силуэт, быстро приближавшийся ко мне. Это было похоже на слепку из разных кадров фотопленки — я не видел плавность движений, я видел только обрывистый бег кого-то светлого и маленького.* * *
Пробуждение после всего случившегося было не самым приятным. Я почувствовал холод, из-за которого затекли и буквально окаменели мои ноги. Весь сжавшись, я устало выдохнул и лишь пару минут спустя с усилием открыл глаза. Я лежал животом на кровати. Мои длинные ноги и впрямь свисали с края короткой опоры. Ничем не прикрытые, в отличие от остального тела, они постепенно начали замерзать.
— Харм, — позвал дрожащий женский голос.
Пытаясь оторвать щеку с постели, я приподнял голову и увидел рядом с собой Лалу. Лисица держала руки надо мной, словно готовясь в любой момент броситься помогать. Лишь когда наши взгляды встретились, она попыталась успокоиться.
— Почему, стоит мне отойти, как ты сразу попадаешь в неприятности? Ты хоть знаешь какого мне было, когда я нашла твое безжизненное тело в крови?
Я приоткрыл губы, будто собираясь ответить, но быстро понял, что у меня еще не было на это сил. Тогда жестом подозвав к себе лисицу, я начал осторожно приподниматься, и она сразу все поняла. Подхватив меня за руку, Лала помогла мне сесть. Вот тогда-то я и начал осознавать происходящее.
Это было не то утро, не то день. Яркие солнечные лучи пучками падали на кровать рядом со мной через окно. Прямо сейчас мы находились в одном из небольших деревянных строений, где раньше мы расселяли людей с симптомами болезни. Сейчас это место пустовало — кроме меня и Лалы здесь никого не было.
Прозвучал скрип входной двери. Услышав его, я сразу повернул голову ко входу и увидел на пороге Макси. Та при виде моего лица сначала удивилась, а затем и гневно нахмурилась. Я сразу почувствовал приближение молнии.
Недовольная девушка вихрем подбежала ко мне схватила за плечи и начала трясти. От ее действий вернулась боль в спине, но уже не такая как прежде. Не в силах сопротивляться, я лишь жалобно застонал, а она громко закричала:
— Ты больной! Больной на всю голову! Ты хотя бы можешь не каждый день пытаться умереть? Дай нам расслабиться!
Лишь когда Макси отпустила меня, я наконец-то смог устало выдохнуть. Она и сама быстро поняла, что переборщила, поэтому подошла ближе и наклонила мою голову так, чтобы я мог прижаться к ее животу.
— Самоубийца, — раздраженно шикнула она.
Все это время Лала стояла рядом с нами и лишь молча ожидала. Она не выглядела удивленной — видимо, уже понимала, что это произойдет. И когда я посмотрел на нее, я даже заметил в ее взгляде одобрение. Будто бы она и сама хотела хорошенько меня встряхнуть.
Выдохнув, я устало оторвал голову от живота Макси и спросил:
— Это ты так пытаешься сказать, что переживала за меня?
Макси задумчиво посмотрела в мои глаза. Я даже не сразу понял, что не так. Тогда, положив ладонь на мой лоб, она на мгновение замерла, а затем развернулась к сестре и сразу же сказала:
— У него жар. Принеси воды и чистые тряпки.
— Сейчас! — Лала сразу побежала к выходу. Она пулей выскочила из домика, и в тот момент между нами с Макси повисла неловкая пауза. Как только входная дверь за спиной Лалы со скрипом закрылась, лисица, все еще придерживавшая меня за плечо, спросила:
— Кто это сделал?
— Я не знаю. Не видел его лица.
— Даже не понял мужчина это или женщина?
— Нет.
— Проблема. — Поднеся свободную руку к своему лицу, Макси неуверенно прикусила ноготь. — У нас здесь завелась крыса.
— Кто-то из новоприбывших? Раз проблема появилась лишь сейчас…
— Возможно, но и всех местных забывать не стоит. У нас и до этого были прецеденты.
Макси многозначительно посмотрела на меня, и только сейчас я вспомнил обо всех тех ситуациях, что уже бывали до этого. Нам ведь действительно было чего опасаться здесь.
— А не лис ли это? — сразу спросил я.
— Нет, он был заперт. — Лишь теперь Макси отпустила меня и отошла на несколько шагов. — Скажу более того, он болен. В его состоянии он бы не смог до тебя добраться.
Я невольно задумался над ее словами. Макси я доверял, так что Лиса пришлось сразу вычеркнуть из списка подозреваемых. Но даже кроме него недоброжелателей оставалось достаточно. Это могли быть коренные жители деревни, которых все еще не устраивало наше присутствие здесь, могли быть и люди вождя, которые приревновали его к нам.
Внезапно из раздумий меня вырвал громкий крик с улицы. Я не смог разобрать слова, но по оживленным воплям и голосам сразу понял, что случилось что-то серьезное. Макси, также понявшая это, без слов бросилась на улицу.
Несмотря на рану оставаться в стороне я не мог. Собравшись с силами, я поднялся с кровати и быстро пошел следом за ней. Дыры в моей спине частично уже были залечены лисьей способностью, но не окончательно. При каждом шаге я чувствовал, как они неприятно скрипели внутри меня. Будто я был вовсе не живым человеком из плоти и крови, а роботом с ржавыми деталями.
На улице уже царил переполох. Люди собирались все в одном месте, и я также двинулся к нему. Когда окружающие видели меня, они неосознанно расступались. По шокированным и напуганным взглядам я уже понимал, что случилось что-то страшное.
Когда я вышел к самому эпицентру этого столпотворения, мне на глаза попалось окровавленное тело лисицы, лежавшей на земле. Это точно была Лала. Макси сидела на коленях рядом со своей главной героиней и придерживала ее за руку, будто пытаясь нащупать пульс.
Горло Лалы перерезали нещадно. Это была глубокая и ровная рана, оставленная явно рукой охотника. Рядом с телом на земле даже лежал тот самый охотничий нож, которым было совершено убийство.
Лисицу зарезали ножом, словно дикое животное, и я сам не мог
