— До встречи с тобой я считал, что люди ничем меня не могут удивить. — внешне невозмутимо заметил Дух, подойдя к Инии. Гитару он держал в одной руке, а второй что-то искал под плащом. Единственной свободной конечности на поиски явно не хватало, но ни класть инструмент на камни, ни доверять его Инии эльф не стал. Наконец, ценой изрядных усилий, искомый предмет удалось извлечь наружу. Это оказался моток тонкой серебристой верёвки. Соорудив петлю и набросив её на зубец, Аллиэль с гитарой легко перешагнул через парапет и повис, упираясь в стену ногами.
— Сама ты с окоченевшими руками не спустишься. — заметил эльф, убедившись, что девушка намерена следовать за ним. — Цепляйся за меня.
После некоторых колебаний графская дочь послушалась, перелезла через парапет (по сравнению с Духом, крайне неуклюже), и повисла, вцепившись в эльфа руками и ногами. Тот, казалось, не заметил увеличившегося веса и начал спуск, держась за верёвку одной рукой и шагая по стене, как по дороге. Иния удивлялась, пока не вспомнила, как он нёс Виа, чуть ли не на вытянутых руках и без всякого видимого усилия. Надо полагать, для него что человек на плечах, что гитара в руке…
Сгрузив девушку на галерею, Аллиэль как-то хитро дёрнул за верёвку, и она упала к его ногам. Иния тут же представила себе последствия, неизбежные, вздумай верёвка проделать этот фокус чуть раньше, и содрогнулась.
— Странные вы существа — люди. — эльф покосился в её сторону, сматывая верёвку и по-прежнему упорно не выпуская гитару из рук.
— Вы тоже. — ответила Иния и замолкла, набираясь наглости. После паузы, собравшись с духом, она спросила:
— Чьи это были стихи? Твои?
Аллиэль сделал шаг назад, чтобы не сказать «отшатнулся», и смерил девушку недоверчивым взглядом.
— Мои. — с вызовом произнёс он наконец, явно ожидая какого-то подвоха.
— Красиво. — с некоей затаённой тоской вздохнула Иния. — Непонятно, но красиво. Никогда не думала, что наш язык может звучать почти как эльфийский.
— Интересно, ты одна такая… странная, или это люди настолько изменились? Если так, то наши пословицы нуждаются в пересмотре. Скажем, стоит предложить что-то вроде: «Проживи хоть век, хоть пять, а людей нам не понять». - с этими словами эльф развернулся и исчез. Растворился в темноте, слился со стеной — кто его знает?
— Не только вам нас не понять. Мы сами себя не понимаем…. -пробормотала Иния, и, подавив тяжёлый вздох, проскользнула в комнату, тёплую и заполненную дымом — видимо, пока она любовалась на звёзды, ребята подкидывали дрова.
Устроившись на толстой шкуре какого-то северного зверя, девушка с тоской уставилась в огонь. В родительском замке она прочитала достаточно баллад, чтобы понимать, что с ней происходит, как оно называется, и с чем его едят. Одного она не знала — как этому сопротивляться? Ведь немыслимо же, просто немыслимо: она, человек, смертная, отнюдь не красавица и даже не принцесса, — и эльф. Прекрасный, бессмертный… совершенный! И такой одинокий….
По мягкому снегу кони неслись совершенно бесшумно, вздымая клубы сверкающей пыли. Сотник прокричал команду, и всадники почти одновременно опустили копья. Строй при этом, как ни странно, не рассыпался. Правильным прямоугольником, ощетинившись стальными жалами, сотня летела вниз по склону, набирая скорость. Когда между первой шеренгой и рубежом обороны осталась пара сотен шагов, прозвучала ещё одна команда. В ответ с тихим шипением из кустов, с деревьев, да и просто из-за сугробов навстречу атакующей конной лаве полетели стрелы. Вместо наконечников ополченцы обматывали их тряпками, набитыми шерстью или паклей — на случай меткого попадания, скажем, в глаз. Конечно, с такими мерами предосторожности становилось сложно понять, кто в кого попал. Дух весьма изящно решил эту проблему — он использовал магию, и теперь при соприкосновении с целью мягкий наконечник оставлял светящееся пятно.
Пара минут активной стрельбы — и искрящиеся узоры украсили почти всех атакующих воинов. Повинуясь новой команде, ливень стрел прекратился. Всадники повернули коней и неторопливой рысью направились обратно на склон, стряхивая с доспехов светящиеся частицы. Лучники по одному потянулись собирать утонувшие в снегу стрелы.
Дух спрыгнул с дерева, на котором в удобной развилке устроил себе командный и наблюдательный пункт, и совершенно бесшумно приземлился в сугроб рядом со мной. Какое-то время эльф молча смотрел на мельтешение людей, после чего тяжело вздохнул и отвернулся, взъёрошив густую пепельную гриву. Жест получился каким-то нервным, не похожим на обычные движения Духа.
— Чего мы хотим добиться? Успеть до весны сделать из этих крестьян лучников? Проще тебя научить играть на гитаре…
— Ну, того, что ты подразумеваешь, говоря «лучник», из них вообще не сделать. Ни до весны, ни до конца их жизней. Но нам достаточно, если они станут хорошими стрелками — по человеческим меркам.
— Думаешь, достаточно? — энтузиазма в голосе эльфа я не услышала.
— Мне бы хотелось видеть в своём войске отряды эльфийских лучников, ваших и наших магов, гвардию Владык в качестве ударной силы, и прочих арранэ как прикрытие с воздуха… мечтать не вредно! Эльфы никогда не станут сражаться бок о бок с моим народом, наши маги не верят в реальность угрозы, отец опасается предательства… Так что останавливать жертвоприношение придётся нам, теми силами, какие мы сможем собрать. И вообще, хочешь поднять себе настроение — приходи посмотреть на занятия фехтованием. Сразу поймёшь, что, во-первых, ты гораздо более талантливый учитель, чем я, и, во-вторых, лук люди осваивают куда быстрее и с меньшими усилиями, чем меч, уж не знаю, почему.
— Слабые они. Ни реакции, ни пластики, ни силы, ни выносливости… И как только они вообще выжили в процессе эволюции?
— Я смотрю, ты их любишь… странною любовью! Можно ждать «несчастных случаев в результате неосторожного обращения с оружием»?
— С чего ты взяла? Среди них попадаются вполне достойные экземпляры… та же Иния… — что Дух хотел этим сказать, осталось неизвестным, так как он резко повернулся и направился к лучникам, на ходу распекая их за недавнюю стрельбу. Пожалуй, правильно сделал. Трепаться можно в любое время, а немногие светлые часы лучше использовать для тренировок. Тем более что лошадей на таком морозе долго держать не стоит.
Тайфун отозвался на лёгкое прикосновение коленей и пошёл крупной рысью, по своему обыкновению красиво изогнув шею и высоко поднимая ноги. Следовало ещё глянуть, как там Лише с пехотой и Кодар с рыцарями… ну и тренировка оруженосцев, само собой! И чего мне дома не сиделось? Ни людей, ни войны, ещё и тепло к тому же…. Вспомнив сонный покой Островов, я вдохнула морозный воздух полной грудью и чуть подтолкнула коня шенкелями. Тайфун довольно фыркнул и поскакал галопом, взметая снежный шлейф.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
