и быстро затараторила. Никто не понял ни слова. Она показывала на линии, которые я чертил на песке, чтобы успокоиться.
– Лея, выдохни, – приказал Эдж. – И говори медленнее.
– Ты не понимаешь. Он нашел решение, смотри! Круги! Все дело в кругах!
Я уставился на рисунки, нарисованные ногой, а затем перевел взгляд на цифры на стене. Все последовали моему примеру. Я пытался проникнуть в мозг Леи. Круги. Восьмерки. Нули. Девятки. О черт! Лея и вправду девочка-гений!
– Поверить не могу! – воскликнул Эдж: он тоже догадался. – Это так просто, для новичков, а мы тут голову ломаем!
– Именно! – подтвердила Лея. – Достаточно посчитать круги на каждой кнопке и, исходя из их количества, нажать в возрастающем или убывающем порядке. А если верить статистике, то количество кругов будет возрастать.
– Круг – символ происхождения жизни, бесконечность и ничто, соединенное в одно целое, – заявил Кларенс, приближаясь к кнопке «9».
Он твердо нажал на девятку. Кнопка застряла в стене, как и раньше. Эдж нажал на остальные квадратики в последовательном порядке: сначала «90», затем «89», «88» и наконец «8888». Все задержали дыхание. Едва хакер нажал на последнюю кнопку, стены снова задрожали.
– Смотрите! – радостно закричала Лея.
Одна из стен сдвинулась немного в сторону, открыв довольно широкий проход. Я выдохнул с облегчением, хотя по-прежнему опасался худшего. Эдж пошел первым, за ним – Лея. Затем в проход проскользнули Кларенс, Амброзия, Луиза и я. У меня камень с души свалился, когда мы покинули проклятую залу.
– Когда выберемся отсюда, будешь до конца жизни водить меня в кино, – прошептала Луиза, стараясь скрыть страх за шуткой.
Я тоже был рад, что с ней ничего не случилось. Не знаю, что бы со мной сталось, потеряй я ее. Просто схватил Луизу за руку, крепко сжал на несколько секунд и только потом отпустил.
– Когда выберемся отсюда, отведу тебя на все фильмы, какие только захочешь.
– Дважды напоминать не придется, – ответила она, подмигнув.
– Но для начала надо выбраться.
Мы оказались в узком коридоре, слабо освещенном бесконечными мерцающими символами на стенах. Долго выбирать не пришлось – перед нами оказалась одна-единственная дверь. Оглядевшись, Эдж решился войти первым. Ни криков. Ни ловушек. Последовав за ним, мы потеряли дар речи от увиденного.
В зале было темно. Кларенс обвел помещение лучом фонарика: пол был усыпан песком, прямо напротив входа стояла гигантская колонна, а вокруг, в каждом углу, я заметил по огромному зеркалу на постаментах высотой в два метра. В центре залы находился алтарь, а на нем – прозрачная пирамида. Едва ее коснулся свет фонаря, вся комната засияла. Одна деталь особенно меня заинтриговала: прямо напротив нас, в другом конце, была закрытая дверь, однако любопытнее самой двери мне показался нарисованный над ней треугольник, похожий на пирамиду на алтаре. Странно. Амброзия присоединилась к нам последней: стоило ей войти, как дверь за нами захлопнулась с глухим стуком. Нас снова заперли в очередной пещере.
– Так, что теперь? – спросил хакер. – В твоем манускрипте что-нибудь написано об этой комнате?
Кларенс достал вырванные из рукописи Войнича страницы и судорожно пролистал их в поисках подсказки. В это время Лея и Эдж рассматривали подставки, на которых крепились зеркала. Я же был поглощен пирамидой в центре. Луиза тоже разглядывала ее с любопытством. Мне казалось, весь ключ к разгадке заключается в этом странном предмете. А я не забыл о правиле номер один – всегда доверяй внутреннему голосу.
– В этой рухляди ничего не сказано про такой зал, – проворчал Кларенс себе под нос.
Лея принялась расшифровывать начертанные на столбах надписи. Каждый из них был отмечен римской цифрой. Примерно в полуторах метрах от земли я заметил деревянные ручки, которые наверняка приводили в действие какой-то механизм. Эдж слегка повернул одну из них, и столб с зеркалом покрутились каждый вокруг своей оси.
– Здесь точно нужно запустить какой-то механизм, чтобы открыть дверь, – произнес отец хакера, глядя на единственный возможный выход.
Эдж с Леей расчистили песок на полу у алтаря, и показался циферблат с римскими цифрами:
Переглянувшись, хакер и девочка-гений кивнули друг другу: они явно что-то поняли. И тем лучше – сам-то я уже терялся в догадках!
– Попробуй покрутить, посмотрим, что получится, – обратился Эдж к Амброзии, стоявшей рядом с одним из столбов.
Долго упрашивать не пришлось: она крутанула деревянную ручку – и столб сдвинулся, издав приглушенный звук. Как только зеркало наверху повернулось в сторону Эджа, он достал фонарик и посветил прямо на стекло. Слабый лучик отскочил от зеркальной поверхности, скользнув по противоположной стене.
– Я так и думал, – пробормотал Эдж, проделав то же самое с каждым столбом.
Встав по центру, Кларенс направил луч фонаря на прозрачную пирамиду и самодовольно улыбнулся – вся зала наполнилась ослепительным светом. Я начинал понимать, зачем они проделали все это. Подойдя к колонне у входа, Луиза осмотрелась и нахмурилась: у подножия валялись осколки.
– Кажется, у нас проблемы, – сообщила она остальным, закинув голову назад.
Я посмотрел туда же, куда и она, и понял, что наверху раньше было какое-то отверстие. Теперь же его завалило камнями, которые вдобавок разбили зеркало.
– Полагаю, там был источник света, который должен был запустить цепную реакцию, – вслух подумал Эдж.
– Для начала нужно правильно повернуть столбы, – предложила Лея, пойдя к колонне справа.
– Нет, так ничего не получится, – возразил хакер. – Ты видела, что было со столбом Амброзии? Как только она отпустила ручку, тот вернулся в исходную позицию. Нам надо обдумать, как повернуть колонны и чем заменить источник света.
Эдж объяснил принцип механизма: на каждом столбе написана римская цифра, которая соответствует позиции на циферблате, и, чтобы открыть дверь, нужно отразить луч света под правильным углом. Для этого каждому из нас придется повернуть деревянные ручки, чтобы зеркала развернулись к циферблату на полу. Затем нужно направить луч света таким образом, чтобы он отразился в каждом зеркале, упал на пирамиду по центру, а от нее – на треугольник над дверью. Но было одно препятствие: надо каким-то чудом зафиксировать положение зеркал, которые отворачивались, стоило только отпустить ручку. Другая проблема: у нас больше не было доступа к исходному источнику света, который должен был отразиться в каждом зеркале, а слабого лучика фонарей не хватит, чтобы разблокировать выход. Поэтому нашей первостепенной задачей было заменить луч.
Лея прищурилась, разглядывая руку Кларенса – тот по-прежнему держал пистолет, – и сосредоточенно приблизилась к нему. Заметив девочку, отец Эджа жестом приказал ей не двигаться с места.
– Мне нужен пистолет, – потребовала она.
– Мечтать не вредно! – взбесился
