С момента злополучной встречи со Спенсером в его кабинете прошла неделя и один день. Эбби с нетерпением, совершенно недопустимым для благовоспитанной девушки, мерила шагами гостиную леди Тиндейл. Мистер Макфи сказал заехать за ней и Эвелиной в 10 утра, тогда как сейчас уже была половина одиннадцатого. Эбби совсем не хотелось опаздывать на завтрак к леди Брамли, которая устроила прием, чтобы представить новый парфюм «Аромат рая». Духи, которые создала Эбби.
Громким урчанием напомнил о себе пустой желудок, но девушка не обратила на это внимания. Хотя она и была на ногах с восьми утра, ей пришлось переделать столько дел, что не хватило времени даже перекусить, не то что нормально позавтракать. И Эбби очень надеялась на завтрак у леди Брамли.
В гостиную вплыла леди Тиндэйл. За ней — Эвелина.
— Ах, вот Вы где, моя дорогая. Как мило с Вашей стороны принять нас в свою компанию, пока наша карета в ремонте.
Эбби едва сдержала улыбку. Мифическая карета Тиндэйлов находилась в ремонте уже так долго, что за это время её можно было собрать заново не меньше трех раз. И, скорее всего, именно по этой причине Спенсер предложил брать его карету всякий раз, когда в ней возникнет необходимость.
— Нам пора идти. У нас не так уж много времени, — поторопила всех Эбби.
Хотя леди Тиндэйл и Эвелина выглядели сбитыми с толку, они послушно последовали за девушкой.
Перед тем как сесть в карету, Леди Тиндэйл пошепталась с кучером, без сомнения, как обычно предупреждая его не ехать слишком быстро.
Как только все разместились в карете, леди Тиндэйл спросила:
— А где же его светлость?
— Мы заедем за ним в Министерство, — ответила Эбби и велела трогаться – Только подумайте, он работает даже в субботу!
— Я подозреваю, что он просто не очень горел желанием сопровождать нас с мамой в наших деловых поездках, — смеясь, сказала Эвелина.
— Деловых поездках? – удивилась Эбби.
— Так как у нас появились кое–какие дела из–за свадьбы, его светлость позволил нам использовать его карету. Он ведь говорил Вам об этом, не так ли?
— Конечно–конечно, – ответила Эбигейл, стараясь не показать того, что Спенсер ни разу не заговорил с ней за эти дни, — но, только бы нам не опоздать на завтрак…
— О, у нас еще так много времени, — перебила ее леди Тиндэйл, — завтрак начнется не раньше двух.
— Что? На самом деле? – Эбби от удивления захлопала глазами.
Эвелина достала из ридикюля какой–то предмет и протянула его девушке:
— По крайней мере, так написано в приглашении.
Эбби уставилась на позолоченную карточку. Вообще–то, она даже не видела приглашения. Спенсер получил его задолго до ее приезда в Лондон. Но так как ей сказали заехать за дамами в десять утра, она полагала, что…
— Так Вы не знали! – с неприятным смешком леди Тиндэйл ткнула в бок свою дочь. – Бедный ребенок, Вы, наверняка, думали, что мы отправимся туда сию же минуту. Как будто кто–то будет завтракать в одиннадцать утра. Кто же придет в такую рань?
Эбби ненавидела это ужасное хихиканье леди Тиндэйл, ненавидела, когда ее называли «бедным ребенком». Но больше всего она ненавидела, что, несмотря на все ее усилия, эта леди все еще считала девушку неотесанной иностранкой. Эбби совсем не хотела страдать из–за снисходительных замечаний этой женщины.
— Не глупите, — сказала Эбигейл холодным тоном виконтессы, который она использовала в разговорах со Спенсером, — Я знала, что завтрак будет днем. Единственное, что мне было неизвестно, так это точное время.
Эвелину, более проницательную, чем ее мать, эти слова не убедили:
— Вы же поели утром? Перед тем, как ехать, так ведь?
— Конечно. Кто же будет ждать завтрака до обеда? – ответила девушка и добавила про себя: «Только такая неотесанная иностранка, как я, вот кто будет ждать»
Где–то среди рассказов Клары о привычках светского общества, Эбби пропустила мимо ушей упоминание о том, что завтраки обычно происходят после полудня. Святые небеса, вот бы в эти поездки в связи со свадьбой вошел визит в кондитерскую, например, чтобы решить вопрос о торте.
Нет, такая удача ей не улыбнулась. Сначала они навестили викария, чтобы обсудить церемонию. Там им предложили только чай. Разве кто–то ест в такое время?! Потом последовал визит к портнихе – на очередную примерку платья Эвелины. А рядом не оказалось ни одной кондитерской.
После часа их деловых разъездов чувство голода стало довольно неприятным ощущением. Через два – раздражающим. К концу третьего часа у Эбби живот сводило от голода. Только покровительственные улыбочки леди Тиндэйл сдерживали ее желание умолять двух леди подозвать торговца клубникой.
В тот момент, когда они выходили от портнихи и усаживались в карету, она как раз размышляла, сколько же времени человек может обходиться без еды.
— Хвала небесам, мы закончили! – сказала Эвелина, как только они устроились на своих местах, — теперь мы можем ехать прямо к леди Брамли.
— Еще слишком рано, — запротестовала ее мать, — всего лишь половина второго. Мы еще успеем заехать к модистке по поводу твоей вуали. До трех у леди Брамли не будет ни души.
«До трех! О, ужас!» — пронеслось в голове у Эбби.
— Но мы должны еще заехать за Спенсером, — поспешно сказала девушка, — так что мы можем с таким же успехом отправиться в Министерство.
Еще целых полчаса без еды. Что за божественный денек.
К счастью, леди Тиндейл сдалась, но зато теперь им пришлось дожидаться Спенсера. Прошло еще полчаса, прежде чем появился виконт.
— Добрый день, леди, — произнес он, садясь в карету. Расположившись рядом с Эбби, виконт приказал кучеру трогаться.
— Извините, что заставил вас ждать, но я не думал, что вы приедете так рано.
— Ваша жена очень переживала, что мы можем опоздать на завтрак, — начала жаловаться леди Тиндэйл, не дав Эбби даже и рта раскрыть. – Я говорила ей, что никто не приходит вовремя на подобные мероприятия, но она все–таки настояла, чтобы мы отправились раньше.
Посмотрев на Спенсера, его жена выдавила из себя подобие улыбки.
— Я просто не хотела оскорбить леди Брамли. – Или голодать. Но она бы лучше проползла на коленях по раскаленным углям, чем призналась бы ему в своей ошибке. Ей понадобилась неделя, чтобы достичь состояния безмятежной утонченности – и она совсем не собиралась разрушать его сейчас.
Леди Тиндэйл фыркнула:
— Я уверяю вас, моя дорогая, маркиза бы нисколько не обиделась. У вас, американцев, такой странный склад ума.
Ответив леди Тиндэйл холодной улыбкой, Эбби занялась поиском идеальной «изысканной» фразы, чтобы сменить тему разговора, но ее опередила Эвелина.
— Лорд Рейвенсвуд, Вы, наверное, выполнили огромное количество дел?
