зазвучали громче, радостнее… Вот же… бесполезные перьевые будильники! Ничего полезного предсказать не могут!
Среди рыжих и кроваво-красных голов мелькнула до боли знакомая лазурь. Я выгнула шею, пытаясь рассмотреть — но Каин ускорился, и мне тут же пришлось вцепиться в кожанный рожок. В иной ситуации ехать верхом на огромном бронированном ящере было бы увлекательно. Специально для меня на массивной шее Каина закрепили подобие седла, сняв его с вьючных единорогов из императорского стойла.
Я оседлала супруга. Во всех возможных и невозможных смыслах!
И вот мы под конвоем из двадцати лучших волков и одного пепельного кота отправились по следу Фауста.
На болотах разделились. Каин безошибочно определил нужную тропу, скользя по хрустящему настилу леса Пустот гибким животом. В какой-то момент земля под нами вздыбилась, забурлила, точно кипящий океан. Я чуть не свалилась вниз, а Каин встал на задние лапы и повалил многоэтажного костяного зулу с пастью прямо на животе.
«Они совсем оголодали из-за засухи. Держись крепче!» — приказал, отшвыривая тварь силой мысли. Но я не слушала.
Запах. Тут, рядом!
Как я могла распознать нюхом Фауста, если раньше этого не умела? Неважно. Почти инстинктивно потянулась всем телом, соскользнула с шеи дракона и помчалась сквозь траву, в которой извивались то ли корни деревьев, то ли щупальца монстра, к узкой расщелине в скале.
Тело было легким… а потом стало совсем невесомым, почти эфирным.
Ведомая страхом за жизнь сына я и не заметила, как просочилась в узкую дырочку и как исчезла моя походная одежда. Я бежала, бежала, ничего не замечая. Даже то, что у меня было четыре лапы.
56
Извилистая нора привела к широкому подземному гроту. Везде, на стенах, полу и в самом ее центре густым слоем копошились изумрудные переплетения лиан. Желтые цветки, сладкий до удушливости аромат… Душегубка, моя старая знакомая. Вот почему кругом столько зулу, это ты их подманила!
Лишь принюхавшись и поймав себя на этом, я осознала произошедшие с телом перемены.
— Ау-ау-у-у! — вырвалось из… пасти?
Все стало таким ярким и отчетливым, хотя вокруг царил мрак. Вместо конечностей у меня были звериные лапы — передние покрывала черная шерсть с вкраплениями синих и пепельных искр, а вот задние больше напоминали конечности Каина. Такие же когтистые, темные и чешуйчатые.
Я обратилась, только в кого? Что это за чупокабра? Хотя хвост вот роскошен, не скрою, шире моего туловища и похож на огромный шелковистый шлейф.
— Мама?
Все стало неважно — странная трансформация, рев зулу наверху. Он был в самом центре сплетения смертоносных растений. Мой Фауст. Исхудавший, с синяками под глазами. Не будь он росомахой, точно не продержался бы столько без воды и пищи.
И он как-то узнал меня.
— Мама, как ты?.. Неважно…
Я тонко заскулила. Черт, язык! Я же не могу ему ответить!
— Ты пришла, — едва слышно сказал Фауст. — Снова. А эти… братья, сородичи, они просто сбежали, когда я провалился под землю. Ха-ха-ха! Какая ирония…
Бедняжка. Подожди-подожди, сейчас вытащу.
— Не подходи!
Злой окрик заставил замереть. Несколько лиан уже тянулись ко мне с трех сторон. Так, нужен другой план. Душегубка, в чьи сети попал мой сын, действовала наверняка. Раз ухватившись — она уже не отпускала, дожидаясь момента, когда добыча сама станет сытным удобрением.
— Они чувствуют движение. Просто замри и слушай — ты должна уйти. Прямо сейчас, слышишь? — Я громко и зло зарычала. Спятил? — Знаю, ты думаешь, что я спятил. Но это не так… Не могу… Просто не могу загубить еще и твою жизнь.
— Арррр-аррр!
— Мама, я знаю, что вел себя мерзко… я, — его голос оборвался всхлипом, — такой дурак. Стольких обидел. Тебя, отца, братьев… Просто знай, что это не из-за вас. Вы были отличными родителями, куда лучшими, чем можно мечтать… Но я должен был попытаться. Хотя бы сейчас позволь повети себя, как достойный сын. Брось меня!
Я сделала шаг вперед.
— Ты слышишь меня? Брось это дело, я того не стою!
Еще шаг.
— Не надо, — там, в сосредоточении смертельного объятия снова был мой мальчик, любящий и заботливый. И сейчас он рыдал. — У тебя ведь есть и другие дети. Не подходи ко мне, ты умрешь!
Я. Не. Умру.
Если ты смог понять, что перед тобой твоя мать, ты поймешь и это!
Я залилась таким яростным захлебывающимся лаем, что сама себе показалась вздорной собачонкой. Но он должен был меня услышать. Понять, что вместе мы сможем найти способ выбраться.
И, кажется, подействовало. У Фауста включилось второе дыхание.
— Ясно, ясно… Послушай, к нам не смогут добраться мужчины. Проход слишком узкий. Я читал про это растение в школе. У него где-то есть нервный узел. Такая прозрачная дряблая штука у основания корней.
Я кивнула.
— Он должен быть где-то за пределами основной массы хищника. Попробуй найти.
Умница, так держать. Узел, так узел.
Найти его оказалось делом нехитрым — новый нос работал идеально. Гелеобразный мешок, наполненный жижей, прятался в ста метрах от основного скопления растений. Но вот раскопать его оказалось непростой задачей — несколько раз лианы стягивались спиралью, грозя удушить меня на месте.
Пришлось использовать зубы.
Ого, какие острые! Я волчица или типа того? Жаль, нет времени себя изучить и подумать об отличиях с трансформацией Тиамат.
— Нашла?.. — на грани сил крикнул Фауст из-под плотного слоя зелени. — Попробуй перегрызть его. Может, тогда душегубка ослабит силки?
Послушно вцепилась в неприятный сгусток клыками. Где-то снаружи меня искал Каин, но чувствуя меткой азарт и спешку, похоже, понял, что сына я все-таки нашла. В висках отражалось облегчение пополам с нотками угрозы. Кому-то будут бить пушистую попу. И "кому-то" этого очень не хотелось!
Лопнувший нервный узел разлился солью на языке. Все кругом напряглось и обмякло. Помогло?
— Кажется, помогло, — подтвердил мои надежды сын. — Только не подходи, я сам попробую выбраться, — Да вот только в следующую
