только с самим Ильмом. А она уже узнала детскую привязанность. Любовь детей переоценить трудно. Они любят её, злятся на неё, когда она вмешивается в их проблемы, ссорятся и мирятся с нею, но они открыты. Она разучилась быть идеальным эльфом из высшего общества, к которому когда-то принадлежала. Она это поняла. Ильм — нет.
— Значит, я правильно думаю, что Белостенный — дурак, — сердито сказала Селена. Испуганно взглянула на заснувшего на руках маленького Стена и вполголоса добавила: — И что теперь делать? Вмешиваться — боюсь. Оставлять так — Хоста уже исхудала, бедняжка, смотреть на неё без слёз нельзя. Запретить Ильму властью хозяйки места приезжать сюда? Тоже не разрешить проблемы — Хоста всё равно ждёт его.
— Пусть решит сама. — Джарри подошёл к двери и сказал уже отсюда: — Когда решит, сделаем ей блокирующие браслеты или кольца, чтобы Ильм не находил её, приезжая сюда.
— То есть ты думаешь…уверен, что она откажется от Ильма…
— Не вполне уверен, но думаю. Кстати, она тебе не говорила — сказала ли она дочери и Корунду о возможном переезде к Ильму в поместье?
— Сказала. Азалия резко против. Корунд — тоже. Но у него свои заморочки. Он до сих пор не верит, что чистокровные эльфы примут его. Даже несмотря на то, что он инициирован теперь. Правда, он помалкивает, потому что в этом семейном деле полного права голоса не имеет, но Хоста уже раскусила его. И мне кажется, она ещё и прячется за дочь с её женихом. Вроде как они на её стороне в отношениях с Ильмом.
— Ты куда?
— Пойду, проверю, как там наши детишки в садовом домике. Видел, как намылилась туда Ирма со своими бандитами — явно хочет тихий час прогулять, хотя нагулялась неплохо.
— Подожди, я с тобой.
Она бережно уложила крепко спящего Стена в колыбельку-корзину, настроила обереги и поспешила следом за семейным.
В садовом домике Ирмы не оказалось. И братства тоже. Зато был растерянный Вереск и застывший при пороге в домик Гарден. Хорошо ещё, семейные вошли не торопясь, а то бы сбили Гардена с ног.
— Что с ним? — обратился Вереск к семейным. — Он пришёл, огляделся, встал вот так — и не шевелится.
— Вот ведь! — с досадой сказала Селена.
Она вспомнила, что в гостиную Гарден заходил, оглядываясь на Орвара, а это был тревожный звоночек, что с мальчиком-эльфом будет плохо.
— Я за Орваром. Надеюсь, он не спит ещё, — тоже сообразив, в чём дело, сказал Джарри и вышел из домика.
Селена вдогонку чуть не спросила, почему бы не вызвать братство или отдельно Мирта, но вспомнила, что Орвар обычно быстрей приводит Гардена в себя. Так что она осторожно взяла застывшего мальчика за руку и отвела в сторону, к дощатой стене, где стояли уже несколько небольших скамеек, недавно принесённых братством сюда. Насильно усадив Гардена на одну из них, Селена присела рядом и объяснила заинтригованному Вереску:
— Гарден — младший брат Мирта. Во время войны с магическими машинами он выжил, потому что погибшие родители привели его к древнему лесу эльфийской магии, дав возможность стать сильным магическим существом раньше, чем это даёт инициация — ты понимаешь, о чём я? — немного озадаченно спросила она.
— Про инициацию мне рассказывали в храме. А как ему помогла магия? Ребята мне рассказывали, что в первую очередь машины убивали тех, кто владел магией.
— Всё правильно, — подтвердила и Селена. — Только Гарден инстинктивно сделал такую потрясающую вещь, как… — Она вдруг замолчала, поражённая промелькнувшей странной мыслью.
— Какую? — поторопил её Вереск, с интересом поглядывая на безучастного мальчишку-эльфа. — Какую потрясающую вещь?
— Он подсоединил к себе Орвара — мальчика с потенциалом мага. Тот осиротел, но происходил он из потомственной семьи магов, что помогло Гардену. Гарден сделал его частью себя. Непроявленные способности Орвара помогли спрятать магические силы Гардена, который сделал из Орвара… — Она замолчала, затрудняясь объяснить Вереску смысл того, что произошло. — Он сделал из Орвара при помощи магии такого же одичавшего оборотня, какими были те, что бегали вокруг города. Не настоящего. А только наложил на него маску оборотня. И тем спас и себя, и Орвара. Мы помогли мальчикам разомкнуть связь — и они снова стали обычными мальчишками. Но иногда на Гардена находит, как сейчас, иногда из-за того что погода меняется, и тогда его спасти из этого состояния может только брат или Орвар. Причём, у Орвара это легче получается. Ага, вот и он! — обрадовалась хозяйка места.
На пороге появился запыхавшийся мальчишка-маг, который оглянулся на возглас Селены, неуверенно кивнул Вереску и сразу заторопился к скамейке с Гарденом. Он сел с другой стороны от мальчика-эльфа и положил его руку себе на плечо. Глаза Гардена ожили, и он слабо улыбнулся сначала Орвару, потом Селене.
— Зачем ты пришёл сюда, Гарден? — ласково спросила она.
— Мирта искал, — вздохнул тот и покосился на Орвара. — Я опять, да?
— Ничего страшного, — сказала Селена. — Орвар тебя проводит в твою комнату и сам успеет выспаться. Идите. — И, договорив, закрыла глаза, сразу представив себе образы мальчишек из братства.
Братство появилось не сразу. Прошло какое-то время, пока ушёл Гарден со своим «поводырем», пока Селена определялась со своими вопросами — и боялась, что робко вспыхнувшая надежда окажется реальностью.
Как ни странно, но ребята пришли не одни, а, как будто сговорившись, — с Трисмегистом, хотя Коннор привычно держался от него подальше. «Вас-то мне и надо! — с лёгким злорадством подумала Селена. — Ща как озадачу — будете знать!»
— Во-первых, тихий час — где вы гуляете? — строго спросила она. — Во-вторых, сядьте. Надо поговорить — совсем немного. Есть одна идея. Уважаемый Трисмегист, Вереску пятнадцатый год. Вот-вот у него начнётся инициация как взрослеющего эльфа. Вопрос: будет ли Вереск инициирован? То есть…повлияет ли дикая магия на его инициацию? Получит ли он родительские способности из древнего эльфийского леса? А если получит, какой силой он будет пользоваться? Привычной всем магией — или опять-таки дикой? Я профан в этом. И задам опять-таки глупый вопрос: скажите мне, пожалуйста, как может повлиять инициация на мальчика? Не прочистит ли она способности Вереска так, что он будет нормальным эльфом, который пользуется обычной магией?
— Хм…Про инициацию мы забыли, — признал Коннор.
Трисмегист сидел, просто-напросто потрясённый. После недолгого молчания он сказал:
— Помнится, Ривер говорил — он может проследить последствия некоторых магических действий. Надо бы с ним поговорить — как поговорить и с Бернаром, и с Колром. Ваша правда. Инициация очищает. Тогда не будет проблемы столкновения двух типов магии. Как это вам пришло в голову?
— Здесь
