очередного приезда мецената или сама пошлёт гонца с весточкой? Логичнее было бы убрать её как свидетельницу.
Шрам так бы и поступил, будь она простой сектанткой. Сгинула и сгинула. Никто бы много вопросов не задавал, учитывая, что в округе бродит стая мутантов. Но она настоятельница обители! Кипишь поднимется жуткий. Узнает вся область, плоть до Мурома. Одни поохают, сочувствуя, другие сообразят, что это неспроста и проведут расследование.
— Бирюк, — прервал молчание Шрам, — Послушницы, или как их назвать, обо всём докладывают настоятельнице?
— Думаю да, — неуверенно сказал пулемётчик, — А вот как быстро, не знаю. Возможно Настёна уже доложила, а может, сделает это после утреннего благословения. Повода не было интересоваться их обычаями.
— Хреново, — определил ситуацию сержант, — Зря о Брюсе расспрашивал.
— Да погодь, командир. С какого лешего Настёне докладывать о причине нашего визита? Это же обитель последнего завета. А каков завет? Покидая мир, озари его своей добротой и участием, дабы на небесах видели твоё милосердие и сострадание. У баб же чуть ли не соревнование про меж собой идёт. Кто больше утешит, тот ближе к небесной покровительнице встанет. Доложит, обязательно доложит, да ещё на весь посёлок раструбит, что зараз утешила двоих и благословила с честью нести бремя последних в роду человеческом.
— Зуб дашь?
— У меня своих нет, — донеслось из наушника, — А металлокерамика зачем тебе?
— Клещ, — переварив слова Бирюка, позвал сержант, — Сбавь обороты. Не ровен час, увязнем или в кювет улетим. Похоже, погони не будет.
Амба тоже перешёл на пониженную передачу и «Урал», обретя сцепление с дорогой, перестал елозить и взбрыкивать на раскисшем грунте. Лучи фар уставились в колею, прекращая скакать по сторонам.
— Чё случилось-то? — задал посредник, волнующий всех вопрос.
— Похоже, я знаю зачем Мирский обосновался в вашей глуши, — признался Шрам.
— И? — выдохнул, в нетерпении, Клещ, — Только не надо вспоминать про крысу!
— Не буду, — честно пообещал сержант, — Судя по последним событиям, это уже не актуально. Придётся либо играть в открытую, либо нас уничтожат в ближайшие двенадцать часов. И не чернокнижники, а те, кто крышует весь этот заговор.
— Эпический случай! — выругался посредник, — Я думал, у тебя мания преследования, когда приплёл к чернокнижникам коллег и минздрав. Давай подробности!
— В обозе, с которым я прибыл сюда, ехала семья из Москвы. Отец с матерью, сын, годков восемнадцати и дочка, помладше. Так вот. Родители сейчас в коммуне «Последний завет». Именно их приезжает проведать Брюс и он же пристроил родаков в эту богадельню. Оба зачарованные, как наши новобранцы. А вот где дети, надеюсь, вы уже догадались!
— Мля! Киднеппинг — это федеральное преступление! Если замешано ФСБ, то речь идёт не о саботаже, а о предательстве. Похитить половозрелого парня, способного к размножению, это…
— Тёма! Ты берега не попутал?! Сейчас говоришь о человеке, как о самце обезьяны! «Способного к размножению»… — спародировала Анжелика.
— Говорю, как есть! — вспылил Клещ, не обратив внимания, что девушка назвала его по имени, — Родители имеют двоих детей! Это, чёрт побери, сам по себе уникальный случай! Значит, пацан с сестрой, однозначно, способны оплодотворить или зачать ребёнка. Это преступление против страны!
— Угомонись, — прервал вопли посредника Шрам, — Ты просто завидуешь.
— А если это секретная федеральная программа? — неожиданно вмешался Семён.
— А чернокнижники причём?
— У нас, в смысле, людей, не получилось, привлекли их. Колдунам, ведь, тоже нужны слуги, от которых они будут подпитываться энергией. Если человечество исчезнет, на ком они будут паразитировать? На мышах? Свиньях?
— В том, что чернокнижники заинтересованная сторона, доля истины есть, — вынужден был признать Шрам, — Но ты утрируешь суть проблемы. Никому они помогать не собирались и не собираются. Их замысел проще и коварнее. Три года назад, наша группа ликвидировала беглых радикалов, пытающихся вырастить в утробе матери аналог Изменённого. Женщин использовали как биологический контейнер, а плод, скорее всего, был репликацией нескольких видов ДНК. Хотя у руководства имелось мнение, что оплодотворили яйцеклетку реальной спермой Изменённого. Так что демографическая проблема здесь совершенно не причём, она экспериментаторам в хер не впилась.
— Хочешь сказать, что парень уже мёртв? — спросил Клещ, озабоченный судьбой пацана.
— Однозначно, — подтвердил сержант, — Родителям стёрли память, девочка подошла по всем параметрам для зачатия, а парень никому не нужен.
— И что ты будешь со всем этом делать? — спросил Амба, яростно крутя баранку, чтобы не вылететь из колеи.
— Попытаюсь убить всех, причастных к эксперименту.
— А что с девочкой?
— Если она уже беременна, то придётся ликвидировать вместе со всеми. Поймите, она всё равно умрёт при родах, а вот тот, кого она родит, будет совсем не человек.
Обратный путь занял на сорок минут дольше. Темнота друг молодёжи, а вот водителю заклятый враг. В двадцать первом веке, на ровной и гладкой дороге, может и выжимали сотку на федеральных трассах. А ныне, по раздолбанной колее, в осеннюю распутицу, трудно разогнаться больше пятидесяти даже на внедорожнике.
— Может к тебе Карину завезти? — предложил Клещ в момент прощания, — Деньги уплачены, а кобылка простаивает.
— Не до неё сейчас, — хмуро отказался Шрам, — Жопой чую, началась финальная фаза.
— И каковы мои действия?
— Рабочий день в управе с девяти? Подскакивай, прикроешь, ежели учётчица ФМС артачиться начнёт. Нужна вся инфа по этой семейке. Кто, откуда, куда ехали и с какой целью.
— Завтра воскресенье. Выходной, — напомнил Клещ.
— Значит вытащим её из постели и заставим открыть архив.
— Лучше я сегодня позвоню Бене и решу этот вопрос.
— Тебе виднее, ты же решала, — Шрам, прощаясь, протянул руку, — Спокойной ночи.
— Что-то мне спать расхотелось, — сплюнул посредник и, сев в машину, укатил к себе на базу.
Пренебрегать утренней пробежкой командир не стал. Тем более, что распогодилось и Стрибог разогнал тучи, явив слобожанам бездонное небо с бесконечной россыпью мерцающих звёзд. Да и время позволяло.
Завтракать расположились, выбрав ровный участок с полёгшей, но ещё зелёной травой. Сидушки из изонола избавляли от цистита и позволяли комфортно поглощать кашу из саморазогревающихся банок.
Бес попытался улизнуть к новой подруге, но сержант поймал за лапу и вернул на плечо.
— Командир, — обратился Бирюк, облизывая ложку, — Извиняюсь за напоминание, но экзоскелет должен уже прибыть. Нужно опробовать его, подогнать под фигуру.
— Сегодня же воскресенье.
— Побоку. Лабаз без выходных.
— Ну и отлично. В девять у меня встреча в управе. По дороге высадим тебя у магазина. Возьми в помощь Обморока.
На том и порешили.
Пять минут десятого Амба затормозил возле броневика Клеща. Тот курил, присев на бампер и философски смотрел на поднимающееся над горизонтом Солнце.
— Маркел загнал стаю в песчаный карьер, — сообщил посредник, — Ребята сверху перестреляли мутантов, как в тире.
