еще думали, что Райан был жертвой во всем этом. Он заставил их поверить, что он государственный служащий, который хочет только добра человечеству и этому городу, который любит свою семью и боится за жизнь своей драгоценной дочери. Никто из них и не подозревал, что они восстают на защиту зла.
Мы каким-то образом добрались до того места, где люди столкнулись с баррикадой, и я узнала символ, вышитый на некоторых мужчинах и женщинах в форме. Я узнала полумесяц с тремя диагональными чертами, проходящими прямо через него. Это была стража. Должно быть, их вызвали вместе с Национальной гвардией, которую мы видели несколькими улицами раньше. Они были дарклингами, охранявшими посольства, и внезапно я почувствовала себя немного лучше. Не намного, но пока этого было достаточно.
Бастиан подал знак охраннику, и на секунду показалось, что они собираются проигнорировать его, но он вытащил что-то из кармана и показал часовому. Это заняло мгновение, но охранник быстро кивнул, прежде чем что-то прошептать на ухо мужчине рядом с ним. В мгновение ока мужчины отступились, оставив небольшое пространство для Бастиана, чтобы протиснуться, а меня потащили следом. Когда мы прошли через баррикаду, охранники снова сомкнули ряды, и я увидела, как Бастиан засовывает то, что, как я теперь могла сказать, было удостоверением личности, обратно в карман.
Позади нас раздались возмущенные крики, и мы поспешили ко входу в здание. Протиснувшись через стеклянные двери, мы резко остановились как раз в тот момент, когда воздух разорвали три выстрела. Я слышала, как каждый выстрел попадал в стену здания, к счастью, не задев стекла.
— Какого черта ты так долго провозился!?
Голова все еще кружилась, я подняла глаза и увидела бегущего к нам Фауста с горящими карими глазами. Я нахмурилась, глядя на него, гадая, в чем, черт возьми, заключалась его проблема и как, черт возьми, они добрались сюда быстрее, чем мы. Атлас, Меррик и Август шли прямо за ним и, казалось, были единственными в вестибюле.
— Прошу прощения за наше опоздание, это всего лишь город, разваливающийся на части. В следующий раз я просто поймаю такси, — отрезал Бастиан.
Брови Фауста поползли вверх, как и мои. Я никогда раньше не слышала, чтобы Бастиан был чем-то иным, кроме спокойствия и собранности. Но лицо Бастиана разгладилось в мгновение ока. Он выпрямился, стряхивая ворсинки со своего все еще безукоризненно отглаженного костюма, и ухмыльнулся, как будто не потерял хладнокровия.
— Мы сейчас здесь, не так ли?
Я оглядела пустой вестибюль. Это было красивое здание, и я была здесь всего несколько раз в прошлом с Райаном и моей матерью. Я вспомнила, что мне нравилось посольство Найтингейл, потому что оно всегда утопало в зелени и цветах и всегда пахло цветущим жасмином. Обычно здание было заполнено людьми, но прямо сейчас это был город-призрак.
— У нас проблема, — сказал Атлас серьезным голосом. — Эстель здесь нет.
Бастиан шагнул вперед, его плечи напряглись.
— А где еще она может быть? — Он вытащил из кармана сотовый и сразу же нажал кнопку быстрого набора, но я почти мгновенно услышала, как он переключился на голосовую почту.
— Отсюда и причина, по которой он назвал это проблемой, — сказал Фауст.
— Не мог бы ты прекратить это? — Пробормотала я, свирепо глядя на Фауста, прежде чем снова посмотреть на Атласа. — Что происходит? Что вы имеете в виду, говоря, что ее здесь нет? Это чертов цирк снаружи, и здесь самое безопасное место для правительственных чиновников прямо сейчас.
— Понятия не имею, но собираюсь выяснить. Мы пробыли в здании всего двадцать минут, но ее персонал наверху в бешенстве…то немногое, что там осталось от персонала. Я отправил несколько разведчиков в город, чтобы посмотреть, смогут ли они что-нибудь выяснить, но пока у нас ничего нет.
Черт, это было плохо. Это было так чертовски плохо.
— Ну, мы не можем вернуться сегодня вечером, — сказал Меррик, глядя на меня. — Твое заклинание уже прекращает действовать. Нам нужно отвести тебя наверх, пока никто не увидел.
Я посмотрела вниз, держа руки перед собой и наблюдая, как цвет отливает от моей кожи. Это произошло быстрее, чем я ожидала. Однако я все еще не чувствовала себя самой собой.
— Они не пройдут через баррикаду, не так ли? — Спросила я, выглянув в окно, и увидела, как люди продвигаются вперед, но не было похоже, что они набирают обороты.
— Сомнительно, — сказал Бастиан, нежно кладя руку мне на поясницу. — В гвардии полно колдунов и ведьм. Ты преодолела защитное заклинание только потому, что я держал тебя за руку.
Мои глаза расширились, когда я снова оглянулась на улицу, но все, что я смогла увидеть, это шеренгу охранников в форме, сдерживающих толпу людей.
— Ты этого не видишь, но если бы кто-нибудь пробрался через баррикаду, заклинание вырубило бы его.
— Не убило? — Спросила я.
— Мне бы хотелось… — Фауст пробормотал что-то себе под нос. Мы с Бастианом прищурились, глядя на него, но он даже не смотрел.
— Определенно нет, — заверил меня Бастиан. — Однако у них была бы адская головная боль, когда они проснулись бы в тюремной камере через несколько часов.
— Да ладно тебе, ее волосы снова становятся светлыми, — сказал Атлас, протягивая ко мне руку. — У нас есть несколько комнат наверху, в пентхаусе.
Оторвав взгляд от окна, я взяла протянутую руку Атласа. Мы направились к лифту на другой стороне вестибюля, запихивая нас всех шестерых внутрь, пока не стало неудобно. У меня начала кружиться голова, и мои глаза слипались. Внезапно я почувствовала, что мои конечности стали тонкими, как перышко. Я просто хотела спать. Прислонившись к стене, я запрокинула голову, изо всех сил стараясь держать веки открытыми. Усталость навалилась так быстро, что все остальные, казалось, заметили это. Они настороженно смотрели на меня, когда я привалилась к стене.
— Так что нам теперь делать? — Спросила я, нарушая напряженное молчание. — Если Эстель здесь нет, то кто командует?
— Я, — торжественно сказал Атлас. Мы все посмотрели на него с мрачными лицами. Он смотрел прямо перед собой. — Ну, технически, Август тоже. Мы единственные два главы округов, которые сейчас свободны, так что мы возьмем руководство на себя, пока не найдем Эстель.
