Они помолчали.
— Мне безразличен Арнир, я хочу лишь мстить, — проговорил Маррод, — и ради этого пойду на все. Я уничтожу гротхов «Гневом Игнира» и сотру даже память об этом народе! А потом… Потом мне все равно, что со мной будет.
— А «Гнев Игнира»? — спросил Улнар. Маррод махнул рукой:
— Делайте с ним, что хотите. С таким оружием вы все легко станете оданами, — он усмехнулся и задумчиво продолжил:
— Знаешь, я удивлялся, что Орвинн одногодка Тотрамеса, а выглядит много старше. Теперь я понимаю: «состояние Рэн» отнимало его силы. Он был мудрее Совета, он видел будущее и хотел, чтобы я стал другим, а я не понимал. Никто его не понимал…
— Послушай, а наша встреча близ Далора, расскажи, что ты делал там?
— Ах, это… — Маррод вновь усмехнулся, но брови его сдвинулись, — я выполнял веление Совета, был шпионом в Арнире. Шпионом и убийцей.
— Кого же ты убил?
— Многих. И хорошо, что не убил тебя. Как же ты выжил?
Улнар пожал плечами:
— Мне повезло.
— Ты счастливчик, младший брат…
Многое, о чем говорил брат, было неясным для Улнара, но он старался понять и принять все. Он видел, как измучен Маррод и не стал расспрашивать, почему Совет велел ему убить собственного отца, и что за задания эльд выполнял в Арнире. Пусть отдохнет, подумал он, у нас еще много времени, узнаю потом.
— Маррод, тебе надо поспать.
Эльд послушно кивнул, повалился на подушки и заснул. А Улнар вновь развернул свиток отца.
Глава 26. Оружие Древних
К долине прибыли ранним утром. Солнце еще не успело окрасить верхушки гор, и лежащий перед путешественниками склон скрывала тьма. Дальше эмонгир ехать не мог. Шенн дал приказ остановить крепость, и воины спрыгнули на каменистую осыпь.
— А мы поднимем эти диски? — спросил один из арнов.
— Поднимем, — отвечал Шенн. — Стагнир — легкий металл. Итак, кто пойдет с Марродом?
— Я, — сказал Улнар.
— Я тоже могу, — заявил второй арн.
— И я пойду, — суммировал Шенн. — Четверых достаточно. Остальные, заприте эмонгир и следите за окрестностями. Гротхи могут быть близко. Если вернуться будет опасно, дайте сигнал. Хаггар, ты будешь старшим.
— Хорошо, — ответил десятник.
— А если гротхи отрежут нас от крепости, что нам делать? — спросил наемник.
— Будем искать другой путь, — ответил Шенн.
Маррод усмехнулся:
— Путь в Долину Ветров один. Вот он. Другого нет.
Уходя отсюда, Маррод думал, что не вернется, и теперь вид усеивавших камни неприбранных мертвецов тяготил его. Но надо было вернуться.
Он провел спутников через врата. Пораженные жуткой резней, арны подавленно молчали, ведь на их глазах уничтожен целый народ, когда–то угрожавший Арниру, но сейчас они видели изрубленные и изорванные тела людей. Им пришлось прижимать к лицам тряпки, чтобы хоть немного не чувствовать жуткой запах разлагавшихся тел. Теперь Улнар понял, что испытывал Маррод, и содрогнулся, представив, что то же самое гротхи могут сделать с любым городом Арнира…
Они пробирались меж разодранных падальщиками трупов, среди брошенного оружия и останков домов, пока не увидели остов машины. Живой взгляд фагира мигом дорисовал разрушенные и сожженные части машины. Да, это был «Гнев Игнира»!
Раскидывая в стороны обожженные доски и брусья, вымазавшись в копоти и пыли, Маррод нашел стагнир. Шенн увидел два диска размером с хороший щит, серебристые и тонкие, с одной стороны покрытые вязью рун, а с другой — сложным узором из глубоких сплетающихся линий. Они и вправду были легкими, воины без труда подняли их. Помня о свойствах металла богов, Шенн обмотал каждый диск куском прихваченной из эмонгира плотной материи и закрепил веревкой. Покопавшись в останках машины, фагир извлек несколько искусно сделанных железных зубчатых колес и приказал взять их с собой. Деревянную часть машины можно воссоздать и без плотника, но без хорошего кузнеца выковать такие колеса невозможно.
— Возвращаемся, — сказал фагир, с сожалением глядя на руины города эльдов. Будь у него возможность, он исследовал бы здесь все, до последнего камня, но сейчас надо идти.
Возвращались едва ли не бегом.
— Мастер, — спросил Маррод, поравнявшись с Шенном, — сколько времени нужно, чтобы сделать оружие?
Фагир посмотрел на эльда:
— Это не так просто, как тебе кажется, воин. Нужны гвозди, доски, брусья, жаль, среди нас нет плотника…
— Я сделаю все, что ты прикажешь, — Маррод посмотрел фагиру в глаза, — буду рубить лес и таскать бревна. Но ты должен сделать оружие!
— Я сделаю, эльд, — Шенн приотстал от идущего впереди Улнара с диском за плечами. — Но и ты должен кое–что пообещать…
— Чего ты хочешь?
— После того, как мы прогоним гротхов, оружие должно остаться у нас. Орэн хочет владеть им, он может прислать воинов, много воинов… — Шенн испытывающе взглянул на эльда. Лицо Маррода было бесстрастным:
— Я помогу тебе, фагир. Но сначала мы уничтожим гротхов.
— Договорились.
— А морроны? Я бы приберег «Гнев Игнира» и для них, — сказал Маррод.
— Они хотят союза, — сказал Шенн. — Чему ты улыбаешься? Ты не веришь Ош–Рагн?
— Нет, — отвечал Маррод. — В этом мире я верю только себе.
— Люди и себя предают, — сказал Шенн.
— А ты неглуп, хоть и молод, — эльд встряхнул мешок, поудобнее устраивая за спиной, и ускорил шаг.
Выбравшись из ущелья, воины благополучно добежали до эмонгира. Хаггар открыл дверь:
— Все в порядке? Нашли?
— Нашли, — ответил Шенн. — Скажи ортану: мы поворачиваем в Арнир!
Через день отряд сделал остановку. Надо было набрать воды для себя и ристов, срубить несколько деревьев для будущей машины. Инструменты в эмонгире были и, прихватив топоры и пилы, воины отправились в лес. Далмира осталась в эмонгире наблюдать за окрестностями.
Взобравшись на смотровую площадку, девушка смотрела, как воины рубят деревья и подтаскивают к крепости. Шенн сказал, что «Гнев Игнира» разместится на крыше, как раз над смотровой площадкой. Фагир всю ночь сидел за расчетами и чертежами, и утром выглядел осунувшимся и мрачным. Это заметили даже воины, но на все вопросы Шенн ответил, что все в порядке. И работа закипела.
Очищенные от сучьев стволы на веревках поднимали наверх. На крыше эмонгира были сделаны блоки для поднятия тяжестей. Здесь же, наверху, двое арнов распиливали дерево вдоль и поперек, так, как говорил фагир, остальные принялись таскать воду. Это был изматывающий труд — ристы пили много — и к концу дня воины едва держались на ногах и, наскоро поев, улеглись спать. А Далмире вновь выпало дежурить.
Накормив и напоив ристов, присматривающий за ними ортан доложил, что животные готовы идти, и эмонгир стронулся с места, катясь на восток.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
