Адриенна тоже находилась под стражей. Полагая, что ей не составит труда одурачить молодого рыцаря, Люсьен приставил к ней в качестве охранника Кристиана.
– И как же ты собираешься с ней поступить?
– Что ты сказал?
Люсьен поднял глаза на сидевшего напротив Питера.
– Я говорю о леди Адриенне, которая заперта в покоях наверху. Что ты собираешься с ней делать?
– Ничего.
– Ничего? – удивился Рейвен и, с минуту подумав, добавил: – Ага, понимаю. Заморишь ее голодом, потом отрубишь голову Озрику и таким образом покончишь с обоими. Верно я говорю?
– Заткнись!
Рейвен еще больше удивился.
– Что же тогда?
Люсьен промолчал. Откинувшись на стуле, он отодвинулся от стола, скрестив ноги, положил их на столешницу и уставился на плескавшееся в кубке вино.
Всю вторую половину дня он занимался неотложными делами, но ни на минуту не мог забыть Адриенну. Стоило ему вспомнить, как болезненно скривилось ее лицо в ту минуту, когда он открыл свое имя и объявил о захвате замка, как у него перехватывало дыхание. В то же время он не мог не восхищаться ее смелостью. Как грозно прозвучал ее голос, когда она велела Рейвену замолчать. Подумав об этом, он ухмыльнулся и покачал головой.
Впрочем, когда он вспомнил о клятве, которую произнес по ее настоянию, настроение у него испортилось еще больше, а кровь закипела. Она не только заставила его оставить в покое Озрика, но и бессовестно его обманула, отказавшись исполнять свои супружеские обязанности. Ведьма – вот она кто! Поэтому и смогла с такой легкостью обвести его вокруг пальца.
Люсьен спустил ноги и поднялся.
– Ты куда? – спросил Питер.
– Хочу кое-что объяснить своей женушке. – После ухода Люсьена Питер обратился к Рейвену:
– Боюсь, ничего у него не получится. Она и слушать его не станет.
– Сучка она, вот и все, – проворчал Рейвен.
– Да брось ты. Нормальная баба, просто у нее такой же необузданный характер, как у тебя. Поэтому ты ее и не выносишь.
– Как у меня? Ничего подобного!
– Такой же – не отрицай. Ты вечно с кем-нибудь споришь. Поверь, когда все утрясется, эта женщина отлично впишется в нашу семью. Мать будет от нее без ума.
– Мать? – по обыкновению переспросил Рейвен. – Неужели Люсьен повезет эту фурию в Фортенголл познакомить с матерью и лордом Йеном? Я бы на его месте приковал ее цепью к постели.
Питер задумчиво посмотрел на брата.
– Ты ничего не понимаешь в женщинах, Рейвен. Смотришь только на их ноги, талию и грудь, а заглянуть им в душу даже не пытаешься. Все кончится тем, что тебя окрутит какая-нибудь прожженная девица, у которой хватит ума заявить во всеуслышание, что она от тебя забеременела.
– Выходит, ты предпочитаешь изучать женщин, а не спать с ними? Тем хуже для тебя. Когда научишься читать их мысли, тебе не захочется жениться, – огрызнулся Рейвен и, помолчав, добавил: – Впрочем, ты прав: чтобы потом не раскаиваться, будущую жену надо основательно изучить. Возможно, в один прекрасный день я все-таки займусь поисками невесты, но прежде мне надо выяснить, удастся ли Люсьену поладить со своей женушкой. Лицо у нее как у ангела, а язык словно у сатаны. Недаром говорят, что дураки учатся на собственных ошибках, а умные – на чужих.
– Ну, как дела? – осведомился Люсьен у сэра Кристиана, который сидел у покоев Адриенны, с аппетитом уплетая пирог с мясом и запивая его крепким пивом.
– Леди ведет себя очень тихо.
– Думаю, это ненадолго, – заметил Люсьен, подходя к двери и прислушиваясь. В комнате и впрямь было тихо, как в склепе. – Адриенна! Я хочу к тебе войти. – Он отодвинул наружный засов и толкнул дверь плечом. Дверь не поддалась.
– Похоже, леди основательно забаррикадировалась изнутри и впускать тебя не намерена, – с ухмылкой произнес сэр Кристиан.
Люсьен пропустил мимо ушей насмешливое замечание Кристиана и стукнул в дверь кулаком.
– Адриенна! Открой! Немедленно!
Из комнаты по-прежнему не доносилось ни звука. Ни скрипа кровати, ни шагов – ничего.
Люсьен озадаченно посмотрел на Кристиана.
– Ты уверен, что она все еще там?
– Конечно, а где ж еще? – ответил Кристиан.
– Может, она заболела? Или того хуже – сделала с собой что-нибудь?
Кристиан подошел к Люсьену и обнял его за плечи.
– Не беспокойся, милорд. Она здорова и прекрасно себя чувствует. Просто ей доставляет удовольствие тебя мучить, вот и все.
Люсьеном овладел гнев.
– Адриенна! – крикнул он, снова забарабанив кулаком в дверь. – Хватит валять дурака. Тебе не удастся меня переупрямить. Я – твой законный муж, поэтому изволь мне подчиняться. Открой двери, очень тебя прошу!
Ответа не последовало. Люсьен отвернулся и сплюнул. Вместо металла в его голосе звучала мольба. Братья наверняка все слышали и от души над ним потешались. Похоже, женушка опять одержала над ним верх, а этому следовало положить конец. Призвав на помощь все свое самообладание, рыцарь стал перебирать в уме возможности проникновения в комнату и через пару минут выбрал единственную, на его взгляд, приемлемую. Еще раз тщательно все взвесив, Люсьен повернулся к Кристиану.
– Сэр Кристиан, спустись во двор и приведи с собой несколько дюжих воинов, – с хитрой улыбкой произнес он. – Звать братьев не надо – не хочу, чтобы они были свидетелями бури, которая сейчас разразится. Двух-трех парней вполне достаточно, чтобы высадить дубовой скамьей эту чертову дверь. – Старый рыцарь понимающе улыбнулся, повернулся на каблуках и направился к лестнице. Как только он скрылся из виду, Люсьен опустился на колено, вытащил из ножен кинжал и стал перерезать ременную петлю, на которой держалась дверная створка.
– Ты что делаешь, а? – донеслось из-за двери.
– Как что? Перерезаю петли, чтобы легче было выломать дверь.
– Что такое?
– Говорю же, я намерен снести эту проклятую дверь к чертовой матери!
– Ты не должен так поступать!
– Хватит мне указывать, что я должен, а чего не должен. Я не только твой законный муж, Адриенна, но еще и хозяин Эйншема. А потому могу делать все, что мне заблагорассудится. В настоящий момент мне пришла в голову блажь выломать эту дверь.
С минуту помолчав, Адриенна снова подала голос. На этот раз он звучал уже не так категорично:
– Я имею право на свою жизнь. За исключением слуг, я единственная женщина в замке, который кишит вооруженными мужчинами.
На лестнице послышались шаги, и вскоре появился сэр Кристиан с воинами. Остановив рыцарей взмахом руки, Люсьен снова приник к двери и произнес:
– Я собираюсь выломать все двери в башне. Тогда у тебя не будет возможности от меня запираться.
– Негодяй!
