тебя мордой в землю уложил, как и положено поступать с типами без идентификационной карточки клиента. Особист с их каракулями ознакомится и спросит меня, почему я не доставил тебя на базу, как этого требует устав. Что я ему скажу? Что ты из будущего, я убедился в этом, порывшись в твоем телефоне, и отпустил? Не-а, так дело не пойдет.
Лейтенант кивком показал на мерно тарахтящий двигателем броневик. Андрей понял, что спорить бесполезно, и потопал к машине. Он не боялся ни какого-то там особиста, ни его допросов, потому что был твердо уверен в своем исчезновении из этого времени раньше, чем встретится с ним.
На самом деле Ковалихин и не думал поступать по правилам. Он действительно собирался отвезти Андрея в расположенный неподалеку от внешней стороны Периметра военный городок, но только лишь для того, чтобы избавиться от Петрухина и Сидоренко. В его планах на одномоментное погашение долга Андрею отводилась особая роль, и лишние свидетели в этом деле были ни к чему.
Дежурство подходило к концу, так что для него и с этой стороны все складывалось как нельзя лучше. Появление патрульной машины в месте постоянной дислокации раньше положенного срока без уважительной на то причины обязательно вызвало бы вопросы у начальства. Пришлось бы либо кататься с задержанным по маршруту, и тогда вопросы возникли бы у водителя и пулеметчика, либо сдать парня из будущего дознавателям и тогда окончательно распрощаться с надеждой раз и навсегда решить нависшую над ним, как дамоклов меч, проблему.
– Стой! – приказал Ковалихин, когда задержанный приблизился к машине. – Лицом ко мне!
Андрей повернулся спиной к броневику. Лейтенант затянул на запястьях пришельца из будущего заранее вынутый из кармашка разгрузки пластиковый хомут, открыл дверь салона:
– Садись!
Андрей послушно забрался на жесткое сиденье военного внедорожника и вздрогнул, когда дверь захлопнулась за ним с металлическим лязгом. Справа от него переминался с ноги на ногу Сидоренко. Он стоял на специальной площадке в полный рост, держась за рукоятки пулемета, и подошвы его ботинок находились на уровне сложенных на коленях рук Андрея.
Лейтенант обошел сзади тарахтящий двигателем «хамви», сел на твердую, как табуретка, сидушку с другой стороны от пулеметчика и хлопнул водителя по плечу:
– Двигай на базу.
Петрухин кивнул, с усилием выжал педаль сцепления, воткнул первую передачу и поддал газу. Под днищем что-то застучало, броневик дернулся, и двигатель заглох.
– Твою ж мать, Петрухин! Когда ты научишься нормально трогаться с места?
Петрухин повернулся вполоборота, держась одной рукой за руль, а другую положив на спинку водительского сиденья.
– Таащ лейтенант, я не специально, сцепление заедает.
– Ну так скажи механику, пусть поменяют сцепление или дадут другую машину. Надоело уже на этом ведре с болтами ездить.
– Говорил, таащ лейтенант, и не раз.
– И что?
– Ничего. Механик в ответ матом кроет, типа у него не магазин запчастей, чтобы он на каждый чих реагировал. Вот когда, говорит, машина ездить совсем перестанет, тогда сцепление и поменяют.
– Ага, а если она во время патрулирования колом встанет, нам что, пешком на базу добираться? Ладно, я сам с ним поговорю. Заводи, чего уши развесил?
Петрухин повернул ключ в замке зажигания, двигатель под коротким капотом зарычал, позвякивая клапанами. На этот раз броневик плавно тронулся с места и покатил по укатанной до состояния бетона грунтовке.
Полчаса спустя впереди показались частично скрытые густым кустарником плиты бетонного забора. Серая от пыли дорога упиралась в закрытые ворота, по бокам от которых торчали пулеметные вышки под четырехскатными крышами.
– Тормози, дальше я сам поведу, – крикнул лейтенант, перекрывая голосом надрывный шум мотора и дребезжание подвески. Петрухин выполнил приказ, но Андрей поймал в зеркале заднего вида его удивленный взгляд. Видимо, для него это было в новинку.
Ковалихин щелкнул дверным замком, выбрался из машины и с удовольствием потянулся. Петрухин обошел лейтенанта и плюхнулся на сиденье. Андрей откинулся на едва достающую до лопаток спинку своего кресла и, сам не зная, зачем это делает, кивком поздоровался с парнем. Рядовой фыркнул в ответ и захлопнул дверь. Чуть позже лейтенант примостился за рулем, и «хамви» рывком тронулся с места.
Через десять минут бронеавтомобиль подкатил к воротам и хрипло закрякал клаксоном. Ржавые створки, с визгливым скрипом плохо смазанных петель, медленно распахнулись и так же неторопливо поползли обратно, стоило армейскому внедорожнику выехать за пределы Периметра.
В полукилометре от границы «Чернобыль Лэнда» Ковалихин снова притормозил, на этот раз возле пропускного пункта на территорию военной базы, и опять нажал на педаль тормоза, когда броневик въехал в расположение части и завернул за вытянутый в длину стальной ангар.
– Петрухин, Сидоренко, свободны, дальше я сам.
Рядовые покинули салон броневика и неспешно, вразвалочку, направились к бару. Тот находился на другом конце лагеря и всегда держал двери открытыми для всех желающих расслабиться в непринужденной обстановке под хиты мировых звезд рок-музыки.
Лейтенант подождал, когда бойцы удалятся на приличное расстояние, выбрался из машины, отошел на несколько шагов, чтобы Андрей не слышал, о чем он говорит, и позвонил по телефону.
– Сейчас заедем в одно место, я отведу тебя к кое-кому, и ты расскажешь этим людям все, что мне говорил, – объявил он, вернувшись за руль.
Андрей пожал плечами и отвернулся к окну. Его устраивал подобный вариант развития событий.
Ковалихин включил передачу и подогнал «хамви» к воротам. Из будки КПП вышел боец с сержантскими лычками на погонах, заглянул в салон через приоткрытую дверь и удивленно буркнул:
– Ты же недавно вернулся с рейда, куда тебя опять понесло?
– А то ты не знаешь, как у нас дела делаются, – недовольно проворчал Ковалихин. – Одни целыми днями балду пинают, а на других ездят без продыху.
– Так оно и есть, – сочувственно покивал сержант. – Может, вечерком пропустим в баре по кружечке пивка?
– Почему бы нет.
– Тогда до встречи за стойкой. – Сержант отдал честь на американский манер и скрылся в караулке.
Лейтенант захлопнул дверь, подождал, когда ворота откроются на достаточное расстояние, и покинул пределы базы. На территорию парка он въехал без лишних разговоров с охранниками из службы безопасности «Чернобыль Лэнда». Ворота открылись перед броневиком, как только он к ним приблизился.
Едва КПП скрылся из виду, Ковалихин свернул с грунтовки и погнал машину по холмистому полю, лавируя между кустами и отдельно растущими деревьями. Минут пятнадцать спустя слева по курсу показалась заброшенная деревня. Лейтенант повернул руль, и броневик шустро покатил к домам с замшелыми крышами.
«Хамви» доехал до середины деревни, заскрипел тормозами и остановился перед домом с заколоченными окнами.
– Жди здесь, я скоро
