Маша кивнула, а главковерх закруглил тему:
– В результате таких наших действий события начнут развиваться непредсказуемо. Стоит той же Румынии начать ввод войск в Трансильванию, как повторится история с выстрелами в Сараево летом 1914 года, которая, как помнит ваше величество, и привела к Великой войне.
Маша изучала карту с указанием размещенных войск сторон. Да, все блефуют, каждый надеется урвать себе кусок и при этом ничем особо не пожертвовать.
– Как военный договор о «Малой Антанте» оговаривает помощь союзникам?
Гурко кивнул:
– Понимаю вашу мысль, ваше величество. Мы имеем союзнические обязательства по отношению к отражению внешней агрессии на территорию одного или нескольких членов «Малой Антанты». Если же они сами начнут агрессию, то защищать их члены «Малой Антанты» не обязаны. Так, в частности, поступила Италия, отказавшись вступать в войну на стороне Германии и Австро-Венгрии на том основании, что они сами начали войну, а не стали жертвой агрессии.
Императрица удовлетворенно кивнула.
– Если румыны хотят воевать за Трансильванию, то пусть воюют. Я не военный эксперт, но смею полагать, что легкой прогулки там не будет.
– Это так, ваше величество. Венгерский гонвед достаточно сплоченная и серьезная сила, а с румынами у них давние счеты. Но, смею напомнить, что вопрос румынского замужества дочери Николая многими в Бухаресте воспринимается именно в контексте возможного участия России в войне на стороне Румынии. Как, впрочем, и в Белграде такие же настроения. Кроме того, если германцы начнут ввод войск, то мы не сможем не двинуть войска в ответ, ведь тут вопрос не только в формальных обязательствах, но и в том, чтобы сохранить лицо и статус великой державы.
Маша задумчиво откинулась в кресле.
– Свадьбы намечены на 22 ноября. За это время может случиться все что угодно.
Например, выздоровеет Миша и снимет с нее этот груз. Вслух же она продолжила:
– Германцы рвутся до плебисцита, так?
Гурко утвердительно склонил голову:
– Точно так, ваше величество. А плебисцит 13 октября – через пять дней.
– Значит, Василий Иосифович, нам нужно сохранить лицо. Чтобы, как любит выражаться государь, дай Бог ему скорейшего выздоровления, и наши волки оставались целы, и чтобы наши овцы были сыты. Так что понаблюдаем пока за германскими успехами.
Генерал уточнил:
– Наши корпуса остаются на месте?
Императрица помолчала.
– Я не знаю, Василий Иосифович, как с военной точки зрения, но чисто с житейской – наша сдержанность может умерить порывы горячих голов по обе стороны событий. Я не хочу допустить новой войны в Европе.
Во всяком случае, пока Миша не поправится. Он – боевой генерал. Ему виднее. А что может сама Маша, кроме как позировать на парадах?
– Давайте возьмем паузу, генерал.
Тот козырнул и вышел из кабинета.
Но, как говорил в свое время Миша: «Если я не спущу псов войны с цепи вовне, они найдут себе цель внутри Империи».
Вполне может быть и так.
Вполне.
Придется блефовать.
* * *
Личное послание императрицы Единства Марии Викторовны кайзеру Германии Вильгельму II. 8 октября 1918 года
Ваше Императорское Величество!
Пожалуй, нет в мире итальянца, который не мечтал бы об обретении собственной государственности коронами и народами Австро-Венгерской империи – извечного недоброжелателя Италии. Однако официальный ввод германских и прочих войск соседей на территорию АВИ может вызвать нежелательные осложнения, препятствующие процессу мирного волеизъявления народов этой империи, что повлечет осложнения для интересов всех сопредельных держав, и может стать поводом к большой войне.
Позволю себе выразить надежду на то, что именно солдаты в форме австро-венгерских вооруженных сил смогут навести порядок в своем Отечестве, а мирные усилия держав-соседей разрешат ситуацию вокруг АВИ самым наилучшим образом, без официального ввода своих войск в Австро-Венгрию.
Однако, если после ввода иностранных войск ситуация в Австро-Венгрии будет дестабилизирована, то у НРС не останется другого выхода, кроме как ввести войска на территорию АВИ (Словакия, Словения, Чехия, Хорватия, Хорутания, Трансильвания и пр.) для обеспечения безопасности славянского и романского населения этой империи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Наши войска готовы к любому развитию событий.
Примите и проч.
Мария. Москва, Кремль, 8 октября 1918 года.
* * *
Германская империя. Бавария. Где-то у границы с Австро-Венгрией. 9 октября 1918 года
Суматоха поднялась прямо с утра. В расположение 16-го Баварского пехотного полка начали въезжать подводы, набитые мешками с обмундированием. Зазвучали резкие команды, интенданты спешно принялись разгружать доставленное и тут же распределять по казармам.
– Ефрейтор Гитлер! Получить обмундирование!
Подскочив к интенданту, он с любопытством увидел перед собой сложенную форму и сапоги, столь знакомые ему по прошлой, довоенной жизни. Форму австро-венгерской армии.
– Ну, похоже, началось.
Фельдфебель рявкнул:
– Разговорчики! Привести себя в порядок и ждать команду на построение!
Щелкнув каблуками, Гитлер убежал переодеваться в форму патрулефюрера.
* * *
Империя Единства. Россия. Москва. Кремль. Кабинет ее величества. 9 октября 1918 года
– Ваше величество! Срочное сообщение! Переодетые в австрийскую форму германские войска начали выдвижение к границе Австро-Венгрии. Из Баварии колонны входят непосредственно на территорию Австрии, а из Саксонии в Чехию.
Маша поправила маску и хмыкнула.
– Что-то они быстро начали.
Гурко кивнул:
– Торопятся занять места до наступления 13 октября. Австрийское обмундирование у них наверняка на складах с времен Великой войны хранилось. Не могли они не предполагать, что, так или иначе, понадобится эта форма. Смею полагать, что австрийская форма в полках была уже наготове. Думаю, что, получив письмо от вашего величества, кайзер и его окружение решили больше не мешкать и начали действовать. Официально в Германии говорят, что они дозволили подданным Австро-Венгрии, которые живут в Рейхе, вернуться и помочь своему Отечеству.
– Есть ли сведения об организованном сопротивлении?
– Пока трудно судить. Отдельные стычки, судя по всему, имеют место, особенно в Богемии и Моравии.
– Что наши союзники?
– Войска приведены в полную боевую готовность. Но пока у меня нет сведений о том, что они имеют подготовленные силы и обмундирование, для повторения этого маневра.
– Мы?
– Чешский и Словацкий добровольческие полки начали получать форму и ждут приказа на выдвижение.
– Хорошо. Постарайтесь удержать Румынию и Сербию от необдуманных действий. Италию я возьму на себя. А господин Гирс пока займется решением вопроса с австро-венгерским посольством в Москве. Нам нужно посеять больше хаоса и потянуть время.
Главковерх склонил голову:
– Слушаюсь, государыня.
Маша хищно усмехнулась:
– Если у Германии не получится увеселительной прогулки, а Австро-Венгрия не поднимет руки, то нам это только плюс. В этом случае Румынию и Сербию возможно будет удержать от активных действий на какое-то время. Хотя бы до 22 ноября.
* * *
Империя Единства. Россия. Москва. Кремль. Большой Императорский Кремлевский дворец. 9 октября 1918 года
Журналисты «Кремлевского клуба» сдержанно переговаривались между собой. Их спешно созвали на пресс-конференцию, не давая никаких пояснений и не раздавая никаких материалов. И хотя тема не была оглашена, всем было ясно, что речь может идти либо о здоровье государя императора, либо о событиях вокруг бывшей царской семьи.
