Иди.
Но ноги прилипли к полу.
– Ищете Джесси? – спросил он, и ноздри у него раздулись.
Сердце велело ногам двигаться. Надо идти с ним.
Мы прошли по дороге к его запаркованному «гольфу». Земля еще не подсохла, и я ступала осторожно, вдавливая фельтскуны в землю, Питу потом будет что изучать. Ван Вейк, ведя машину, все равно держал меня под дулом пистолета. Я снова уловила странный пряный запах.
– Только без глупостей, – предупредил он. – Иначе застрелю. Будете хорошей девочкой, отвезу вас к Джесси.
Он вытер нос тыльной стороной свободной ладони и шмыгнул носом. Это не был запах еды. Перец! Джесси не далась ему просто так, она сопротивлялась.
– Она вас обрызгала, да? Своим перцовым баллончиком, – произнесли мои губы.
– Скунс пахнет гораздо хуже, – сказал он. – Я охотник.
Я прижала руки к коленям, чтобы унять дрожь.
«Разве тут есть чего бояться? – спросил мой мозг. – Что за дурацкие усы? У школьника и то гуще».
Вот когда нужен Канемайер.
Хорошо, что мой рот промолчал насчет усов.
Ван Вейк вез нас прямо из города, в сторону Барридейла. Он свернул на грунтовую дорогу, которая шла на Тусберг. Проезжая через грязные лужи, он сбавлял ход. Вскоре перед нами оказались металлические ворота с табличкой «Природный заповедник Крайфонтейн», и Ван Вейк остановился.
– Откройте ворота, – приказал он.
Я вышла из машины, ноги все еще подкашивались, но мозг заметил сломанные ветки гремучих кустов у края дороги. Красные цветы были затоптаны в грязь среди следов большой антилопы. «Наверное, эланд, – подсказал мозг, – они любят ломать ветки рогами».
Ван Вейк въехал в ворота, и в кусты шмыгнула мышь. «Беги», – велели мне ноги. Но если они и верили в бегство, мозг знал: бежать быстрее пули я не смогу. Мы медленно ехали по ухабистой дороге и вскоре оказались у небольшого укрытия, где стоял белый внедорожник.
Мы забрались в него, и я увидела заляпанные грязью шины «файрстоун». Мы поехали к высокому Тусбергу. В ярко-голубом небе висели густые серые облака. По ущельям бродили фиолетовые тени. Нас окружали невысокие холмы, покрытые камнями, деревьями гуари и дикими сливами. Мы напугали стадо зебр, и они помчались вверх по холму. Мое сердце скакало, соперничая с ними. «Мы едем в какую-то глухомань. Он меня убьет. – Но мозг возразил: – Ты еще жива. И сейчас увидишь Джесси».
– А что с Джесси? – спросил мой рот.
– Она выяснила про гранатовый сок. Этот упаковщик, Бути, черт бы его драл, сказал ей, что я взял бутылку из кладовой. Марики говорит, он ее двоюродный брат или что-то в этом роде.
Двоюродный брат, который позвонил, что якобы заболел, вспомнила я. Так заболел или нет?
– Марики тоже причастна к этим убийствам? – спросила я.
– Нет. Она просто надежная, верная. Все мне рассказывает. Я подозревал в мелких кражах наш персонал, так они обвинили в воровстве меня.
– Джесси приехала к вам?
На дороге стоял куду. Солнце, казалось, светило сквозь его большие уши, он смотрел на нас большими черными глазами.
Ван Вейк не стал сбавлять скорость. Животное успело вовремя отпрыгнуть и сигануть через колючий кустарник. Я с трудом перевела дыхание. Ван Вейк рассмеялся.
– Я прихлопнул такого только раз, – сказал он. – Хлопотное дело. И машину потом ремонтировать. Предпочитаю лук и стрелы.
– Так что Джесси? – повторила я.
– Я поехал за ней, – сказал он. – Она направлялась к вам. Я зацапал ее на грунтовой дороге к вашему дому.
– Зацапал? – переспросила я.
– Сбил на землю.
– Сбил на землю?
Я превратилась в эхо, но ничего не могла с собой поделать. Ведь надо узнать, что с Джесси.
– Ничего с ней не случилось, отрубилась на пару минут, и все. Правда, немножко ногу повредила. Жаль. Я думал, она побежит.
– Побежит? – повторила я.
Мой мозг это эхо раздражало. Наверное, Ван Вейка тоже. Какое-то время мы ехали молча. Он припарковал машину под навесом с тростниковой крышей, рядом с квадратным домом с широкой верандой. Стены выкрашены какой-то грязно-зеленой краской.
Он велел мне идти вперед. Мы вошли в гостиную с большими кожаными диванами и цементным полом, покрытым матами из шкур диких животных. На стенах висели чучела голов с длинными рогами, их стеклянные глаза смотрели прямо на меня. Через дверь я видела кухню с широкими металлическими столешницами. Он отодвинул ногой шкуру зебры. Под ней оказался деревянный люк.
– Откройте, – велел он.
Я обеими руками потянула за латунную ручку, и квадратная дверь поднялась. Серые ступеньки вели вниз, к темной двери. Он вытащил из кармана фонарик и направил луч вниз по лестнице. Дверь была из прочного серого металла.
– Спускайтесь, – скомандовал он.
Я покачала головой. На сей раз тело и мозг проявили единодушие.
– Не хотите увидеть Джесси?
Он направил пистолет прямо мне на сердце.
Я шагнула к лестнице, и на его лице снова появилась уродливая улыбка.
– Эх, люди, люди, – буркнул он себе под нос.
Он прошел за мной по лестнице и открыл дверь большим ключом. Дверь была толстой и тяжелой, но открылась безо всякого звука. Изнутри хлынула волна ледяного воздуха, будто мы открыли гигантский холодильник.
Что-то негромко гудело, вдоль края комнаты сочился слабый голубой свет. Мне было плохо видно. Ван Вейк толкнул меня внутрь, и я наткнулась на что-то большое и холодное как лед.
Дверь за мной захлопнулась, я услышала, как он поднимается по ступенькам, как со стуком закрылся люк.
Я зажмурилась, потом открыла глаза, надеясь привыкнуть к тусклому свету. Передо мной возникли очертания чего-то свисающего с потолка, не касаясь пола. Нос подтвердил мою догадку. Так пахнет мясо. Прямо передо мной висела холодная туша. Горло исторгло пронзительный вопль, я шагнула назад.
– Джесси? – тихо спросил мой голос.
Конечно, ответа не последовало. В такой комнате ничему живому нет места.
Глава семьдесят шестая
Когда глаза свыклись с темнотой, я разглядела тушу. Маленькая, плотная. Я подошла ближе. Маленькая антилопа. Я с облегчением вздохнула. Антилопу было жалко, но, слава богу, это не Джесси.
Я дотронулась до туши. Очень холодная, но еще не замороженная. Маленькая антилопа-прыгун. Кому придет в голову убивать прыгуна?
Я обхватила себя руками, благодаря свое тело за каждый грамм жира. Двигаясь по гигантскому холодильнику, я терла руки друг о друга и дула на пальцы. В тусклом свете я увидела еще шесть туш. Все у меня в животе завязалось в узел, но я заставила себя проверить каждую.
Молодой куду, рога только начали изгибаться.
Самочка эланда.
Два стенбока, самец и самка. Возможно, пара?
Молодая зебра.
Зебра-мама, похоже,
