тыл…
– Есть! – отозвался тот, сверяясь с картой и прочерченным на ней маршрутом к точке эвакуации.
– У них на корабле могут оставаться сообщники, – напомнил лейтенант, – поэтому не расслабляемся и сохраняем бдительность. После того, как наш транспорт сядет, он уже не сможет контролировать обстановку сверху и не предупредит нас, если вдруг что-то изменится.
– Почему нам не задействовать патрульный дрон? – спросил кто-то.
– А что он сможет разглядеть в такой мешанине? – резонно заметил командир. – Так что полагаться нам придется только на собственные глаза и уши. В общем, смотрите в оба. Ну все, пошли!
– Давай, вставай! – прорычал Кордок, обращаясь к кому-то из пленников со свойственными ему предупредительностью и тактом. – Хватит тут загорать уже, шевели ногами!
Лайс только негромко фыркнул, мысленно посетовав, что некоторых людей, по-видимому, не способно изменить вообще ничего. Тот щелчок по носу, что Кордок получил на выпускном балу от Верховной Жрицы, нисколько не остудил его пыла и не убавил его заносчивости. Он по-прежнему всегда стремился быть на самой вершине горы, используя любую возможность, чтобы плюнуть на голову тем, кому не посчастливилось оказаться ниже.
Проследив за тем, как зеленые точки на карте пришли в движение, Лайс поднялся на ноги и двинулся следом, постоянно оглядываясь назад, чтобы никто не мог неожиданно атаковать их арьергард.
Воспоминания о выпускном балу ожидаемо потянули за собой мысли о последующей ночи, из-за чего Лайсу приходилось то и дело трясти головой, отгоняя навязчивые и дразнящие образы. Сейчас не время отвлекаться на неуместные фантазии, операция еще не закончена, и все может еще не раз перемениться. Необходимо постоянно оставаться начеку, чтобы не стать причиной провала, если не гибели всего отряда.
Лайс еще раз осмотрел окрестности поверх ствола вскинутой к плечу винтовки, напряженно вглядываясь в несомые ветром струи пыли. Чисто.
Впереди послышался гул двигателей, и пилот их транспорта доложил:
– Это Сокол. Мы на месте.
– Отлично! – отозвался лейтенант. – Нам до вас еще метров пятьдесят. Открывайте люк.
Не прошло и минуты, как Лайс, пятясь и продолжая всматриваться в желтую мглу, уже поднимался по трапу. Загудели приводы, и створки сомкнулись, оставив песчаный ад снаружи.
Послышался общий вздох облегчения, сопровождаемый щелчками предохранителей, и бойцы принялись открывать шлемы и снимать защитные маски. Лайс также поспешил сдернуть с лица удушливый намордник.
– Но-но, ребята, – осадил их лейтенант, – расслабляться рано. Нам еще с их кораблем разобраться надо, и неизвестно, что там нас может поджидать. Давайте-ка, соберитесь!
– Но хоть немного дух перевести можно?
– Немного – можно, – командир и сам расстегнул маску. – В любом случае, надо бы сперва взглянуть, что за рыбку мы здесь выловили. Корди, Сесанн, откройте-ка нам их личики.
Два десантника, подступив к поставленным на колени пленникам, откинули с их голов капюшоны комбинезонов и без лишних церемоний сдернули защитные очки и респираторы…
Немая сцена продолжалась довольно долго. Сообразив, что он таращится на открывшиеся лица, разинув рот, Лайс торопливо подобрал отвалившуюся челюсть. Лейтенант, словно извиняясь, негромко кашлянул. Некоторые рефлексы и привычки, впитанные буквально с материнским молоком, оказываются поразительно живучи, и способны, хотя бы на время, перехватить у человеческого разума контроль над собственным телом. Лайс почувствовал, как его спина настойчиво требует уважительно поклониться. Он никак не мог избавиться от навязчивого подозрения, что его недавние мысли вдруг решили каким-то невероятным образом материализоваться.
И тут у Кордока в голове словно сорвало предохранительный клапан.
– Ну надо же, какой сюрприз! – громко воскликнул он, раскинув руки в стороны и злорадно ухмыляясь. – Вот уж не думали, не гадали! Какими судьбами?
– Корди, уймись! – попытался урезонить его лейтенант, но безуспешно.
Кордок уже закусил удила и с каждой секундой распалялся только сильней. Схлынувшее напряжение, в котором все они пребывали еще минуту назад, словно отдачей обернулось повышенной возбужденностью, которая теперь хлестала из него, словно из пожарного брандспойта.
– Ну как вам вольная жизнь, госпожа? – это слово прозвучало в его устах особо едкой издевкой. – Небось, непривычно на коленочках-то стоять, а? Но ничего, скоро привыкнете. Навык-то полезный, пригодится еще.
Дэлери молча смотрела на него, и ее лицо не выражало ровным счетом никаких эмоций, оставаясь все таким же горделивым и властным, как и всегда. Ни коленопреклоненная поза, ни скованные наручниками запястья, ни оскорбления нисколько не умаляли ее достоинства, от чего желание хоть как-то унизить бывшую Верховную Жрицу заполыхало в Кордоке с еще большей силой.
– Вы уже подыскали себе новое место работы? У меня, кстати, есть дельная мысль, куда можно было бы удачно пристроить ваши легендарные таланты, – он покрутил головой по сторонам, отыскивая среди остальных солдат Лайса. – Верно, тихоня? Как она тогда тебя обслужила? Претензии есть? Повторить не желаешь? Сегодня как раз распродажа с хорошей скидкой…
– Оставь Виан в покое! – прохрипел Лайс, с трудом проталкивая слова сквозь стиснутые от бешенства зубы и чувствуя, как его руки сами собой сжимаются в кулаки.
– Да брось! – отмахнулся Кордок. – Не жадничай, тут на всех хватит. Но, чур, я первый.
Он подошел к Дэлери и остановился прямо перед ней, сделав вид, как будто расстегивает ширинку.
– Я же должен сам опробовать товар, прежде чем предлагать его своим клиентам, верно?
Перед глазами у Лайса все поплыло, застилаемое красным туманом гнева. В ушах у него загрохотала кровь, и он, не в силах более сдерживаться, бросился вперед…
– Шим, ты как, цел?
– Вроде бы, – глухо отозвался тот из-под упавшего на него бесчувственного десантника.
Пилот заерзал, пытаясь спихнуть с себя тяжелое тело, вот только сделать это со скованными за спиной руками оказалось не так-то просто.
– Лайс! Лайс! – окликнула Дэлери парня, который стоял, пошатываясь, в окружении валяющихся на полу сослуживцев. – Да очнись же ты, наконец!
– Что? – вздрогнул тот и, поморгав, обвел помещение непонимающим взглядом. – Что здесь слу?.. Это я сделал? Я их всех убил?!
– Максимум покалечил, да и то несильно, – Жрица с беспокойством покосилась на одного из оглушенных бойцов, который пошевелился и негромко застонал.– Танец Гнева, хвала богам, это все же не Танец Смерти.
– Танец? – Лайс все никак не мог наладить контакт с окружающей действительностью.
– Ну да!
– Что
