предпочел, чтобы князь больше ничего менял. Лучше бы все осталось как есть, и тоннели не возвращались бы обратно в ад. Запустив руку в инвентарь я извлёк засохший цветок, то самый одежный артефакт, который нашел в бардачке у Гора.
Князь как раз поравнялся со мной и даже слегка наклонился к фонтану, будто чувствовал, что спасительное решение именно там. Ну а дальше мне осталось только протянуть руку и сунуть цветок ему за ухо.
В следующий миг чудесный синий костюм от коварной синей ведьмы исчез, но голым князь не остался. Костюмчик из драконьего бардачка не так крут, зато в тему. Как раз для танцев костюмчик.
Ведьма глубоко разочарована и раздосадована. Князь выглядит довольным. Не прекращая танца, он вдруг как бы невзначай показал мне оттопыренный большой палец. Уж не знаю, увидел он меня или просто догадался, что именно произошло, но системная справка выдала сообщение: «князь тьмы выражает вам благодарствие за своевременный подгон, ваш лепень пришелся очень кстати, ваше верохранилище увеличено на пятьдесят кубоверов, примите с общака в знак расположения».
На этом событие закончилось. Мы вынырнули обратно в настоящее, и судя по тому, что в жерле вулкана ничего не изменилось, можно сделать предположение, что ни князь, ни кукольная богиня не стали ничего менять.
Сатанисты по-прежнему держат защитный купол, но они уже и сами поняли, что никакого возврата в ад не случилось. Их боевой настрой заметно просел. А без воли к сопротивлению спецназ быстро додавил их защиту. Сатанистов стали вязать и бросать в нутро полицейских драконов. Их застарелые страхи сбылись. Боюсь, следующие несколько тысяч лет они в самом деле проведут в застенках эсбэзэ.
К нам приблизился Дэсф в боевой ипостаси. В его руках приготовлена еще одна пара наручников.
— Дэсф, — останавливаю безопасника, — Не надо арестовывать кукольную богиню. Сатанисты использовали ее втемную. Она жертва обстоятельств.
Дэсф покосился на Барби, на Крео и пожал плечами.
— Как скажешь, Марк.
Он молча отстегнул наши оковы, в том числе цепи Гора, и убежал руководить погрузкой арестованных. С бунтарями все непросто, бунтари даже под арестом пытаются качать права и выдвигать требования.
Очень скоро жерло опустело. Бойцы Техноса и Покапля отвалили, забрав всех сатанистов. Только Атемита как всегда задержалась.
— Марк, помощь нужна?
— Нет, спасибо. Сами справимся. Слава богу, Гора можно гнать на автопилоте. Доберемся.
— Ну как скажешь, — Атемита запрыгнула в кабину своего Пепла и тоже взлетела.
— Спасибо, Марк, — поблагодарила Барби, когда мы остались одни, — Ты спас меня от заключения.
— Но ты же не стала менять прошлое, — поясняю свое решение.
— Не стала. Я поняла, насколько опасны могут быть игры со временем. Воспользуюсь твоим советом. Найду себе какой-нибудь перспективный мир, начну покровительствовать какому-нибудь роду.
— Я же обещал. Будет тебе перспективный мир. И не только мир, нужно как-то устраивать тебя на поверхности.
— И Крео тоже, — добавила Лула.
— И Крео тоже, это само собой… приглашаю всех вас на стоянку людобогов. Там все и обмозгуем.
На автопилоте дракон летел дико неестественно, устраивая нам штормовую качку. Не удивлюсь, если издалека его принимали за голема.
— Гор, черт тебя дери, — я крикнул в сердцах, — Маши перепонками аккуратней, не дрова везешь.
— Аз есмь дрова, — неожиданно возразил проснувшийся Гор и добавил глубокомысленно, — Дрова везут дрова.
После этой тирады он снова замолк, видимо опять уснул. Но главное, добрались. Заняв место на парковке, дракон тут же захрапел, выпуская дым из ноздрей.
Впрочем, Крео неудобств точно не замечала. На город богов смотрела широко раскрытыми глазами. Все ей здесь в новинку и все нравится. Спустились со стоянки в бар на лифте, потому что лифт Крео пока еще ни разу не видела. Мы заняли столик, я заказал для нее кофе, памятуя, что сома ей за семь тысяч лет надоела.
— Скажите, — она застенчиво поинтересовалась у бармена, — У вас бывает мороженое?
— Мороженое… — удивлено повторил Стак.
— Мне рассказывали, что в городе богов бывает такое лакомство. Это замороженное сладкое молоко…
— М-м… я знаю, что такое мороженое, — заверил бармен, — Но у нас нет оборудования для его приготовления. Но ингредиенты для него есть.
— А можно я попробую? — с горящими глазами попросила Креосента.
— Можно, почему нет.
Стак проводил ее за свою барную стойку. Несколько минут они там на пару что-то обсуждали, колдовали, а затем Крео вынесла на подносе пять готовых порций в стеклянных вазочках. Стак тоже присоединился к дегустации.
— Знаете, — сказал я, сняв пробу, — Это самый настоящий пломбир.
— Причём высшего качества, — добавила Лула.
— Это станет хитом нашего бара, — убежденно подытожил Стак.
— Вы предлагаете мне работу? — заинтересованно спросила Крео.
— Я даже настаиваю, — весомо заявил Стак, — Такой талант нельзя зарывать в землю.
— А я зарывала семь тысяч лет…
К нашему столику начали подтягиваться другие посетители.
— Это что у вас?
— Это настоящее мороженое?
— Можно мне тоже попробовать?
— Можно, — вместо Стака ответил Бар, появившийся в баре на запах денег, — Тридцать кворков за порцию.
Он подсел к нашему столику, не спрашивая разрешения угостился из моей вазочки.
— Значит так, — зам по кадрам сразу взял деловой тон, обращаясь к Креосенте — Десять кворков стоят ингредиенты, десять кворков уходят на прибыль заведению. Десять кворков ваши. Учитывая проходимость нашего бара. Косарь за смену вам обеспечен.
— Так много? — обрадовалась Крео, — Я согласна.
Не желая ждать ни минуты, Креосента вернулась за стойку, начав готовить новую партию мороженого. К ней выстроилась очередь. По-моему Креосента счастлива, они получила то, чего ей так не хватало в тоннелях: внимание публики, общение и востребованность. Приличная зарплата пойдёт приятным
