Читаем без скачивания Щупальца спрута - ИОСИФ ФРЕЙЛИХМАН

Вперед выступил Вачнадзе:

— Разрешите?

— Докладывайте!

— До службы старший сержант Корна работал на заводе, изготовлявшем подъемные краны и механизмы лебедок. Может, он сумеет помочь?

— Хорошо. Давайте, старший сержант, попробуем, — и Потрохов первым направился к подъемнику, освещая путь фонариком.

Корна приступил к делу. Сперва осмотрел перила площадки, трос, шедший куда — то вверх, куда луч фонаря не достигал. Потом приказал направить лучи всех фонарей на торцовую часть площадки.

— Есть, товарищ младший лейтенант, нашел, — тихо сказал Корна. На торцовой стороне площадки, в специальном гнезде, прижатая пружиной находилась рукоятка механизма лебедки. Сидя на металлическом стульчике, прикрепленном к площадке, Потрохов стал вращать рукоятку. Площадка вместе с ним начала медленно подниматься. Как только он отпускал рукоятку она автоматически скрывалась в гнезде. Одновременно плавно опускалась на прежнее место площадка.

— Как думаете, старший сержант, сколько может взять людей подъемник?

— Полагаю, три — четыре, не больше.

— Кулагин, Беляев, со мной. Остальные оставайтесь здесь. Продолжайте обследовать помещение. Если обнаружите мины или какие — нибудь аппараты, без минеров ни в коем случае не трогать! Будьте очень осторожны. За старшего останется старший сержант Корна.

Рядовой Кулагин легко вращал рукоятку подъемника, но подъем совершался все же медленно. Когда достигли небольшой ниши в стене, подъемник остановился. Кулагин доложил, что рукоятка больше не вращается. Геннадий первым вполз в нишу, держа оружие наготове. Ползти пришлось минут пять, наконец, забрезжил едва заметный дневной свет. Он просачивался сквозь проржавевшую металлическую заслонку. Геннадии нажал на рычаг, торчавший сбоку, и заслонка поднялась. Он оказался в лесу, у подножья дерева. Вечер еще не наступил, но в лесу уже стоял полумрак.

Потрохов сориентировался. Справа по опушке леса проходило шоссе. Вдруг оттуда донесся выстрел. Потрохов с товарищами побежала к дороге. Впереди они увидели мчавшегося во весь опор всадника. На нем был ватник и кепи. Потрохов узнал во всаднике того, кто скрылся в подземелье. За убегавшим скакало двое верховых. Потрохов побежал к группе всадников.

— Что произошло? — на бегу крикнул он.

— Угнал, гад, лошадь! Появился, точно из — под земли…

Потрохов не дослушал и вскочил на коня. Мчавшиеся всадники стреляли по беглецу, но он, казалось, был неуязвим. Когда один из преследователей стал настигать удиравшего, тот выстрелил и довольно метко: конь под всадником споткнулся и упал. Беглец, по — видимому, был опытный стрелок.

Город приближался. Уже видны были очертания зданий. Если бандит успеет добраться до города, то скрыться ему там будет легко. Геннадий чувствовал, что лошадь под ним выбивается из сил в этой сумасшедшей скачке, но он все понукал бедное животное. Расстояние между ним и беглецом стало сокращаться. Геннадии прицелился и выстрелил. Всадник покачнулся и на полом ходу свалился на землю, но сразу же поднялся, перебежал небольшой мост через Безымянку и свернул влево. Потрохов видел, как он вскочил в такси и помчался в город. Там, где только что стояло такси, осталась женщина с ребенком на руках. Бандит чуть не сшиб ее с ног, врываясь в машину.

Потрохов со злобой смотрел на удалявшуюся «Победу». Номера ему не удалось разглядеть. Что ж делать? На шоссе — ни одной машины. Тут до слухе Потрохова донесся рокот мотоцикла. Вздох облегчение вырвался из груди Геннадия. На подмогу мчался мотоциклетный пикет из шести машин, находившийся на северо — западной опушке леса. Потрохов соскочил с коня и выбежал на середину шоссе. Мотоциклист, шедший первым, остановился и по знаку Потрохова уступил ему место за рулем, собираясь сесть на багажник, но Геннадий уже сорвал мотоцикл с места и помчался впереди пикета. Пожалуй, такой скорости он еще никогда не развивал. Мотоцикл оглушительно ревел и мчался, как ветер, Необходимо было догнать беглеца прежде, чем он достигнет городской черты. И, хотя расстояние между «Победой» и Потроховым резко сокращалось, Геннадий понял, что не успеет преградить беглецу доступ в город.

Когда «Победа» пересекла городскую черту, уже зажглись уличные фонари. Проехав по улице Широкой несколько кварталов, машина свернула влево по Госпитальной, затем взяла вправо к улице Маяковского Мотоциклисты разделились на две группы и бросились по Госпитальной наперерез «Победе». Потрохов с двумя мотоциклистами последовали за машиной, не вдруг дорогу им пересек трамвай. Когда трамвай отошел, Потрохов увидел «Победу» в окружении любопытных прохожих. Упершись в телеграфный столб, машина с помятыми крыльями стояла поперек улицы. Почти одновременно со всех сторон к «Победе» подкатили мотоциклисты. Потрохов рванул дверцу. На переднем си денье лежал оглушенный водитель. Пассажира не было. Опрошенные Геннадием свидетели аварии беглеца не видели. Потрохов стал тщательно осматривать дома, трехэтажного здания сидел старик — вахтер. Заглянув ворота, Геннадий подошел к старику.

— Вы, случайно, не видели, как машина наехала на столб?

— Как наскочила на столб не приметил. А вот шум слышал, — словоохотливо заговорил старичок. Его седенькая бородка смешно подергивалась, когда он разговаривал. — Пьяный, небось? — полюбопытствовал старик.

— А вы не заметили, в какой двор или дом он вошел?

— Как же, видел! Он бросил машину и, шатаясь, подался вон туда. Видите напротив тот особняк, что рядом с трансформатором?

— Вы точно помните, отец?

— А чего ж тут не помнить? — обиделся старик. — Раз говорю, значит, так оно и есть. — Он сплюнул и повез в карман за куревом.

Дом, на который указал вахтер, выходил фасадом на улицу Маяковского. Это был одноэтажный котельцовый особняк, крытый красной черепицей. В больших окнах белели тюлевые занавески. Потрохов поднялся по ступенькам на крыльцо. Медная табличка на дверях гласила: «Казанский П.Л., профессор».

Это имя хорошо было известно Геннадию. Он слышал его от товарищей по работе, встречал в печати. Однажды даже побывал на публичной лекции профессора со своей подружкой Ларисой, студенткой мединститута. Не ошибся ли старик? Потрохов поднял руку, чтобы нажать кнопку звонка, и около розетки заметил еще не успевшую высохнуть ясно различимую каплю крови. Он достал носовой платок и коснулся им капли. Сомнений быть не могло — кровь!

Потрохов без колебаний нажал кнопку звонка и кивком головы дал знак оцепить дом. Чекисты бесшумно исчезли. Нажав кнопку второй раз, Геннадий нащупал в кармане холодную сталь пистолета. Наконец, в доме послышалась возня, щелкнул замок, и дверь отворилась. Перед Потроховым стояла невысокого роста женщина в нарядном шелковом халате. Вьющиеся каштановые волосы были заплетены в толстую косу. Большие серые глаза, полуприкрытые длинными ресницами, вопросительно смотрели на незнакомца.

— Вам кого? — тихо, как показалось Потрохову, спросила она.

— Здесь живет профессор Казанский? — задал совершенно ненужный вопрос Геннадий и в душе обругал себя за это.

— Да. Но его нет в городе. Он вчера уехал в Приморск на день рождения старого друга и…

— Мне собственно не к нему…

— А к кому же? — женщина удивленно вскинула на него глаза.

— Можно войти в дом? Я все объясню вам.

— Пожалуйста, — нерешительно проговорила она, не двигаясь с места.

— Да вы не волнуйтесь, я не грабитель. Я помощник здешнего лесничего…

Женщина сделала шаг назад. Потрохов переступил порог и вошел в прихожую.

— Извините, пожалуйста — смущенно начал он. — у вас тут девушка служит. Так вот я бы хотел… — говоря это, Геннадий с тоской думал, в какое дурацкое положение попадет, если домработница окажется пожилой женщиной. Он провалит все дело…

— Ах, так вы Анютин знакомый… Что ж вы раньше не сказали, — оживилась хозяйка. — Проходите, пожалуйста, не смущайтесь.

«Ну, пронесло»… — перевел дух Потрохов, идя следом за хозяйкой дома. Он споткнулся и опрокинул один из чемоданов, стоявших в комнате.

— Извините за беспорядок. Мы на дачу выезжаем послезавтра. Анюта! — окликнула она, продолжая идти вперед, очевидно, в комнату девушки. Внимательно осматривая все, готовый в любую минуту вступить в смертельную схватку с противником, Геннадий шел следом за этой невысокой женщиной, ведущей его к какой — то Анюте. У двери одной из комнат она остановилась и постучала. Ответа не последовало.

— Анюта! — громко позвала хозяйка. — К тебе пришли! — она толкнула дверь. В комнате было темно, и женщина включила свет. На кровати, поверх покрывала, лежала темноволосая девушка в платье. Одна комнатная туфля была на ноге, а вторая валялась на полу. Девушка крепко спала, и ровное дыхание ее говорило о здоровье. Глядя на спящую, Потрохов мгновенно вспомнил разговор на оперативном, совещании о так внезапно уснувшем пограничнике на посту «Горбатый великан».