догадался мундир.
— Еще как. Поезда регулярно сходили с рельсов. Богов это достало настолько, что они согласились забрать восьмой круг, еще и приплатили.
У нас с Лулой от услышанного вытянулись лица. Крео так вовсе не может поверить своим ушам. Оказывается, князь тьмы просто избавился от них как от балласта, причем опасного и крайне неприятного балласта.
И я князя вполне понимаю. Бунтари остаются бунтарями, хоть куда их запихни, хоть в ад, хоть в рай. М-да, любопытно, Бруто с компанией слышит этот разговор? Хотел бы я взглянуть на их рожи. Они тут в аду нафиг никому не нужны. Философский пароход давно отчалил, назад его никто не ждет.
Кстати, кукольная богиня тоже следит за беседой очень внимательно. Жаль, я не могу прочитать ее мысли, а я уверен, за кукольной внешностью скрывается интеллект. Во всяком случае надеюсь, она наконец поймет, что ее использовали втёмную.
Однако сейчас меня больше интересует другое. По всему выходит, что князь тьмы изъял это событие из ткани бытия вовсе не потому, что считал потерю тоннелей ударом по своей репутации. Все как раз с точностью до наоборот. Восьмой круг спихнули на город богов, одержав тем самым дипломатическую победу.
Я отвлёкся от размышлений, потому что в бальном зале появился сам сатана, сам князь тьмы. Оркестр смолк, разговоры тоже смолкли, все взгляды обращены на рослую фигуру, облаченную в длинную мятую рубаху, доходящую почти до пят, застиранный коплак и домашние стоптанные тапки.
Что тут сказать, на то он и сатана, ему можно придти на бал хоть в ночной пижаме. Ему можно все, и своим видом он это подчеркивает. Князь тьмы вышел на середину бального зала.
— Друзья мои, — у сатаны такой низкий голос, что вызывает ощущение рокочущего вдалеке грома, — Рад приветствовать вас на моем балу. Сегодня я вижу много новых лиц, некоторых достали прямо из котлов…
Достанные из котлов, стоящие тесной группкой, преданно зааплодировали князю. Они готовы на все, лишь бы не вернуться обратно в котлы. Правда, один из достанных вовремя остановиться не успел. Князь хотел продолжить речь, а этот все еще хлопал.
Сатана поморщился, возле неудачника как из под земли возникли два черта и потащили из бального зала.
— Я могу быть полезен! — надрывно кричал неудачник, понимая, куда его тащат, — Я работал секретарем госдепартамента… Энтони… меня зовут Энтони…
— Первый блин комом у Энтони, — констатировал князь, — Пусть поварится еще немного… одну-две тысячи лет, чтобы соображал, что есть время хлопать, и есть время прекратить хлопать… хотя кадр перспективный… потом пристроим по дипломатической линии… так о чем я?
Никто не решился подсказать сатане утерянную мысль. Тут, похоже, остались только ученые горьким опытом. Лезть к нему с подсказками себе дороже.
— Ах… да, — припомнил князь тьмы, прищелкнув пальцами, — У меня для вас хорошая новость. Помните, я говорил, что синие ведьмы сами ко мне придут и сами пошьют костюм из крыльев синих медоедок, да еще будут уговаривать меня принять его в дар?
— Помним… было такое… — раздались не очень уверенные голоса.
— Так вот смотрите прямо сейчас. Синие ведьмы согласились на позорную капитуляцию, — сатана обернулся через плечо куда-то в глубину бального зала, — Ну где вы там? Тащите свой костюм.
К князю подошли три женщины с синеватым оттенком кожи, видимо они и есть капитулировавшие синие ведьмы. Одна из них преклонила перед сатаной колено и протянула одежный артефакт в виде кулона-бабочки на цепочке.
— Да ладно, — «великодушно» отмахнулся сатана, — Вставать на колено не обязательно.
Он принял кулон, надел на шею, а затем снял ночной колпак, кинув его кому-то из слуг. Сменив артефакт, он преобразился. Вместо дурацкой длиннополой рубахи он теперь облачён в потрясающей красоты синий костюм, переливающий десятками оттенков синего цвета.
Лично мне такая форма капитуляции показалась странной, но остальные не удивлены. Видимо в курсе, видимо для синих ведьм материя, из которой пошит костюмчик, имеет сакральное значение.
Старшая ведьма поднялась с колен с явным намерением покинуть зал, но сатана не посчитал дело оконченным.
— Ну куда же вы, моя дорогая, — он решил над ведьмой поглумиться подольше, — Раз уж пришли ко мне на бал, побудьте еще. Не откажите в удовольствии пригласить вас на танец.
— Почту за честь, — ответила ведьма с каменным лицом.
Заиграла музыка, князь галантно повел синюю ведьму в танце. Сама ведьма, танцуя, старалась на князя не смотреть, отворачиваясь к фонтану.
— Марк, — шепнула мне Лула, — Ее выражение лица тебе странным не кажется?
Вынужден с Лулой согласиться, из-за маски каменного безразличия проглядывает… потаенное торжество⁈ Что за фигня? Она сейчас позор хлебает половниками, откуда повод торжествовать?
Взгляды всех гостей прикованы к танцующей паре. Не только я, никто пока ничего не заподозрил. Я старался вглядываться, надеясь увидеть хоть что-то: пояс шахида смертника, скрытый шип с коварным ядом, разбрызганную в воздухе аэрозоль…
Ну нет, бомбы, яд — это все фигня. Сатану этим не пронять. Но синяя ведьма едва скрывает довольную улыбку. Что-то должно произойти, но что?
Когда вальсирующая пара сатаны и ведьмы приблизилась к чаше с черным коньяком, оказавшись от меня в какой-то паре метров, я наконец заметил одну странность. Подаренный ведьмой костюм будто начал расслаиваться на множественные чешуйки. Я понял, что через несколько секунд костюм просто рассыпется.
И тут же вспомнил послание, которое получил Коплепокапль от князя тьмы, в котором князь требовал вернуть ему зеркало отражения времени: «сатане конечно можно многое, — писал он, — но оказаться с голой жопой на собственном балу, перебор даже для меня»
Мы искали в послании князя скрытый смысл, а никакого скрытого смысла там не было. Он описал буквально с ним произошедшее.
Я конечно восхищаюсь смелостью и находчивостью синей ведьмы. Наверное трудно, если вообще возможно, уязвить князя тьмы сильнее, чем выставить с голым задом перед собственной свитой и гостями. Это даже не позор, это позорище.
Но если честно, лично я бы
