— Значительно лучше. — Он и взял меня за руку. — Пойдемте, мы опаздываем.
Муран и еще какие-то придворные последовали за нами, когда мы направились в тронный зал.
Дориан не бежал, но в его движениях явно чувствовалась спешка.
— К чему так торопиться? — удивилась я. — Разве подданные не должны исполнять все ваши желания?
— Разумеется, это так. Но я обязан появиться, прежде чем прибудут другие монархи, иначе возникнет положение, затруднительное с точки зрения этикета. Когда мы войдем, все должны будут поклониться. Но монархи это делать не обязаны. Если они прибудут раньше меня, возникнет неловкая ситуация.
— Что вы имеете виду, говоря о поклонах? Это значит…
Герольд распахнул двойные двери и раскатистым голосом объявил:
— Его величество король Дориан из дома Аркадии, повелитель Земли, защитник Дубового Царства, да благословят его боги.
— Ну ничего себе, — выдохнула я.
Дориан стиснул мою руку.
— В сопровождении Эжени Маркхэм, она же Черный Лебедь Одиллия, дочь Тиригана, короля Бурь.
Я подумала, что, наверное, никогда не привыкну к таким именованиям, но мое изумление испарилось на фоне того, что произошло дальше. Гости все до единого повернулись к нам, упали на колени и склонили головы. Наступила мертвая тишина. Медленно, почти скользя, мы двинулись по проходу. Я старалась смотреть только вперед, а не на море существ, покорных своему королю.
Пока мы шли до трона, наверное, взошло и угасло несколько цивилизаций. Когда мы наконец добрались, Дориан вместе со мной повернулся лицом к толпе и сделал еле уловимый жест. Не знаю, как можно было что-то разглядеть с так низко опущенными головами, но все поднялись. В тот же самый миг в зал вернулись оживление и музыка. Гости снова двигались, мешались друг с другом, смеялись. Слуги с подносами и напитками сновали туда-сюда. Все это вполне могло бы сойти за обычный человеческий бал, если бы не периодически встречавшиеся тролли или привидения, потягивающие вино. Мужчины были одеты в духе Ренессанса, явно нравившемся Дориану, но женские одеяния варьировались от средневековых бархатных платьев с расширяющимися от локтя рукавами до греческих туник и хитонов.
— Теперь, дорогая моя, мы должны разделиться.
Я оторвала взгляд от толпы.
— Что вы сказали?
Дориан помахал рукой.
— Здесь присутствуют самые знатные люди моего королевства, да и других земель. Я должен побыть с ними, выслушать глупую лесть, как будто мне есть до них дело. Вы знаете, как это бывает.
Меня охватил ужас, когда я снова посмотрела на лица всех этих джентри.
— Почему я не могу пойти с вами? Мы же теперь работаем вместе, и все такое.
— Потому что если я продержу вас рядом с собой всю ночь, то буду выглядеть собственником, не уверенным в самом себе. Я оставлю вас одну, тем самым продемонстрирую абсолютную убежденность в том, что ночью вы предпочтете меня всем иным соискателям.
— Господи! Так меня будут домогаться всю ночь!
Дориан рассмеялся.
— Не переживайте. Больше им ничего не остается, если только вы сами не захотите иного. Любой, кто прикоснется к вам против вашей воли, ощутит на себе ярость всей моей гвардии, не говоря уже о большинстве гостей. Это будет неслыханным оскорблением.
— Стало быть, если мне вдруг этого захочется, то я могу уйти с любым?
— Разумеется. Вы свободны в своем выборе.
— Это не будет оскорблением вашей мужской гордости или чем-то вроде того?
— Совсем чуть-чуть. Но потом я затащу в постель пять или шесть красоток и довольно удачно расквитаюсь за поражение.
— Однако! Каких удовольствий я вас, оказывается, лишаю!
— Не переживайте. Завтра вы вернетесь к себе, а я наверстаю упущенное.
Я сглотнула и огляделась вокруг. Шутки Дориана не могли прогнать моей тревоги.
— Я же тут никого не знаю.
Дориан развернул меня к себе и нежно поцеловал в губы. Мне пришлось приложить немалые усилия, чтобы расслабиться. Я до сих пор впадала в шоковое состояние каждый раз, когда он так делал.
— Значит, вам просто нужно познакомиться, — обрадовал он меня.
Король отправился к первой попавшейся кучке гостей. При его приближении я услышала всплеск преувеличенных восторгов. Я чувствовала себя странно, даже глупо, и подумала, куда же мне идти и с кем говорить. Не люблю большие вечеринки. Я слишком много времени провела в одиночестве, чтобы по-настоящему знать, как вести себя в такой толпе, не говоря уже о том, что все эти персоны были обитателями Мира Иного. Две самые страшные мои фобии соединились в одном нескончаемом вечере.
— Вина? — спросил внезапно подвернувшийся слуга.
— Да, пожалуйста.
Я схватила кубок с протянутого подноса и торопливо хлебнула сладкого фруктового красного вина. Потом я отправилась куда глаза глядят, сделала пять шагов и была немедленно перехвачена высоким джентри в малиновом бархате. У него были черные волосы и аккуратно подстриженная бородка.
— Леди Маркхэм! — Голос его сочился патокой.
Он взял меня за свободную руку и поцеловал ее.
— Какая радость встретиться с вами. Я Маркус, лорд Данцийский из Рябинового Царства.
— Привет, — ответила я, уверенная в том, что его имя вылетит у меня из головы сразу же, как только он уйдет.
Этот тип не выпускал моей руки и с головы до ног поедал меня глазами. Внезапно я пожалела, что платье такое облегающее, а декольте — чересчур низкое.
— Должен сказать, что я наслышан о вашей красоте, но слухи бледнеют в сравнении с реальностью, — мурлыкнул он.
— Благодарю.
Я попыталась отобрать руку, но он накрепко вцепился в нее.
— Корни моего благородного рода уходят в те времена, когда наш народ только покинул человеческий мир. Он известен своими храбрыми воинами. Магия струится в нашей крови, как правило, взывая к одному из элементов. Мои собственные способности распространяются на область воздуха.
Как будто в доказательство его слов я внезапно почувствовала легчайшее дуновение, коснувшееся моих рук.
— Мои потомки наследуют огромные земли. Мой род всегда верой и правдой служил королевской семье. Даже сейчас я — близкий друг Катрис, королевы Рябинового Царства. Она — могущественный союзник.
Тут я поняла, что он быстро и складно выкладывал мне свою родословную, в точности как собачник, хвастающийся грамотами своего пса-медалиста.
Я уже открыла рот, чтобы объяснить, что мне все это неинтересно, но он лишь продолжал в том же духе:
— Некоторые мужчины боятся иметь супруг-воительниц. Они будут стремиться контролировать вас, чтобы использовать вашу магию в собственных целях. — Он еле заметно склонил голову в сторону Дориана, беседовавшего с высокой темнокожей женщиной. — Но не я. Я не стал бы пользоваться вами, чтобы усилить свое влияние. Вы будете царствовать рядом со мной как равная, деля заботы о наших отпрысках.
