страх в твоем случае только вредят делу. Запомни: я — всего-навсего неизбежное зло.
Вероника отступила. В этот раз слишком поспешно. Она налетела прямо на торчавший из земли корень и чуть не подвернула ногу. В ушах звенело от боли, в голове не было ни единой путной мысли, все прошлые уроки вылетели из памяти, а руки и колени начали трястись. Должно быть, прошло всего лишь несколько минут, но казалось — целая вечность.
Сегодняшний тренировочный бой являлся для нее далеко не первым, но по-настоящему нестерпимое чувство беспомощности появилось впервые. Раньше все было будто не по-настоящему: медленнее, проще. Внезапно все изменилось. Это уже ничем не напоминало их очередной урок, хоть ей никогда спуска не давали. Но сейчас все превратилось в одну бесконечную пытку.
— Перестань убегать! Ты этого хотела, вот он, твой бесценный опыт! Нападай! — Глаза Ферро холодно блеснули. Ее мучитель теперь стоял спиной к обрыву и, быстро оглянувшись назад, спрыгнул вниз и легко побежал по склону, переступая с камня на камень так, будто под его ногами была ровная земля, а не острые ненадежные булыжники.
Вероника глянула вниз и нервно сглотнула. Она поднималась этим путем сегодня, но на небе светило солнце, девушка шла медленно, проверяя каждый камень, прежде чем опереться на него. А сейчас спускаться в темноте, да еще таким диким способом? С другой стороны, она обещала беспрекословно выполнять все, что от нее потребуется. Ведь никто за язык не тянул! Кто же знал, что придется скакать, как горная коза по склону? Если сегодня ей не повезет, так тому и быть. Девушка как могла глубоко вдохнула и спрыгнула вниз. Поспешно переставляя ноги, она полубежала, полускользила, приводя в движение множество ручейков из мелких камней.
Скользкий и острый обломок резко нырнул вниз под ее ногой. Вероника успела перескочить с него на более надежный, но, потеряв равновесие, чуть не упала, больно ударившись о каменный выступ. Девушка растерянно поднялась на ноги и обреченно взглянула вниз. Ферро был уже у реки. Она же с трудом одолела в лучшем случае около трети от нужного расстояния. Вероника медленно перебралась на соседний камень, предвидя кривую усмешку, с которой ее встретят внизу, или еще хуже — шутку по поводу ее медлительности и неуклюжести. На первый взгляд, не имеющую к ней никакого отношения, но все равно очень обидную. Нет, такого терпеть она точно не станет! Девушка перепрыгнула на соседний камень, потом еще на один и понеслась вниз.
Луна, наполовину прикрытая облаками, давала совсем мало света, его хватало ровно для того, чтобы отличить темно-серый от черного и очень черного. Самыми черными должны были быть трещины и дыры, в которые на такой скорости попадать не стоило.
Вероника бежала по склону, она больше не останавливалась, не проверяла, куда ставит ногу, выбрав место приземления, и, оттолкнувшись, она уже в полете находила следующее. Думать было некогда, все происходило само собой, чувство полета захватывало дух. Она не ошибалась, не поскальзывалась, просто бежала вперед все быстрее и быстрее.
Вскоре под ее ногами зашуршала круглая речная галька. Но до воды было еще далеко. Река, клокочущая на дне оврага, выгрызла себе глубокое русло, через которое там и тут лежали, словно мосты, толстые стволы свалившихся с обрыва сосен. Одни, совсем старые, потерявшие кору и все ветви, имели серебристый цвет, некоторые, упавшие недавно, еще не успели расстаться с зеленой хвоей.
— Отлично! — коротко похвалил ее мучитель, отступая к реке. — Твоя очередь.
О нет! Только не на один из этих шатких и скользких стволов. Да он, наверное, издевается! Девушка и так еле пересилила свой страх на спуске, а теперь это! Вероника со стыдом вспоминала, как она буквально на четвереньках, а то и на животе перелезала по точно такому же бревну через эту самую реку.
— Не смотри вниз, только на меня. Пейзажем полюбуешься на обратном пути! — Ферро перебросил свой фальшивый меч в левую руку. Это могло означать только одно — он дает ей преимущество. Но это, к сожалению, не имело для девушки ни малейшего значения — ее мучитель в равной степени владел обеими руками…
Вероника, прикусив губу, с содроганием сердца ступила на покачивающийся при каждом шаге ствол и с еще большим ужасом глянула вниз, на бушующие пороги и камни. Если она все-таки сорвется, Ферро подхватит ее? Вряд ли, если она разок шлепнется в воду, это будет гораздо поучительнее.
— Не могу, я упаду!
— Куда? — удивился ее мучитель. — Здесь целый мост!
Спорить было бесполезно. Вероника двинулась вперед. Очень медленно, стараясь удержать равновесие, словно канатоходец-недоучка над пропастью. Ферро отступал, легко отводя ее слабые и неумелые удары. Кажется, для него это было довольно скучной игрой.
Несомненно, он поддавался. Но девушка была ему благодарна, скорее бы уйти с этого скользкого дерева, только бы снова почувствовать под ногами твердую землю. Как назло, проклятое бревно никак не желало заканчиваться, хуже того, сужаясь к вершине, оно становилось все более шатким.
Вероника хоть и медленно, но верно наступала. Страх понемногу исчезал, за спиной ее мучителя, в темноте, уже маячил противоположный берег. Совсем близко! Всего десяток шагов!
Вот и долгожданная земля под ногами! Но на этом ее удача окончательно иссякла. Ферро снова напал. Отразив еще десятка три ударов и столько же пропустив, девушка неудачно перехватила свой деревянный меч и снова выпустила его из рук. Пальцы разжались, отказываясь повиноваться.
Вероника бросилась поднимать свое оружие и не успела. Она почувствовала холод меча через тонкую ткань рубашки над своей ключицей и замерла как вкопанная, так и не успев дотянуться до собственного оружия. Меч, конечно, был деревянный, а вот мгновенно вспыхнувший страх — самый настоящий.
— Достаточно на сегодня, — голос, прозвучавший в тишине, был до неприятного холоден.
Девушка слабо кивнула и тяжело опустилась на землю. Разогнавшееся сердце колотилось вовсю, руки и ноги дрожали.
— Что нужно сказать?
Вероника вздрогнула и затравленно взглянула на своего мучителя.
— Благодарю. Тебя. За. Урок, — еле слышно выдавила она, хотя больше всего на свете ей хотелось, чтобы Ферро провалился сквозь землю, если уж не навсегда, то хотя бы до следующего «урока».
— Тебе нужно больше упражняться. — Красавец протянул ей руку. — Вставай, пора возвращаться.
Но девушка лишь вздохнула и еле заметно покачала головой. Веронике казалось, она не может пошевелить и пальцем, а уж о том, чтобы поднять руку или встать, думать — и то было больно. Поэтому девушка не очень уверенно залепетала о том, что останется здесь, отдохнет и вернется сама.
— Глупости, — отрезал Ферро
