нож и бросился на волка. Позже оказалось, что это был оборотень. И он почти убил Фела. Я схватила палку… И… – Меня снова замутило.
Я вспомнила эту окровавленную голову волка, этот проломленный череп, из которого виднелся смятый мозг. Как так можно было замахнуться обычной палкой, чтобы убить волка? Не понимаю.
− Понятно, − кивнул Адриан. – Это оказался отец того оборотня? И теперь он хочет отомстить тебе за смерть отца?
Я кивнула.
− Только что мы перешли границу поселения.
− А мы не можем встретить здесь людей лорда? – Вдруг вспомнила я.
− Не должны. Но если встретим, то думаю, справимся.
− Мне бы твою уверенность.
− Ты неплохо владеешь магией, − сказал Адриан.
− Ой, да что я умею? Только ударную волну, сферы, барьер, ледяные стрелы…
− Этого уже достаточно. Многие и этого не умеют.
− Но это такая малость из тех заклинаний, что существуют…
− Поверь мне, этого достаточно, если солдаты не окажутся оборотнями или фавниями.
Я ничего больше не отвечала. Дальше мы какое-то время шли молча.
Вскоре тропа разделилась на левую и правую тропинки.
− И куда дальше? – Спросила я, остановившись.
− Правая дорога ведёт в город. А левая, видишь, какая старая, заросшая? Она ведёт к землям клана…
− А мы можем взглянуть на этот клан? Там же уже давно никого нет.
− …Можем, наверное, − задумался Адриан. – Но только ненадолго, ладно?
Мы свернули на левую тропинку.
Через минуты две-три мы были на территории старого клана оборотней.
По размеру он был чуть меньше, чем наше поселение. Старые лачужки, сделанные из палок и каких-то старых тряпок, напоминали юрты северных народов.
Посередине был большой, давно потухший, костёр.
− Как давно они покинули это место?
− Лет сорок-пятьдесят назад. Видишь, как всё травой поросло?
− А можно в лачугу загляну?
− Загляни. Я тебя тут подожду.
Зайти в эти маленькие «недопалатки» можно было только ползком.
Когда я заползла, я увидела старые спальные места, какие-то полочки, покрытые мхом.
На одной из таких полок я обнаружила какое-то старое, пожелтевшее письмо.
Я взяла его в руки и прочла на конверте: «Максу Эйшлану». Открыла конверт. Да-да, знаю, читать чужие письма нельзя, но скорей всего, адресата и получателя письма уже нет в живых. Так что…
«Мой дорогой, любимый сынок! Если ты придёшь когда-нибудь в наш клан, и не найдёшь никого, знай, что мы переселились поближе к реке Пирануа. Ты спросишь, почему так далеко. Я отвечу: потому, что так было безопаснее для нас. Мы вынуждены были подписать соглашение о том, что будем служить лорду. Прости меня за это. Но это было единственно верным решением, для нашего спасения. Мы и так изрядно потерпели от его набегов. А ведь мы просили укрытия у ведьм. Они отказали… Их можно понять. Они не хотели, чтобы и они пострадали. Но ведь мы союзники. Почему бы не помочь? С ними мы бы справились с армией лорда, и нам не пришлось бы подписывать соглашение… И ещё, я, кажется, не смогу приехать на твою свадьбу с Эванжелиной. Прости, мой милый сынок. Желаю вам счастья и благополучия».
− Ты там долго? – Заглянул Адриан. – О, письмо? Дай взгляну?
Я подала ему письмо.
− Макс Эйшлан?..
− Ты его знаешь?
− Это старший сын того оборотня, которого ты убила.
− То есть, Килиан, не единственный его сын?
− Тот волк, был когда-то вожаком этого поселения. Он был очень стар… У него, насколько я знаю, было трое детей: Макс, Килиан и Эвер.
− Откуда тебе это известно?
− Наш картограф просто находка для шпионов.
− Понятно.
− Ну, а теперь нам пора. Оставь письмо здесь. Мало ли.
− Ты думаешь, они могут сюда возвращаться?
− Навряд ли. Но всё же, лучше не рисковать. И кстати, теперь мы знаем, куда они переселились. Надо будет потом сказать об этом в поселении.
− А они не будут ругаться, что мы покинули поселение без спроса?
− Скажем, просто гуляли. Наткнулись на клан.
− Думаешь, поверят?
− А почему нет?
Я пожала плечами.
− Мы и так здесь уже долго. Пора идти в город, − напомнил Адриан.
Мы вернулись на правую тропу.
− А долго ещё идти?
− Час-два…
Через довольно большой промежуток времени деревья начали редеть, и показался свет (нет, я не умерла). Я уже видела очертания старого покосившегося фонаря и скамейки на краю холма (это было одно из самых моих любимых мест в городе). Отсюда видно всё как на ладони.
Я опередила Адриана и выбежала к той скамейке с фонарём и вдохнула в лёгкие побольше воздуха. Мой родной город! Как же я скучала по тебе!
− Идём? – Спросил Адриан, спрятав руки в карманы чёрных брюк.
Сегодня было довольно тепло. Я была в лёгкой кофте, а Адриан в белой рубашке с короткими рукавами.
− Идём! – Уверенно ответила я, спускаясь с холма.
Я вновь оказалась на родных улочках. Это была такая ностальгия. А ведь раньше, я терпеть не могла свой город, говорила, что он скучный и серый, здесь некуда даже сходить, и мечтала о переезде в большой город. Как я могла так говорить?
До встречи с моим папой оставались считанные минуты.
− Мне тоже с тобой заходить?
− Конечно.
− А твой отец нормально меня воспримет?
− Посмотрим… – Лукаво улыбнулась я. – Да, ладно ты, не волнуйся! Всё будет хорошо.
Мы заворачиваем за поворот и… Вот он! Мой дом!
«Я надеюсь, папа дома», − подумала я.
Неуверенно я поднялась по старым исшарканным ступенькам, до боли знакомых мне, и встала перед дверью. Я выдохнула, обернулась на Адриана, который стоял в нескольких шагах от меня.
− Стучись! – Улыбнулся Адриан.
Я видела, что он волнуется не меньше моего.
«Соберись!», − приказала я себе и поднесла руку к двери.
Неуверенный тихий стук…
Никто не подходит. Решаю постучать ещё громче, но не успеваю поднести руку, как дверь резко распахивается. Я вижу перед собой сонного отца. Под глазами у него большие тёмные мешки, щетина (как минимум дней пять), сам он растрёпанный, одежда помята. Он выглядел таким несчастным и покинутым.
− Кто опять? Я же говорил, что не буду покупать ваш идиотский журнал! Сейчас же убира… Мэдди!!!
Он поднял на меня глаза, и что-то в нём сразу преобразилось. Мешки под глазами словно пропали. Лицо тут же заметно преобразилось. Щетина, конечно, никуда не
