— Всё верно, мистер Поттер. В теории. А на практике мы имеем этот вековой мусор и ежегодное обещание подумать над данным вопросом. Возможно, хоть теперь мётлы заменят на что-то новое, но я уже ни на что не надеюсь.
Она посмотрела на меня.
— Успокойте вашу магию. Мы просто переволновались за вас.
Дробный ледяной перестук утих.
— Если для убеждения Попечительского совета потребуются мои показания — обращайтесь, — сказал я.
— Пойдёмте. Вам нужно попасть в больничное крыло.
* * *
В больнице нас встретила бледная Помфри. Помня, какое именно послание она услышала от нашего декана, я сходу выдал:
— Только растяжение запястья и ссадины. И возможный «пост-ступефай».
— На кровать, — строго скомандовала медик. — Роланда, можешь не ждать. Меня предупредили, так что это может затянуться. А у тебя там группа под дождём…
— Я всех отправила под крышу. Ладно, ухожу. Замёрзла, как собака.
Я присел на чистую простынь, прямо в грязной мокрой одежде. Замелькали пассы диагностических кастов.
— Мне сказали, что вы упали с большой высоты. Откуда «Ступефай»?
— Наша декан приголубила, — безразлично ответил я. Что за манера — вести долгую диагностику и неспешный опрос, не давая высушить холодеющую одежду?
— Поттер, с вами всё в порядке? — настороженно поинтересовалась Помфри. Я не стал отвечать. А, да пошло оно всё…
— Мне нужна помощь домовика Хогвартса, — произнёс я, прикрыв глаза.
Мгновенно появившаяся Фиби испуганно сложила уши и прикрыла рот ладошкой. Но опомнилась и дисциплинированно спросила:
— Что Фиби может сделать для молодого мага?
— Фиби, если тебе не сложно, высуши и подогрей мою одежду, — попросил я вежливо. — Сам я пока не освоил эти чары.
— Конечно, Фиби несложно.
Одежда мгновенно стала сухой, тёплой, чистой и выглаженной. Помфри дёрнулась — сушка сбила ей какие-то чары. Но я блаженно вздрогнул.
— Спасибо, Фиби, что бы я без тебя делал.
Домовичка счастливо улыбнулась и исчезла. Помфри посмотрела на меня — да, я понимаю, что эпитет «странно» звучит слишком часто, однако это опять было именно так — помедлила и продолжила диагностику.
Делала она её долго. Намного дольше, чем нужно для ссадин и растяжения. Конечно, кого я хочу обмануть — колдомедика спустя двадцать минут после первого судорожного оборота?
— Какая форма? — спросила она просто.
— Сова.
— Регистрировать будете?
— Да.
Собственно, поэтому я особо и не беспокоился, что Помфри меня раскусила. Регистрация в моём случае не вредила: сова, так же как, скажем, дворовая кошка или воробей — распространённые и неотличимые от местных животных формы, не дающие фору в деле моего опознания. А уж тот факт, что сов-сипух в Хогвартсе намного больше, чем кошек или даже воробьёв…
А вот свои преимущества легализация аниформы давала. Я намерен использовать птичий оборот часто и не собираюсь каждый раз скрываться с чужих глаз. Один только иммунитет к лестничным ловушкам или быстрое перемещение по замку чего стоят.
Хотя, кого я обманываю. Полёт, сам по себе, без всякой полезности и выгоды. Даже там, прозябая под грозовым ливнем и едва выбравшись из взбесившегося аттракциона, я это осознал и оценил. Возможность просто летать, куда хочу и когда хочу, не на нелепых мётлах и даже не с куда более продуманным ранцем, а в прекрасно приспособленном для полёта теле… Это вам не кошкой бегать. Этот подарок — как второй Саргас. Ну, или как любимый младший брат Саргаса, по крайней мере.
И шантажировать меня способностью летать я не позволю. Нужно регистрироваться. А здесь у «заинтересованных» сторон есть некоторые возможности для создания мне проблем.
Имеется определённый срок, в течение которого новый анимаг обязан зарегистрироваться в Министерстве Магии. Однако я заперт в Хогвартсе. По закону, за своевременную регистрацию отвечают преподаватели и руководство. В моём случае директору будет выгодно затянуть этот процесс до предела, за которым моё положение станет нелегальным. А доказывать потом чиновникам, что виноват в произошедшем не я, а — кто-кто? Председатель Визенгамота? Отличная шутка.
Поэтому информацию о способности становиться совой нужно придержать. На некоторое время. Самостоятельно легализовать новый статус, и уж тогда перестать скрываться.
— В ближайший час вам нужно плотно поесть, — продолжила между тем Помфри. — Я могу вызвать домовика с едой сюда.
— Вряд ли меня надолго оставят в покое, — ответил я, понимая, что Хуч уже уведомила деканшу и она жаждет пообщаться «с гадёнышем». — С рукой можно что-то сделать?
Помфри достала какую-то мазь. О, знакомая флоббер-основа, хотя это не ожоговый состав. Боль мгновенно утихла. Запястье плотно перебинтовали.
— До утра не снимать, — сказала Помфри, обрабатывая ссадины. — От простуды вы своё зелье выпьете, или бодроперцового дать?
— Что, профессор Снейп еще не сварил запас для больничного крыла?
— Он занят преподавательской деятельностью.
Я достал два десятка флаконов. Наварил в выходные. Реабилитация после прогулки в Хаос: чередование интеллектуальной нагрузки, физической работы и отдыха в равных долях. Да чтоб я так жил.
Благодарно кивнув, Помфри убрала зелье в шкаф.
— МИСТЕР ПОТТЕР!
МакГонагалл. Дошла всё-таки.
— Никогда… Никогда за всё время, что я работаю в Хогвартсе…
Видимо, она очень многое хотела сказать, но ей не хватало воздуха. Путь из кабинета замдиректора неблизок.
— Как вы могли… Вы чуть не сломали себе шею…
— Чуть не погиб в кошачьих когтях, — продолжил я негромко. МакГонагалл меня не слышала, а вот Помфри опешила.
Декан остановилась и, наконец, вдохнула полной грудью. После чего решительно приказала:
— Следуйте за мной. Немедленно.
Я посмотрел на колдомедика.
— Один час, мистер Поттер. Вызывайте домовика, если что.
— Спасибо, мадам Помфри. Я помню.
Мы поднимались на четвёртый этаж. Я уж было подумал, что МакГонагалл возвращается в свой кабинет, но она остановилась перед классом Чар. Не нашим, другим — для старшекурсников.
— Извините, профессор Флитвик, я могу ненадолго забрать у вас Вуда?
Флитвик посмотрел на неё, на моё грязное поцарапанное лицо и перебинтованную руку, вежливо улыбнулся и дал согласие. Через минуту Оливер Вуд, капитан гриффиндорской команды по квиддичу, стоял перед нами в коридоре.
— Поттер, знакомьтесь — это Оливер Вуд. Вуд, я нашла вам ловца.
Мы с Вудом посмотрели друг на друга и одновременно сказали:
— Нет!
Приятно иметь дело с профессионалом.
— Вот и прекр… Что?!
— Я не намерен садиться на метлу!
— Поттер — не командный игрок, мэм.
Мы опять ответили одновременно. Но МакГонагалл не собиралась сдаваться.
— Способность работать в команде можно воспитать. Да для ловца она и не так важна, как для загонщика или охотника. Вуд, вы не видели — он летает, как птица. Идеально сложен для ловца — лёгкий и быстрый. Надо будет раздобыть для него приличную метлу, «Нимбус-2000» или…
— Нет! — меня передёрнуло. Только спортивных мётел мне не хватает. Форсированных, с полностью снятыми ограничителями и ослабленной стабилизацией. Вот там провороты как раз возможны и допустимы, в рамках некоторых финтов.
— Поттер! Прекратите… что значит «не сяду на метлу»? Ваш полёт… Вам что, не понравилось?
— Ваша сломанная метла вынесла мою тушку в центр грозовой тучи и там развалилась. Нет, мэм, мне не понравилось.
— Прекратите нести чушь. Без метлы вам пришлось бы падать, а упавшие с такой высоты не выживают. Думаю, я смогу выбить у директора разрешение для одного первокурсника…
— Мэм. Я твёрдо намерен садиться на мётлы ровно в том объеме, что требуется для минимального проходного балла по С.О.В. Сразу после С.О.В. я выкину этот бесполезный веник в топку и вздохну с огромным облегчением.
— Это не вам решать!
Я опешил.
— Почему?
МакГонагалл осеклась, но продолжила поучительным тоном:
