тихо спросил он.
«Спальня», - почти прошептал Виктор. «Хочешь посмотреть?»
Бенедикт почувствовал, как по позвоночнику пробежала дрожь. Он кивнул. Они
оставили чай, забытый на столе.
Виктор взял подсвечник и повел Бенедикта к лестнице на второй этаж. Когда они
вошли в комнату, Бенедикт заметил, что она почти пуста, если не считать пары
дорожных сумок в углу. Виктор уже собрал свои вещи для отъезда, понял Бенедикт
и почувствовал боль в груди.
Но прежде чем Бенедикт успел что-то сказать, Виктор задул свечу, уронил ее на пол
и прижал Бенедикта к стене. В следующую секунду их губы столкнулись, жесткие и
отчаянные, и Бенедикт ощутил уже знакомый вкус вишни и мяты, смешанный с
вином. Сегодня они были нетерпеливы, и в их поцелуе не было никаких колебаний, когда их языки встретились.
Тело Бенедикта немедленно откликнулось, наэлектризовавшись, затрепетав от
потребности. Руки Виктора потянулись к пальто Бенедикта, сбрасывая его с плеч, а
затем направились к брюкам Бенедикта, нащупывая их через ткань. Бенедикт
выругался под нос, желание захлестнуло его. Он схватил Виктора за бедра и
толкнул его, наваливаясь на него, пока ноги Виктора не уперлись в кровать, и ему
ничего не оставалось, как упасть на матрас.
Бенедикт последовал за ним, забравшись на Виктора сверху. Он целовал и
покусывал шею Виктора, а его руки снимали с Виктора одежду - рубашку, брюки и
трусы. Вскоре Виктор оказался под ним совершенно обнаженным, и лунный свет
освещал его тело.
Бенедикт на мгновение залюбовался этим зрелищем. Виктор был потрясающе
красив, с тонкими мышцами и гладкой кожей. Бенедикт прошелся глазами по телу
Виктора, рассматривая каждую деталь, и наконец остановился на его возбужденном
члене.
От этого зрелища у Бенедикта голова пошла кругом от желания, а его собственный
член напрягся в брюках. Он не мог пошевелиться, не мог дышать, пока голос
Виктора не вывел его из этого состояния.
«И на вкус тоже», - усмехнулся Виктор, его глаза потемнели от вожделения.
Бенедикт наклонился, и его дыхание коснулось возбужденного члена Виктора. Он
начал с неуверенного облизывания, ощущая соленый вкус кожи Виктора. Виктор
задрожал от этого прикосновения, его пальцы впились в простыни.
Воодушевленный, Бенедикт лизнул еще раз, на этот раз проведя языком по головке.
Виктор тихо застонал, его бедра дернулись вверх.
Медленно Бенедикт взял головку в рот и стал посасывать, исследуя языком ее
гладкую поверхность. Виктор дышал все тяжелее, его руки зарылись в волосы
Бенедикта и мягко побуждали взять его глубже. Дюйм за дюймом Бенедикт вбирал
в рот все большую длину Виктора, пока не вобрал его так глубоко, как только мог.
На мгновение он замер, наслаждаясь ощущением тяжести Виктора на своем языке, а затем начал медленный, уверенный ритм.
Бенедикт полностью погрузился в процесс, наслаждаясь вкусом и ощущением
Виктора во рту, а стоны Виктора подстегивали его.
«Черт», - задыхался Виктор, крепче вцепившись в волосы Бенедикта, его бедра
вздымались вверх, встречая рот Бенедикта.
Бенедикт скользил вверх и вниз по члену Виктора, нащупывая устойчивый ритм, а
его рот обеспечивал плотный, влажный жар.
Стоны Виктора становились все громче, все настойчивее. «Черт, Бенедикт», -
стонал он, его тело напрягалось. Но как только Виктор приблизился к краю, он
оттолкнул Бенедикта, тяжело дыша, его кожа раскраснелась и была влажной от
пота. Бенедикт замер, его сердце гулко стучало в ушах.
«Я сделал что-то не так...» - начал он, но не успел закончить, как Виктор повалил
его, укладывая на спину. Пальцы Виктора быстро справились с брюками Бенедикта, расстегнув их. Он наклонился и впился в губы Бенедикта голодным поцелуем.
Бенедикт задрожал, почувствовав, как прохладные пальцы Виктора проникают под
пояс трусов и наконец-то соприкасаются с его разгоряченной кожей. Он не смог
удержаться и издал приглушенный стон, прижавшись к губам Виктора.
Бенедикт жаждал большего, притягивая Виктора к себе, и задыхался, когда его
твердый член упирался в заднюю часть тела Виктора. Виктор застонал от этого
прикосновения и задвигал бедрами, скользя по члену Бенедикта. Их тела двигались
вместе, создавая трение. Затем Виктор потянулся к простыням и достал небольшой
пузырек с густой маслянистой жидкостью. Когда он протянул его Бенедикту, тот не
сразу понял, для чего он нужен. Бенедикт открыл флакон и вылил немного
жидкости на пальцы, затем, подойдя к Виктору сзади, обвел пальцем его вход и
осторожно ввел один палец внутрь. Виктор застонал от такого проникновения, его
бедра тут же затряслись от толчка пальца Бенедикта.
Вскоре Бенедикт добавил второй палец, растягивая и подготавливая Виктора, а
движения Виктора становились все более неистовыми, и с его губ срывались тихие
хныканья.
Наконец Бенедикт
