Оторвавшись от своих мыслей, я снова взглянула на пирата, ожидая, что он еще мне скажет. Но Лоет так больше ничего и не произнес. Он секунду смотрел на меня, поджав губы, после махнул рукой и ушел, а для меня началась настоящая пытка ожиданием. Поначалу занятия с Красавчиком хорошо отвлекали, но к обеду Самель прогнал моего ученика и сам ушел, чтобы накормить команду, уже начавшую проявлять первые признаки голода. Это выражалось в визитах то одного матроса, то другого. Они заглядывали в каюту, неловко кланялись мне, бормоча нечто вроде:
— Здрасти, мадам, — и после этого слышался громкий шепот:
— Самель, когда жрать будем? Брюхо уже сводит.
— Мясник, жрать охота…
— Сейчас сдохну…
— Вам бы только жрать! — заревел на них кок.
— Господин Самель, вы можете заняться своими обязанностями, — мягко сказала я, опуская руку ему на плечо. — Я пока почитаю.
— Хорошо, мадам, — вздохнул мужчина и ушел, тут же выдав бранную тираду, выражавшую его мнение о товарищах по команде.
Теперь рядом со мной сидел Эрмин. Мы немного поговорили, и я попробовала углубиться в чтение. Сосредоточиться никак не удавалось. Чем больше проходило времени, тем сильней я волновалась. Услышав шаги на палубе, я поднимала голову и прислушивалась, но в каюту никто не входил. Несколько раз мне казалось, что я слышу голос Дамиана, и тогда сердце в моей груди замирало. Но мгновение — и я понимала свою ошибку. Пару раз я отправляла Эрмина узнать, не вернулся ли капитан, но Лоет все еще не поднялся на борт.
Я так разволновалась, что обед втолкнула в себя только из вежливости и нежелания обидеть кока, вновь появившегося в моей каюте и сменившего Эрмина. После обеда металась по каюте, как зверь в клетке, чем невероятно взволновала Самеля. На лице мужчины отразилась такая мука, что я вернулась на свое место и взялась за книгу. Кок тяжко вздохнул, и я не выдержала:
— Что вас терзает, господин Самель?
— Мне вас жалко, мадам, — ответил мужчина. — Очень жалко.
Я не нашлась, что ответить, и ограничилась вежливой улыбкой. Сочувствие великана было тягостным, и на душе стало совсем тошно. И когда сумерки окутали нас, я не выдержала и выругалась:
— Чтобы черти задрали капитана Лоета! Где его носит?!
— Вот это благодарность! — тут же послышалось насмешливое восклицание. — Дамочка, я уязвлен, оскорблен и чертовски негодую.
— Вэйлр! — я вскочила со стула и бросилась к дверям. — Ну наконец-то!
Капитан раскинул руки, словно собираясь принять меня в объятья, и я остановилась, с волнением глядя на него. Затем попыталась заглянуть ему за плечо, но того, кого я так хотела там найти, не было.
— Нет, Ада, это всего лишь я, в гордом одиночестве, — усмехнулся Лоет и прошел мимо меня. — Самель, — кок склонил голову и покинул каюту. — Итак, принимайте доклад. Лейтенант Литин жив, но здесь его уже нет. Тихо-тихо, дамочка! — я покачнулась, и Вэйлр стремительно поднялся, удерживая меня. — Сядьте, впечатлительная моя. Нужно воды? — я отрицательно покачала головой. — Тогда продолжаю. Вашего супруга купили вскоре после того, как забрали старших офицеров. Купил мужчина, неизвестный мужчина, то есть он не является постоянным покупателем на невольничьем рынке. Хромой, продавец живого товара, сказал, что покупатель, скорей, пожалел Литина. Тот был… Ада, давайте я все-таки распоряжусь насчет воды.
— Продолжайте, — глухо отозвалась я.
— Хорошо. В общем, ваш муж был в плачевном состоянии. Его раны начали гноиться, и Хромой уже собирался добить его, — я закрыла глаза и до крови закусила губу, — но появился тот самый покупатель. Его привлек стон лейтенанта. Осмотрев его, мужчина покачал головой и распорядился доставить на постоялый двор, где он остановился. Сделка состоялась, вашего супруга отправили к его хозяину, и больше Хромой о нем ничего не слышал.
— Всевышний, — прошептала я, изо всех сил сдерживая слезы. — Но…
— Ада, вы слыхали, что Всевышний любит терпеливых? Тогда помолчите и дайте мне продолжить. — Я впилась взглядом в изуродованное лицо капитана. Он усмехнулся и направился к выходу из каюты. — Я сейчас вернусь, — бросил он на ходу.
Капитан действительно вернулся очень быстро. Он нес бутылку вина и два серебряных стакана. Ловко откупорив бутылку, разлил вино и подал мне стакан. Затем отсалютовал своим и сделал большой глоток.
— Пейте, Адалаис, пейте, — велел он мне, и я послушно отпила. — Вот и хорошо. Не стесняйтесь, у нас с вами много вина. Гораздо больше, чем моего рассказа. Продолжу, — капитан допил и снова плеснул себе. — Я отправился на тот самый постоялый двор. Оказалось, что мужчина, купивший вашего мужа, лекарь. Из-за Литина он задержался на Лаифе дольше, чем рассчитывал. Лечил. Вот такая нежная забота об имущ… о своем приобретении. Когда они покинули постоялый двор, ваш муж был еще слишком слаб, но все-таки выглядел несравненно лучше, чем в момент собственной покупки. Я так же узнал, откуда был этот лекарь.
— Откуда?! — я жадно подалась вперед.
— Из Хаддисы, — ответил капитан, и я попробовала вспомнить, где это. — Несколько месяцев плавания. Через пролив и в Бескрайнее море, — пояснил Лоет раньше, чем я задала вопрос. — Это на востоке. В общем, что я могу вам сказать… Вашему мужу не грозят плантации — скорей всего, лекарь сделает его слугой, помощником, может, даже учеником. Значит, можете не опасаться ни за жизнь, ни за здоровье вашего мужа. Что касается дальнейшего путешествия…
— Мы отправляемся в Хаддису! — я вскочила с кресла и тут же упала назад — вино быстро ударило в голову. — У нас договор на полгода, капитан Лоет. Никаких возражений я не приму.
— По морю до самой Хаддисы мы не доберемся, — осторожно произнес капитан.
— Я заплачу!
— Вы настолько богаты? — усмехнулся пират.
— Вэйлр, я уже заплатила вам немало, но если вам этого недостаточно…
— Черт с вами, дамочка, — неожиданно зло воскликнул капитан. — Знаете, что меня бесит? — я в недоумении посмотрела на него. — Как вам удается вить из меня веревки?
— Мне? Веревки? Из вас?! — я была просто потрясена.
— Именно, Ада, именно, — кивнул Лоет. — Какого черта, я вас спрашиваю? — он снова разлил вино, ударил стаканом о мой стакан. — Будьте здоровы, мадам Литин.
Я сделала глоток и посмотрела на мужчину, сорвавшего с головы повязку. Я хотела узнать, когда мы отправляемся, но вместо этого спросила:
— Как вы получили ваш шрам?
Лоет посмотрел на меня, усмехнулся и поднялся со своего места.
— Спокойной ночи, дамочка. Отходим на рассвете.
И покинул каюту, оставив меня в полном недоумении. Нежелание капитана рассказывать о себе было таким стойким, что я уже давно перестала задавать ему вопросы, которых было немало в первые дни нашего путешествия. И про шрам я уже спрашивала, желая услышать историю из его собственных уст, но Лоет ушел от ответа, как и сейчас, впрочем. Зачем я вновь задала этот вопрос? Сама не знаю. Наверное, потому что Вэйлр Лоет был слишком таинственной личностью, чтобы совсем не вызывать интереса, верней, любопытства. И чем больше я наблюдала за ним, тем сильней крепла моя уверенность, что он вовсе не прост. Слишком отличался капитан «Счастливчика» от своих людей, несмотря на брань и жесткий нрав.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
