вне всяких сомнений, что Гейден интересовался мнением опытного Каподистрии о возможности начала войны с Англией, скорее всего, просил президента и оказания помощи в базировании русской Средиземноморской эскадры.
29 апреля наша эскадра взяла курс на Эгину. «Ахиллес» при этом был отправлен на усиление блокадного отряда Свинкина, а «Усердие» ушел сопровождать до Мальты «Ревель», который Гейден решил отправить на Балтику из-за его тихоходности, которая давно уже раздражала вицеадмирала.
В Эгину отбыл и Каподистрия на «Елене» в сопровождении неотлучного «Уорспайта». В порту греческой столицы их уже ждал французский фрегат «Юнона». Французы тоже желали быть в курсе всех событий!
Адмирал Иван Петрович Епанчин
В Эгине Гейден с Каподистрией тоже неоднократно встречались и опять всякий раз в шлюпках и в море, вызывая этим злобу, как англичан, так и французов.
В одной из бесед Гейден затронул тему базирования своей эскадры.
– Вы понимаете, Иван Антонович, что мне позарез нужна своя база. В сложившейся политической обстановке я не могу более базироваться ни на английскую Мальту, ни на французский Тулон. Буду откровенен. Совсем недавно я получил письмо Нессельроде, где он пишет. Что возможно в предстоящей войне с турками нам придется иметь дело с коалицией!
– Вступление на пост премьер-министра Англии герцога Веллингтона в любом случае негативно скажется на положении вашей эскадры! – кивнул Каподистрия. – Вы, кажется, желали ранее получить порт Ауза на Паросе! Что ж, я не возражаю!
– Увы, – развел руками Гейден. – Мне пришлось отказаться от первоначального плана!
– Почему же вы решили отказаться от Ауза, ведь она в свое время уже сослужила хорошую службу русскому флоту? – спросил Каподистрия.
– Порос находится ближе к материковой Греции, чем Парос, вход очень удобен и может быть легко защищен несколькими батареями, кроме всего прочего близость Мореи облегчит нам устройство магазинов и снабжение продовольствием!
– Что ж, ваши аргументы, Логин Петрович, вполне резонны! Я не возражаю против вашего выбора! – кивнул Каподистрия, глядя как совсем рядом у борта шлюпки плавает бесстрашная чайка. – К тому же и мы намерены разместить на Поросе наш скромный флот.
– Надеюсь, что совместное пребывание двух флотов будет взаимовыгодно! – поставил точку в разговоре о новой базе Гейден.
Не теряя времени, командующий начал стягивать к Поросу свои суда.
– Пока враги и союзники опомнятся, мы должны уже занять Порос и укрепиться на нем! – объявил Гейден командирам судов. – А потому ха работу! Мне пока хватает дел политических, поэтому руководство перебазировкой я поручаю контр-адмиралу Лазареву. Все его указания относительно Пороса воспринимайте как мои!
Остров Порос отделен от северо-восточной провинции Мореи Арголиды узким проливом, в котором расположен одноименный городок Порос с гаванью. Из хроники Средиземноморской экспедиции: «Порос есть один из лучших и превосходнейших портов Архипелага, мореходец всегда найдет в нем верное и совершенно безопасное пристанище. Серповидные берега Арголиды и острова Порос, древле Серерия именующегося… образуют рейд его в виде длинного бассейна или озера и защищают от всех ветров и волнения, коего здесь никакие аквилоны производить не могут. Глубина оного умеренная, а грунт ил, свежей воды здесь довольно… Лесу здесь нет… Скота и живности, зелени и фруктов всегда достаточное количество сыскать можно».
Первым в Порос отправился капитан 1 ранга Лука Богданович, принимать начальство над будущим портом. Дел у Богдановича было много: надо было выстроить береговые батареи, казармы, склады, лазарет, создать хотя бы маленькое адмиралтейство и все это на ходу в сжатые сроки и из подручных средств!
Вместе с Богдановичем Гейден отправил и своего сына, поручив ему составить карту острова, лоцию прибрежных вод и провести промеры в проливе и у берега. Дело весьма непростое и ответственное. К чести лейтенанта Гейдена, он справился с поручением отца выше всех похвал.
* * *
Пока Лазарев с Богдановичем обустраивали Порос, Гейден пытался усидеть на всех стульях сразу: неукоснительно выполнять параграфы союзнического договора, дружить с греками и не задирать египтян, готовиться к войне с турками и не забывать о возможной драке с англичанами. Достаточно было одного неверного шага, чтобы все разом рухнуло. Выкрутиться из такого круговорота крайне сложно, но выкрутиться было жизненно необходимо! Но хуже всего было то, что с началом войны Гейдену запрещалось действовать у Дарданелл. Он должен был по-прежнему оберегать греческие берега.
Тем временем к Поросу пришел и трофейный корвет. Лейтенанта Бодиско сослуживцы сразу и не признали. Лицо начальника призовой партии распухло до безобразия.
– Ты, наверное, всю дорогу продрых на коврах турецких! – смеялись офицеры «Азова», куда Бодиско прибыл для доклада.
– Тут поспишь, когда не судно, а прибежище всевозможных гадов! – махнул рукой лейтенант. – Столько крыс, тараканов и клопов я еще в жизни своей не видывал! Спали на палубе и то поочередно. Одни кимарят, а другие живность отгоняют!
Освидетельствовать «Восточную Звезду» Гейден направил комиссию из капитанов. Но и те, едва вступив на палубу египетского корвета, задерживаться долго на трофее не пожелали. По верхней палубе судна крысы сновали тысячами. Едва же спустились в нижние помещения, как на членов высокой комиссии стали гроздьями падать изголодавшиеся клопы. Капитаны поспешили покинуть не слишком гостеприимное судно.
– На египтянине этом, будь он неладен, до холеры с чумой всего один шаг! – доложились они командующему. – Надо сжигать этот клоповоз или вычищать долго и упорно! Сам корвет и всех, кто на нем был, надо сажать в карантин!
– Сжечь всегда успеется! – сощурился хозяйственный Гейден. – Хоть корвет и загажен старыми хозяевами, но нам он сейчас весьма кстати!
Затем вице-адмирал повернулся к своему начальнику штаба.
– Кому мы свободное судно под начало дать хотели, за заслуги и службу ревностную? Бутеневу «Ахиллес» уже даден. Кто после него?
– После него Нахимов! – ответил Лазарев.
– Против Нахимова у меня возражений нет! Кандидатур достойный! Пусть сию звезду восточную сегодня же и принимает! – кивнул Гейден. – Людей мы ему туда наберем, однако вычистить все так, чтобы ни одного гада, и в помине не осталось!
В тот же день лейтенант Бодиско передал корвет капитан-лейтенанту Нахимову.
– Вот ведь, как бывает! – вздохнул, уходя. – Вместо «спасибо» от начальства в карантин на сорок суток!
– Ничего, старина! – похлопал его по плечу Нахимов. – Твое судно еще только строится!
Тогда же Лазарев разрешил Нахимову отобрать к себе на корвет тех, офицеров, кого тот посчитает нужным. При этом начальник штаба эскадры, однако, предупредил:
– Выбирать только из мичманов, потому, как в лейтенантах и на линейных кораблях некомплект!
Весть о наборе офицеров на трофейный корвет мигом облетела эскадру. В желающих недостатка не было. Служить на трофейных судах всегда считалось особо почетным,
