поглядывали друг на друга, но выполняли приказы командира беспрекословно.
- Смотрите, запоминайте! Бояться не страшно – страшно – подвести товарищей. Страшно потом жить, понимая, что ты бросил их в беде. Леброн будет спасет от мук совести, потому что судьбу его решит Суд Пик!
В толпе раздались удивленные возгласы, кое-где пики тоже пришли в движение, но, тем не менее, остались на месте.
- Ты пройдешь между пик и искупишь свой позор. Жизнь за то будет небольшая цена…
- Хелдор! - Возразил Лейтенант – я мог бы приказать, но…
- Нет, Карви. Не мог бы.– Желваки сподвижника Майсфельда вдруг яростно задвигались, но он спокойно ответил:
-Ты однажды уберег меня от страшного поступка, Хелдора, не тот ли это случай, когда… Моя очередь вернуть этот должок?
- Но сейчас ты понимаешь, что я поступаю правильно? Поэтому и не прикажешь мне остановиться, верно?
Лейтенант тяжело вздохнул:
- Мне придется доложить об этом графу. Причем письменно – Карви не угрожал, а словно извинялся.
- Я понимаю. Делай что должен.
- И ты… - Карви, самоустраняясь, отошел на несколько шагов.
Осужденный был совершенно разбит. Он практически висел на руках у Фальда, страдальчески подвывая.
- Леброн. Слышишь меня?
Тот, перестав стенать, поднял голову.
- Командир?
-Этого уже не избежать.Так должно произойти – Хелдор сделал несколько шагов вперед, слева и справа от него были пики. Если у кого из его товарищей сейчас дернется рука… - И я не хочу запомнить тебя таким. Никто не хочет. И ты не должен стать позором для твоей семьи.
Леброн помолчал, потом, кажется, его взгляд обрел мрачную решимость. Затем он поднялся, твердо встал на ноги:
- Пора стать мужчиной. Лучше поздно, чем никогда.
Приговоренный вывернулся из рук Фальда, сделал два шага вперед. Всхлипы прекратились, он спокойно стащил с себя стеганку, а потом еще и снял башмаки.
- Не пропадать же добру – грустно ухмыльнулся Леброн.
- Да. Тебе все вернут.
- Где - вернут?
- Увидишь. Когда пройдешь через пики.
- В таком случае - я готов.
Хелдор, выйдя из смертельного коридора, отдал приказ:
- Да начнется Суд Пик! Верните честь своему товарищу!
-Друзья… Простите меня. Я не хочу, чтобы вам было за меня стыдно.
Леброн сделал шаг. Другой. Ополченцы, что стояли в конце колонны, оторопели, и нанесли удар с опозданием. Пики ужалили его в спину и ноги, на белой рубахе стали распускаться алые цветы. Чуть дернувшись, он пошел дальше. Пики стали бить чаще, сильнее – где-то резали, краем, где-то втыкались на половину лезвия. На середине своего последнего пути Леброн был сплошь в потеках крови на нем почти не было живого места – пробита щека, выбиты зубы, разрублено ухо. Когда пика болезненно вонзилась ему в живот он шумно выдохнул, но выпрямился, отвел пику в сторону и пошел дальше.
Приговоренный к смерти начал слабеть, жизнь уходила вместе с кровью из его тела, но он лишь ускорился. В восьми шагах у Хелдора он упал, но потом, опершись на локти, поднялся, сдерживая крик боли. Командир пикинеров подошел к самому краю «коридора» - слева и справа от него стояли Фиона и Ивви с совершенно бесстрастными лицами.Сейчас они лишь выполняют приказ, но, быть может, выговорят ему что-то у ночного бивака.
И вот, Леброн дошел – чуть живой, воздух сипло вырывается из легких, судя по всему, пробитых. Одной рукой он зажимал рану на шее, а левого глаза не было. Осталось лишь два удара, что нанесут ему Ивви и Фиона.
-Я отведу тебя за руку к Чертогу, воин. Ты готов?
Леброн что-то прохрипел, не сумев выговорить ни слова, а затем медленно кивнул.
- Протяни мне свою руку. Вот так.
Умирающий вытянул вперед дрожащую руку, она была сплошь в окровавленных лохмотьях, что несколько мгновений назад были рукавом рубахи. Хелдор сжал ладонь смертельно раненного, а затем, по кивку, пика от Ивви вонзилась ему точно в сердце, следом, избавляя его от мучений, в его тело впилась и пика Фионы.
Командир пикинеров поймал последний взгляд умирающего – тот вдруг дернулся и завалился назад, но Хелдор придержал, позволив ему мягко опуститься на траву. На несколько мгновений он замер – а его преданные сотники могли услышать, как он что-то пробормотал под нос. Уже умерший, казалось бы, пикинер, вдруг растянулся в улыбке, да так и замер. Это увидели остальные, загомонили. Две шеренги вдруг сломались, дружинники и ополченцы собрались вокруг Леброна – кто-то чертыхался, кто-то искал под доспехами ладанку, а кто просто пораженно качал головой.
- Запомните его, защитники Арн-Дейла – чуть надломленно проговорил Хелдор, разжав застывающую руку и выпрямившись. – Его вина искуплена, и будет проклят тот - весомо произнес командир пикинеров, кто скажет о нем дурное. Но пусть вам будет уроком – пусть Суд Пик возьмет свое слово в последний раз.
…Солнце скрылось за деревьями. Дворяне во главе с Лонгармом двинулись в обратный путь, попрощавшись с двумя погибшими латниками и четырьмя оруженосцами. Дружинники остались на месте, при свете костров и факелов собирая добычу и готовя убитых к погребению. Становилось все темнее, часовым становилось трудно всматриваться в темноту леса и дальний полей, изрезанных оврагами. К счастью, все было тихо.
Когда стало совсем невыносимо, вернулись телеги, а вместе с ними поредевший отряд эльфов с Халдыком. В телеги были погружены военные трофеи, а часовых заменили остроухие, что хорошо видели в темноте.Большая часть дружинников улеглась, подстелив скатки и лапник, прямо на поляне, на той части, которое побоище миновало. Хелдору не спалось, он какое-то время беседовал с Корнуэлем и Халдыком, обсуждая сегодняшний непростой день.
-Это была достойная смерть – подытожил вдруг орк после долго молчания – ты буквально спас честь этого труса, позволил ему смыть этот позор. Поступок настоящего вождя.
- Он мог бы предложить ему с честью пасть в первом ряду – возразил Ивви. - Люди бы поняли, но сейчас…
- Мне не нравится то, что сделал наш командир – впервые высказала свое мнение Фиона, но полушепотом, чтобы никто не услышал, что она возражает командиру – но иного выхода не было.В городе его ждал бы позорный столб, порка… Может, он остался бы жив, но…
- Смерть - это то, что уже нельзя исправить –
