Мне, правда, разрешили, в виде исключения, забраться на территорию девственного леса, принадлежащего Управлению лесного хозяйства. Однако и там мне никак не удавалось заснять зубров на пленку. На подкормочные площадки они при ярком солнце не выходили, а появлялись там только в очень ранние предрассветные часы или в поздние вечерние сумерки. Стоило мне приблизиться к ним на расстояние, не превышавшее и двухсот метров, как они тотчас же убегали и скрывались в чащобе леса. Убегали они даже тогда, когда я приближался к ним с подветренной стороны и им удавалось учуять мой запах. Такое поведение зубров на открытой местности может на первый взгляд показаться удивительным: ведь в них здесь в конце концов никто никогда не стреляет. Но дело в том, что они просто не привыкли к присутствию людей. А вот если бы посетителей пускали помимо национального парка еще и в обширный девственный лес (разумеется, по четко установленным маршрутам), то животные привыкли бы постепенно к виду столь безобидных существ, как туристы, а те получили бы возможность снимать их с близкого расстояния и подолгу любоваться такими редкими и роскошными животными {7}.
Глава 22. Какие странные создания, эти совы!
Готов спорить, что большая часть из того, что вы слышали о совах, не соответствует истине. Совы и не мудрые, и не хищные птицы, и не зловеще-таинственные, и днем совсем не слепнут. Но тем не менее должен признать, что десять различных видов сов, живущих в наших широтах, полны всяких неожиданностей.
Уже одно то, как устроены у них глаза, более чем поразительно глазное яблоко не поворачивается в глазнице, как у нас с вами или у других видов животных, а неподвижно приросло к ней. Следовательно, если сове хочется что-нибудь внимательно рассмотреть, она не может направить туда свой взор, не повернув головы. Но зато уж голова у нее поворачивается во все стороны, как на шарнирах: сова может повернуть ее так, что «лицо» окажется на спине и даже еще на целый кусок дальше — словом, поворот на 270 градусов.
Когда мы хотим вдеть нитку в иголку и подносим ее с этой целью ближе к кончику своего носа, то сводим глаза к переносице, чтобы изображения иголки с ниткой, возникающие на задней стенке каждого глазного яблока в отдельности, наложились одно на другое и дали слитное пространственное изображение предмета. Следовательно, мы при этом косим. Сова же косить не может — она видит жука, ползущего у нее под ногами в двойном изображении, в двух различных ракурсах. Притом совы дальнозорки. В непосредственной близи они видят хуже, не так четко. Поэтому они часто отскакивают назад, чтобы что-нибудь получше рассмотреть. Во время кормления птенцов они прикрывают глаза — птенцов своих и корм они осязают чувствительными щетинками (или вибриссами), расположенными вокруг основания клюва. В отличие от таких хищных птиц, как соколы, канюки, луни и орлы, детеныши у сов вылупляются из яйца слепыми и глухими и открывают глаза только спустя несколько дней. Сова, кстати, родня не хищным птицам, а скорее козодоям. Неподвижные глазные яблоки у сов к тому же еще и не круглые, как у всех, а несколько продолговатые. У видов сов, ведущих ночной образ жизни, на задней стенке глазного яблока имеется гораздо больше светочувствительных клеток (палочек), чем у дневных. Все совы лишены цветного зрения. И тем не менее они прекрасно видят и днем и отнюдь не боятся света. Более того, полярной сове, обитающей в тундре на далеком Севере, приходится охотиться там и летом, когда солнце не заходит вовсе.
Обычно сова, точно так же как и все другие птицы, закрывает глаза, прикрывая глазное яблоко нижним веком — натягивая его снизу вверх. Но кроме того, она единственная среди всех птиц умеет опускать и верхнее веко и моргать им; чаще всего она делает это в состоянии возбуждения.
Будучи ночной птицей, сипуха обычно проводит дневное время в сумеречных укромных уголках, или в чердачных помещениях, или в пещерах, иногда среди густых зарослей
Может быть, именно такая способность сов снискала им в древние античные времена славу необыкновенно мудрых созданий? Правда, подобное утверждение дошло до нас от тогдашних философов, а не от естествоиспытателей Во всяком случае сова тогда считалась воплощением глубокомыслия мудрой богини Афины Паллады, и по сей день ее изображение часто используется в качестве символа науки.
В Афинах не разрешалось убивать сов. Поэтому их там развелось видимо-невидимо. Отсюда родилась поговорка: «Это все равно что ввозить сов в Афины» (делать никому не нужное, лишнее дело, вроде «носить воду решетом»). Поговорка сохранилась и до наших дней спустя 2 тысячи лет. В остальном же в народе теперь уже отнюдь не столь почтительно относятся к совам, как в прежние времена. Так, особ женского пола преклонного возраста часто обзывают «старой совой», что ничуть не более любезно, чем «глупая курица», «ядовитая жаба» или «домашний дракон»… Когда мы любезничаем с девушкой, то нам не придет на ум назвать ее ласково «совушкой», а только «мышкой», «киской», «зайчиком», «голубкой» или «хлопотливой пчелкой», как видите, для этой цели у нас в ходу совсем другие животные.
Совы очень закостенело придерживаются инстинктивных действий. Вот гуси, галки, вороны — те гораздо гибче и смышленее.
Совы в большинстве случаев не утруждают себя постройкой гнезд, а довольствуются выступами скал или какими-нибудь нишами в каменных стенах. Американские кроликовые совы, или совы прерий, высиживают свои кладки даже глубоко под землей, в норах луговых собачек. Как правило, насиживают у сов одни только самки — супруги их разве что подсобят при выкармливании птенцов. А выкармливание совят длится довольно долго. Сипуха, к примеру, насиживает тридцать дней, а молодые сидят в гнезде еще целых два месяца. После того как они наконец оттуда вылетят, то далеко не улетают, и родители продолжают их подкармливать еще в течение тридцати дней. Значит, должно пройти целых четыре месяца, пока молодые совы станут наконец самостоятельными. Если где-нибудь в кустах сидит явно «осиротевший» совенок, не торопитесь ловить его и уносить домой: он, как правило, вовсе не брошен родителями, а находится с ними в постоянном общении — перекликается и знает, где они находятся. А выкормленные в домашних условиях совы с трудом возвращаются к жизни на воле, чаще всего они умирают с голоду или тонут в бочках с дождевой водой, пытаясь напиться.
У полярных сов между появлением первого и последнего яйца в кладке проходит несколько недель, но насиживают они их с самого начала. Так что когда старшие братья в своем пуховом наряде уже сидят в окрестном кустарнике, младшие еще только вылупляются из яйца.
