пытался сопоставить все имеющиеся данные. Пропавший проклятый груз, тела имперцев на борту. Брошенный лагерь. И теперь лагерь здесь. Не факт, что это всё связано части одного компании, однако можно предположить, что кто-то искал этот артефакт, отправляя поисковые группы. Кто-то его нашёл. И отправил тех, кто его забрал. И те поехали самой короткой дорогой прямиком на юг к ближайшему городу.
Вопрос лишь в том, почему эффект артефакта проявился именно здесь, и почему деревня исчезла. Кто-то им всё же завладел и начал тренироваться использовать? А почему тогда на деревне, за которую бы сто процентов схватились бы? Малхонты — отличные испытуемые, которые могут просто «потеряться». К чему было рисковать и использовать его на деревне? И как именно его использовали, что те просто пропали, а не превратились в тех тварей, похожих на зомби?
Кондрат обратился к тому источнику ответов, которым располагал собственным воспоминаниям. Припомнил, как сам был ранен там на корабле и как его потом лихорадило, когда он лежал в кровати, отогреваемый малхонтами.
Старейшина Такисуко потом продемонстрировала на его ранах, что может с ним произойти, если их не долечить — та тут же начала покрываться изморозью, похожу на кристаллики, едва соприкоснулась со снегом. Тогда она сказала, что это проклятие смерти, и он сам может стать одним из «зомби», если не долечить.
То есть, если тебя поцарапали, то была вероятность, что ты заражён и потом сам станешь таким, обрастая кристаллами. А знали ли об этом те, кто забрал шкатулку? И не был ли кто-нибудь из них ранен? И потом умер и его где-нибудь здесь похоронили? Они оживали, когда кто-то живой оказывался рядом и тревожил их, как это сделал сам Кондрат, сорвав с тела обращённого малхонта амулет. А не мог олень потревожить тело, чтобы то ожило и заразило уже оленя, после чего это разошлось по остальным, как чума?
Мог. И это было вполне вероятно. Остановились на ночлег, один из них умер, и они оставили его здесь, а похоже случайный олень потревожил его и заразился. Сильное животное, которое защищено жиром и мехом медленно и верно целый день уступало заразе, пока не обратилось и не заразило ещё трёх. А потом случилось что случилось…
— Родуми, — взглянул на него Кондрат. — Где-то здесь есть тело, заражённое смертью.
— Они не покидают корабль, — ответил тот.
— Этот, вероятно, покинул его, ещё будучи живым и умер где-то здесь. Если это так, то мы должны его найти и уничтожить.
Хотел ли Родуми с ним поспорить насчёт этого ил нет, Кондрат так и не узнал, потому что в этот момент к ним прискакала девушка по имени Нутико. В руках у неё было ружьё.
— К нам приближаются, надо собраться вместе.
— Кто? — тут же вскинул голову Кондрат.
— Не знаю, но не наши братья и сёстры. Кто-то из ваших, имперцев. И они вряд ли здесь просто так.
Кондрат поднялся повыше и посмотрел в сторону, где, гипотетически, располагался город. Оттуда в их сторону действительно приближалась группа людей. Они пока были далеко, однако сомнений не было, что они двигаются именно в эту сторону. И группа не была маленькой…
Глава 15
— Ещё нам гостей не хватало… — выдохнул Кондрат, разворачиваясь обратно к саням.
Около них остальные уже готовились к возможному бою. Когда Кондрат подошёл ближе, Рай бросил ему ружьё.
— Что скажешь, Кондрат? — спросил он, проверяя, заряжено ли оружие или нет.
— Думаю, что наткнуться случайно на нас здесь и сейчас было бы проблематично.
— Вот и я так думаю. На, посмотри, — протянул он ему бинокль.
Группа была достаточно большой, около пятнадцати человек, передвигающихся на пяти санях. Сказать, вооружены они или нет, сказать было сложно, но Кондрат искренне сомневался, что в путешествие на север кто-нибудь поехал бы без оружия. Это, не говоря о том, что двигались они именно сюда. Мало похоже на случайность.
— Феликс, ты на передовую со мной, — распорядился Рай и обернулся к малхонтам. — Я вынужден от имени империи попросить вас о помощи. Даю слово, что мы этого не забудем и это обязательно зачтётся вам.
— Зачтётся? — фыркнула Нутико с дерзкой улыбкой. — Да кому нужны ваши поблажки от империи?
— Нам не будет жалко, если вы друг друга перестреляете, — добавил другой из сопровождающих малхонтов.
— У нас могут быть разные взгляды и интересы, но кто-то отравляет эти земли, и вы видели, на что эта сила способна, — вмешался Кондрат, видя, как Рай хочет ответить тем же. — И, если это враги, они захотят помешать нам докопаться до правды, которая защитит и империю, которую вы ненавидите, и вас самих. Не ради империи, а ради защиты ваших братьев и сестёр вы должны нам помочь. Сейчас наши цели совпадают.
Они не любили имперцев, а те в свою очередь не любили малхонтов. Национализм в чистом виде. Малхонтов не интересовало, что и почему там происходит у имперцев. Им был важен исключительно их народ и защита его интересов. Именно за него они были готовы бороться и плевать, что там будет с другими. И вряд ли тут что-то изменится. Но сейчас ситуация изменилась, и Кондрат пытался донести это. Теперь у них был общий враг.
Родуми что-то сказал другим малхонтам. Полминуты они что-то обсуждали, после чего Родуми вынес вердикт.
— Мы останемся и поможем вам. А благодарность империи, от имени наших братьев и сестёр, можете затолкать себе в жопу.
Спасибо, конечно, но Кондрат от подобного бы воздержался. Рай скривился, но не ответил. Гордость гордостью, однако он знал, какова его цель и долг, а значит своё мнение по этому поводу можно отбросить в сторону.
— Спасибо, — холодно ответил он. — Тогда я попрошу держать оборону около саней. Феликс, если что, справится с ними, но на всякий случай.
Здесь негде было прятаться, не считая берегов реки, однако в этой ситуации и там было негде укрыться, так как случись что, перестрелка будет идти вдоль её устья, а не поперёк. Поэтому они немного перегруппировались. Собаки были отпущены, а сани выставлены в ряд, чтобы за ними можно было прятаться.
Рай и Феликс вышли вперёд на встречу незнакомцам, чтобы встретить и не дать приблизиться к их линии обороны. Остальные пока что стояли с оружием наготове. Можно было открыть огонь сразу или спрятаться, взяв их на мушку, однако это было проявление агрессии, и Рай не хотел стать причиной, по которой произойдёт перестрелка, если вдруг выяснится, что это не враги.
Пятнадцать человек против
