углу. Без продыху преследуют и на сцене, и за ней. Ты так не думаешь?
— ... Да, — согласился парень. — Он с трудом понимал, о чем говорила фея. Сэмюэль говорил туманно, чтобы запутать Амелию. Но девушка не только раскусила, но и обернула трюк против него. — Да. Они весьма доставучие. Скажи, если вдруг позовут, ты согласишься?
— Зависит от роли, — приставила она палец к подбородку. — Прямо так не скажу.
— Допустим, рогокошкой?
— Что? — вклинился в разговор Зак. — Ребят, что происходит? Ам, мы же хотели...
— Мы беседуем, — прервала Амелия. Девушка повернулась к юноше. — Легкая беседа никому не повредит.
— У нас мало времени, — нахмурился Зак.
— Знаю, — словно певчая птица, протянула она и обернулась на Сэмюэля. — Кошечка, говоришь? У меня будет мех и лапки? А ошейник? Не натянешь же ты на такое прелестное создание ошейник?
— Обойдемся без него, — кивнул парень. Он соврал впервые после встречи с вестником. Сэмюэль не призвал бы фею без связывания. Ложь промелькнула благодаря вымышленной сценке, которую они обсуждали.
— Чудесно, — энергично заерзала на стуле Амелия. Даже сейчас кресло не скрипело. — Занятно. Но позволь один вопрос. Всего один. Одинешенек. Разрешаешь?
— Валяй.
— Чего ты хочешь?
Фея спросила это ровным тоном. Голосом без каких-либо эмоций. Он звучал будто звон, что сообщал о начале обеда. Совершенно механическим и искусственным.
— Что?
— Твоя выгода, — таким же голосом повторила Амелия. — В чем она?
— Не понимаю причем здесь это.
— О, это важно. Рогокошка — сомнительно, но сойдет. Но всю беседу ты говоришь только о моей выгоде. Слишком подозрительно. Так делают только мошенники, — ответила она. — Мне нет дела до ролей с «ошейниками». Из нас двоих ты — просящая сторона. Поэтому говори. Выкладывай карты, Сэмюэль. Время поджимает.
Парень помотал головой. Полсекунды приходил в себя.
— Ты можешь исцелить меня? — покачал он пустым рукавом плаща.
— Могу. Но не здесь, — улыбнулась Амелия. — Стоит коснуться, и ты проснешься. Вот если в коконе друго...
— Нет, — резко возразил Сэмюэль. — Можешь научить? Чтобы я сам.
— Тут беда, — покачала она головой. — Нужно сломать границы. Исковеркать понимание «себя» в грезах. Пойдешь на это?
— Нет, — цокнул парень. — А на Сцене?
— Вопрос цены. За бесплатно лишь предупрежу — не пытайся делать это сам. Потеря сознания и длительная агония. Не советую. Через Закулисье проще всего.
— И какова цена?
— Роль без «ошейника», — закатила Амелия глаза. — Побольше зайца, пожалуйста.
— Уже сказал же, что без ошейника...
— А я — древний гигант. У слов нет веса, Сэмюэль.
Парень прикусил губу. Разговор зашел в тупик. Он бросил взгляд на Зака. Юноша посматривал то на Амелию, то на Сэмюэля. На лице плотно сидела каменная маска. Зак напоминал ребенка, который слушал беседу взрослых и временами многозначительно кивал. Он не поможет.
Кроме Амелии у Сэмюэля не оставалось зацепок к исцелению. Библиотека содержала только народные рецепты и книги по грезам. Андреа мертв. А троица знала не больше парня.
«В основе любых отношений лежит доверие», — вспомнил парень слова Андреа.
Левая рука вместе с Подделкой медленно опустилась к шее. Сэмюэль с трудом оттопырил онемевший от напряжения мизинец и просунул между кожей и шарфом. Потянул от себя. Длинная желтая ткань свободно последовала воле хозяина и выпустила из объятий шею.
Уголки губ феи слегка приподнялись, а Зак поморщился. Парень представил им бледные руки,
заменяющие шею.
Сэмюэль нахмурился. Слова комом встали в горле. Но через пару секунд собрался.
— У моих слов вес есть. Ведь я не могу врать.
Глава 15. Два обещания
— Что за ужас? — воскликнул Зак. Глаза юноши широко раскрылись. Он приобнял себя.
— Упадок или Цепи? — бесстрастно спросила Амелия. Фея не разделяла удивления Зака и, казалось, видела подобное не впервые. — Точно не Гниль. Ты бы тогда не заметил.
Сэмюэль нервно сглотнул. Парень не ожидал такого. Фея, которая разбиралась в вестниках, была сродни зайцу, ведающему все о лисах.
— Цепи, — ответил он. Со лба по щеке пробежала прохладная капля пота. Слюна во рту испарилась вмиг.
Сердце энергично стучало в груди, левая рука подрагивала, а ствол Подделки слегка скользил в мокрой ладони.
— Не верю, — небрежно отмахнулась Амелия и прикрыла веки. — Вестник легко мог сломать что-то другое. А ты решил использовать это. Умно. Очень умно. Будь я на твоем месте, поступила бы так же.
— Я...
— Погодите, погодите! — перебил Зак. Юноша отчаянно махал руками, желая привлечь внимание. — Вообще не вдупляю, что тут происходит. Может мне кто-нибудь объяснить? Хоть что-то? Ам, ты ведешь себя жутко. Словно для тебя это норма.
