в скале, то не обратил на него внимания – разве ему могли повредить какие-то стрелы?
Первая стрела поразила чудовище в плечо. Древко мгновенно вспыхнуло и отлетело в сторону, рассыпавшись горсткой искр, а наконечник взорвался, превратившись в маленький, ослепительно-белый огненный шар. После взрыва в плече льва-берсеркера образовалась дыра приличных размеров.
Машина-убийца споткнулась и повалилась на бок, а лазерный луч, направленный в андроида, скользнул мимо и только поджег жалкую кустистую поросль на вершине ближайшего скального выступа. Деррон по-прежнему подбирался к берсеркеру с максимальной скоростью, которую мог выжать из поврежденного андроида. Его лазер палил не переставая – странный красноватый фонарик, нацеленный в раненое плечо железного чудовища. Мэтт снова вынырнул в просвете окошка и послал вторую стрелу так же удачно, как и первую, поразив каменного льва в бок. От взрыва второй боеголовки чудовище, уже нетвердо стоявшее на трех ногах, пошатнулось. И тут лазер берсеркера погас – андроид Деррона доковылял наконец до врага и тяжелым бронированным кулаком разбил красный огненный глаз во лбу чудовища.
Битва закипела с новой силой. Какое-то время Деррону даже казалось, что он сможет взять верх над берсеркером – пара стальных рук андроида наверняка должна быть сильнее уцелевшей передней лапы железного льва. Но человеческим рефлексам по-прежнему было далеко до скорости реакций машины-убийцы. За какие-нибудь доли секунды андроид Деррона снова взметнулся в воздух, зажатый в лапах берсеркера, и кувырком полетел прочь. Мир вертелся вокруг, как сумасшедшее колесо обозрения.
Деррон кое-как поднялся на четвереньки, хотя ноги безвольно расползались в стороны. Стараясь удержаться на руках, он поймал берсеркера взглядом и нажал на спуск лазерной пушки. Ничего не случилось. Лазер во лбу андроида тоже вышел из строя – разбился при ударе о камни. Черт, что же этот Мэтт медлит со стрелами?
Лев-берсеркер все еще был слишком огромным, слишком сильным и слишком быстрым в сравнении с поврежденным андроидом. Деррон сумел ухватить чудовище за заднюю ногу, но две его оставшиеся конечности работали, как отбойные молотки, оснащенные стальными когтями. Одна из недействующих ног андроида отлетела в сторону – берсеркер отхватил ее своими когтями, словно бритвой. Похоже, машина-убийца готовилась разорвать бедного андроида на куски. Где же стрелы?!
И стрелы прилетели. Перед глазами Деррона промелькнуло тело охотника – Мэтт бросился в бой, зажав в обеих руках чудесные стрелы, дар каменного человека. Подобно воинственному богу из древних легенд, он испустил боевой клич, одним махом перепрыгнул через распростертого на земле андроида, вскочил на спину льву-берсеркеру и вонзил волшебное оружие в сверкающее тело чудовища.
Тело каменного льва на миг озарилось ослепительно-яркой вспышкой. А внутри его раздался такой взрыв, что обе машины содрогнулись и подскочили на месте. На этом битва завершилась.
Деррон с трудом вытащил покалеченное, измятое тело андроида из-под стальной туши бывшего врага. Металлическое покрытие берсеркера покоробилось и пошло пятнами, по нему то и дело пробегали синие искры. Убийца был мертв. Деррон из последних сил кое-как приподнял андроида на локтях. В мерцающем сиянии, которое исходило от останков берсеркера, он увидел, как из пещеры выбежал мальчишка Дарт. Лицо мальчика было мокрым от слез, он держал в руках лук Мэтта с обрывками порванной тетивы. Вслед за Дартом из пещеры высыпали все остальные люди племени и собрались вокруг неподвижного тела, распростертого на земле.
Деррон усадил андроида. Мэтт лежал там, куда его отшвырнул агонизирующий берсеркер. Живот охотника был располосован, сквозь рану виднелись внутренности, от рук остались клочья, лицо превратилось в бесформенную лепешку. На истерзанном лице открылись глаза. Умирающий вождь содрогался от боли, но все еще дышал. Его грудь тяжело вздымалась и опускалась, в такт неровному дыханию.
Женщины завопили и запричитали, а мужчины дружно затянули медленную, печальную песню. Когда Деррон двинулся к Мэтту, все тотчас же расступились, давая ему дорогу. Деррон осторожно, как только мог, поднял тело раненого на руки. Отважный вождь отдал слишком много за эту победу, и еще несколько легких ожогов, причиненных горячими руками андроида, ничего не значили для него.
– Неплохо сработано, Одегард! – Голос полковника Борса снова обрел прежнюю властность. – Хорошая работа. Вы завершили операцию, Одегард. Мы переправим вам аптечку, чтобы подлечить этого парня. Его жизненная линия может оказаться важной.
– Вряд ли я смогу ему помочь. Он очень плох. Лучше вытащите его вместе со мной, полковник.
– Рад был бы помочь, но, боюсь, это не вполне целесообразно…
Полковник, по-видимому, призадумался.
– Здесь его жизнь все равно прервется, полковник, что бы мы ни сделали. Он вырвал для нас победу, а теперь его кишки валяются на земле…
– Хм… Хорошо, хорошо. Подождите, мы подготовим все к обратной доставке. Отрегулируем приборы с учетом его массы.
Стоя вокруг каменного человека и своего умирающего вождя, первобытные люди тянули заунывный напев. Деррон подумал, что эта картина, наверное, когда-нибудь положит начало странной легенде древних времен. Наверное, среди древнейших рукописных текстов Сегола отыщется рассказ об умирающем герое и каменном человеке. Мифы и легенды – они как закупоренные бутылки, в них может оказаться какое угодно вино.
У входа в пещеру самая старая женщина Народа возилась с тлеющей головешкой, стараясь заново разжечь сторожевой костер. Получалось плохо. Молоденькая девушка, которая помогала старухе, решила все очень просто – подхватив с земли сухую ветку, она подбежала к полыхавшим останкам каменного льва и сунула ветку в самую сердцевину обгоревшей металлической скорлупы. Дерево вспыхнуло. Девушка помахала веткой, чтобы пламя разгорелось ярче, и вприпрыжку пустилась вверх по склону в некоем подобии дикого танца.
И вот Деррон уже сидит в центре сияющего круга на полу третьего яруса. Двое медиков спешат к нему с носилками. Он протянул руки, чтобы врачи приняли у андроида раненого Мэтта, затем нагнул голову внутри шлема и нащупал зубами переключатель энергоблока.
Осталось проверить оборудование по завершении операции. Деррон в считаные секунды выбрался из скафандра управления и принялся удирать от сотрудников, сбежавшихся, чтобы поздравить его с победой. В промокшем от пота трико он быстро спустился с платформы по узкой лестнице, у подножия которой уже стояли техники, наблюдатели, операторы других андроидов, врачи и прочие работники сектора – все, кому не терпелось пожать руку герою дня. Деррон пробрался к Мэтту, когда медики уже подняли носилки с ним. Страшно израненное тело было аккуратно обернуто влажными простынями, в него вводились лекарственные вещества из переносного инфузионного аппарата.
Глаза Мэтта были открыты, хотя, конечно же, после такого потрясения он вряд ли что-либо видел. Для Мэтта Деррон был лишь одним из многих странных созданий, суетившихся вокруг. Но один только Деррон прикоснулся
