой человек ещё там?
— Пока, вроде да, — замялся Клещ и пояснил, — По погремухе не суди. Базлай хоть и любит понтоваться, да гонором меряться, а трусоват, когда дело до колдовства доходит. Ночью стоять категорически отказался. Думаю, через полчаса сдристнет. Так что, если инфа заинтересовала, поторопись. Амба знает дорогу, а Базлай вашу тачку.
— Принял, — уведомил коллегу Шрам и повесил трубку.
Короткие, без суеты, сборы и группа, погрузившись в ВПК «Урал», мчалась в сгущающуюся темень. Как Амба не старался, не испытывал подвеску на прочность, а в полчаса не уложился. Минут пятьдесят потребовалось, чтобы выбраться из слободы и встроиться в раскисшую колею по направлению жилища шептуна.
Коренастая фигура в длинном дождевике, нервно месила грязь перед огромной лужей.
— Ты Базлай? — спросил Шрам, опуская боковое стекло.
— Лужи не бойтесь, она только на вид непроходимая, — не обращая внимания на вопрос, заявил соглядатай, — Следуйте до края леса. За опушкой повернёте. Там дороги нет, потому как, гостей Дыркун не привечает, но тропка утоптанная, земля плотная. Ваш вездеход проедет.
— А проводить не желаешь?
— Сами справитесь. Окромя хаты шептуна, там ничего нет. Ветряк только слепой не заметит, а, в аккурат, под ним дом.
— Того деда ты прежде в слободе встречал? Больно колоритная личность, судя по описанию.
— Точно нет, — подумав, уверенно сказал бродяга, — Только это ничего не значит. Сейчас обозы каждый день прибывают. Может он из мигрантов?
Расспрашивать топтуна дальше, смысла не было. Шрам махнул рукой, отпуская наблюдателя и поднял толстое армированное стекло.
— Гаси фары. Прямо за поворотом остановишься. Дальше пойду один. Всем ясно?
Последнее сержант спросил, обращаясь в микрофон. Ответ последовал строго по уставу.
В каком-нибудь крутом военном боевике, непременно нашёлся бы славный человек с большой буквы, который непременно потребовал взять с собой для страховки, а финале обязательно закрыл командира грудью. И смазливая девчонка, которая всегда в кино присутствует в любой диверсионной группе, бросилась бы, растрепав по плечам ухоженные и аккуратно подстриженные стилистом волосы, причитая: «Не пущу»!
Только сейчас речь не шла о кассовых сборах и рейтинге в бюллетене «Кинопоиска». В настоящем подразделении беспрекословно подчиняются приказам командира.
Мягко прикрывая дверцу, чтобы не создавать лишнего шум, Шрам успел заметить, как четыре тени метнулись в стороны от дороги, осуществляя прикрытие боевой машины. На крыше тихо звякнули крепления станка, когда Бирюк развернул пулемёт в сторону ветрогенератора.
— Есть чего бояться? — спросил Шрам своего постоянного спутника, отдалившись на десяток шагов.
— Откуда мне знать? — прошипел Бесёнок, всё ещё обижаясь на похабные комментарии по поводу его краткосрочной свадьбы, — В доме двое. Магическая аура слабая. Как ворожей, Дыркун довольно хилый. Второй, вообще, не по этой части. Но он нас уже почувствовал, и гораздо раньше хозяина.
— Безликий?
— Наверное, его так называют местные. Я имени не знаю, но уверен, что он представится сам. Они ждут, так что таиться нет смысла.
— И почему я тебе верю? — покачав головой, резонно спросил сержант.
— Потому что…
— Не надо отвечать! Это был риторический вопрос.
Перестав подкрадываться, Шрам, поправил перевязь автомата, направив луч тактического фонаря под ноги. Открыто зашагал по направлению к, едва теплившемуся в темноте, окошку избы. Когда тропинка уткнулась в изгородь, увитую то ли плющом, то ли хмелем, пнул ногой калитку и ступил во двор. Садоводством Даркун не занимался. Не попалось даже узенькой грядочки, где можно растить минимальный запас зелени. Не говоря уж об теплицах и плодовых деревьях, с хитроумной системой полива. Не аграрий, шептун, а потому надел земли использовал исключительно для складирования различного хлама.
Проявлять вежливость и стучать Шрам не стал. Толкнул тяжёлую дубовую дверь и вошёл в сени.
— Доброго здравствия, хозяин! — приветствовал сержант, заглядывая в горницу, — Извиняюсь, что без приглашения, да ещё в столь неурочное время.
Шептуна, сидящего во главе стола, он узнал сразу. Клещ подробно описал его внешний вид, а вот примостившееся сбоку существо идентифицировать не удалось.
— Здравия и тебе, отмеченный печатью доверия. И тебе бес крылатый, — хозяин слегка привстал и поклонился, — Не обессудьте, что без должного уважения, но мы не принадлежим к устоявшемуся кругу нави и традиции соблюдать не обязаны. За метку, что поставили девы Священного озера, честь тебе и хвала, только договор мы не подписывали и помогать добровольно, желания не испытываем.
— Хотя бы представиться, разве не соблаговолите? Раз уж сам к вам явился.
— Про меня тебе уже много чего рассказали. Половине можешь смело не верить, а от второй половины отказываться бессмысленно.
— Не взыщи, Дыркун, но я сам решу, чему верить, а чему нет. Представь товарища. Он, как я понимаю, сам не говорит.
— Обет дал молчания. Пока не отомстит за свою смерть, слова при человеке не произнесёт.
— Жёсткая клятва, прямо, как схима православная. Я не глумлюсь, просто полагаю, что его обидчиков давно в живых нет.
— Увы. Век человека скоротечен. Одна надежда, что умертвили злодеев так же и бросили без погребения. Тогда есть шанс встретиться их души, обречённые на скитания, и поквитаться. Звали его при жизни Митя, а сейчас он «обочник» из нежити.
— Ясно, — кивнул Шрам, опуская маску с лица, — К столу не пригласишь? Разговор у нас предстоит долгий.
Глава 28
В начале десятого группа, наскоро перекусив и выпив успокаивающего чая, расселась в командном закутке, ожидая отчётного доклада.
Особых распоряжений для сбора не понадобилось. Еще на опушке, Шрам вернулся в «Урал» с таким загадочным выражением лица, что даже у Амбы, опасливо смолящего цигарку и прячущего огонёк в кулак, зачесались все хотелки одновременно. Примчался, бросив срочные дела, Клещ, вызванный из офиса. Он сначала возмущался, а узнав, что Шрам собирается обсудить итоги посещения дома шептуна, страстно загорелся желанием услышать новости.
Во избежание дурного влияния, зачарованных усадили сбоку. Чтобы не перенимали неадекватные выходки старослужащих, Бирюк постелил им на колени рогожку, выдал по «Грачу» и приказал разбирать и собирать пистолеты до полного отупения.
— Прежде чем изложить детали моего общения с Дыркуном, хочу спросить: кто из вас верит в нечисть? — начал командир, внимательно присматриваясь к реакции присутствующих.
— Это в домовых и леших? — насмешливо переспросила Анжелика, прикрывая ладошкой губы, расплывшиеся в озорной улыбке.
— И в них, в том числе, — погрустнев от столь глубокого анализа своего заместителя, вздохнул сержант.
— Местные все верят, — взяв на себя ответственность говорить за общество, веско сказал Клещ, — Значит, шпионы Бени Корня нелюди? Надеюсь, не упыри?
— Сам знаешь, что нет. Иначе
