Читаем без скачивания Забыть Миссанрею (СИ) - Романова Галина Львовна

Лэйа фыркнула, отворачиваясь и чувствуя, что на глаза набегают слезы. Что молодость и красота, если у нее нет самого главного — счастья?

— Прости, — незнакомка мягко коснулась ее руки. — У тебя неприятности?

Прикосновение легкой руки, шепчущий интимный голос, сам вопрос — все это прорвало плотину долго сдерживавшихся слез. Лейа разрыдалась в голос, размазывая по щекам слезы пополам с косметикой. Обычно не пользующаяся ею, сегодня она решила накраситься. Для Ренна. И вот вам… результат…

Незнакомка среагировала мгновенно — придвинула свой стул так, чтобы они оказались плечом к плечу, и Лейа рухнула в ее объятия, всхлипывая и икая. С нею случилась самая настоящая истерика, и она, пьяно всхлипывая, что-то лепеча и пуская слюни, позволила незнакомке увлечь себя в уборную, где ее стошнило сперва всеми принятыми с утра коктейлями, потом желчью, а потом — растворенной в воде таблеткой абсорбента, которую ее заставила принять новая знакомая.

Прошло не менее четверти часа прежде, чем Лейа успокоилась. Живот жгло, как огнем, желудок крутило тупой болью, голова кружилась, но вторая таблетка пошла значительно лучше, так что, когда они вернулись к столику, девушка почти протрезвела. Она даже смогла заставить себя сделать маленький глоточек фруктового сока. Совсем маленький, просто чтобы отбить вкус желчи и лекарств.

Новая подруга смотрела с участием и бесконечным терпением.

— Я сразу поняла, что у тебя беда, милая, — прошептала она. — Как только ты вош-шла, я сказала себе: «У девочки горе. Девочка тоскует. Девочке надо помочь.» И я…

— Никто, — мотнула растрепанными волосами Лейа, — мне никто не может помочь…

— Почему? У тебя кто-то умер?

— Ренн, — вздохнула девушка. — Он меня отшил.

— «Отшил?» В каком это смысле слова отшил? Вы что, сшились вместе? — забавный акцент собеседницы стал ярче, словно она устала притворяться. — Прошу простить, но сложно… Думать одно, хотеть сказать другое…

— Нет, это не то, что вы подумали, — Лэйа вытерла мокрый нос. Машинально отметила, что ароматическую салфетку ей подсунула гостья. Запах, которым она была пропитана, мигом перешел из пассивной формы в активную. Лэйа сделала глубокий вдох, потом еще один. А жизнь хорошая штука. И как ей это раньше в голову не приходило? Она понюхала салфетку еще раз. Запах оказался волшебным — голова полностью очистилась. Подумала, что можно вечность просидеть тут, вдыхая несравненный аромат, и ничего не делать. А вокруг чтобы цветы, цветы, цветы… И бабочки над цветами. И никаких проблем. Какое это счастье…

Ее мягко потормошили за плечо, вырывая из мира грез.

— Э-эй, не спать. То есть, сначала ответь на парочку вопросов, а потом спи, сколько влезет.

— Хорошо. — Лэйа прикрыла глаза. То ли от духоты, то ли от смеси запахов, но спать захотелось ужасно. — Только быстро.

— Постараюсь, но многое будет зависеть от ваших ответов. Вы прибыли с Вангеи?

— Да, — Лэйа сперва крепко зажмурилась, потом также резко распахнула глаза. Было кое-что, что она не могла забыть.

— Откуда?

— Военно-полицейская академия. Но это… закрытая информация. Вы должны доказать, что им-меете право задавать такие вопросы.

— Не беспокойся, милая, — отмахнулась собеседница, — меня не интересует ни номер твоей части, ни пароли, ни тем более военные тайны, которые ты хранишь. Меня интересует личная информация. Ты назвала имя…

— Ренн, — Лейа сглотнула. Запах по-прежнему дурманил голову, иногда к горлу подкатывала тошнота — действие абсорбента понемногу проходило. Может, попросить у новой знакомой еще парочку таблеток?

— Ренн… по фамилии?

— Ренн Гор.

— Ах, вот как, — женщина прищурилась. При этом вокруг глаз у нее собралось столько морщин, что Лейа отстраненно подумала, что она вообще не следит за собой. В академии даже курсантки имели возможность пользоваться косметикой, правда, не всегда на это хватало времени. — Значит, его зовут Ренн Гор… того парня, который…

— … парня, который меня отшил, — Лейа поморщилась.

— И этот Ренн, который… хм… чем он объясняет свой поступок?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Тем, — Лэйа сглотнула, опять возвращаясь к недавнему разговору, — что он этого не хочет.

— Чего не хочет? — женщина подалась вперед.

— Ничего. Никаких… отношений. И вообще, ему это не нравится…

— Он не любит женщин, предпочитая крепкую мужскую дружбу?

— Да вы что? — Лейа от возмущения даже пришла в себя. — Да как вы смеете? Подозревать «кота» в…

— Милая моя, — собеседница презрительно улыбнулась, — то, что вызывает у тебя такое негодование, на некоторых планетах считается в порядке вещей. И нет ничего удивительного в том, что некоторые мужчины предпочитают общество… себе подобных. Правда, я разделяю твое мнение о том, что двое мужчин, сошедшихся вместе, это… противоестественно и противно природе. Такое союз обречен на гибель. Это… ненормально, но… кто знает, может быть, для твоего Ренна…

— Он не мой, — вздохнула Лейа. — Я ему не нужна.

— Почему? У него есть другая… женщина?

— Да.

При воспоминании о том, что Ренн был женат, и его жена никуда не делась, Лейа невольно всхлипнула опять, и ее собеседница тут же оказалась рядом. Приобняв девушку за плечи, она стала ласково вытирать ее лицо, глаза и нос тем самым надушенным платком. Ее прикосновения были приятны. Лейа невольно приникла к надежному плечу незнакомки и, вздохнув последний раз, начала рассказывать.

Первые пятьдесят часов полета действительно выдались тихими и какими-то сонными. «Котам» отвели пять кают, три с одной стороны коридора, две с другой. Между этими двумя находилась шестая каюта, формально записанная за ними. Там находился груз. Расставив парней по периметру, Рой на правах командира заглянул внутрь…

И вывалился пару минут спустя совсем белый с вытаращенными глазами.

Недоумевая, что такого могло напугать командира чуть ли не до дрожащих рук и бегающего взгляда, все «коты» столпились вокруг него. Но Рой только качал головой и наотрез отказывался давать какие-либо объяснения. Мол, лучший способ не выдать тайну — это вообще ее не знать. Лишь через час упорных разговоров он смягчился и намекнул, что обязательно все расскажет, а самых скептически настроенных даже лично отведет туда за ручку, чтобы своими глазами убедились, что командир прав.

На том и разошлись.

— Как считаешь, — Суаза Смелый покосился на дверь, — что там может быть?

— Или кто? — поддержал его сосед по комнате, Джон.

— Не все ли равно? — пожал плечами Ренн.

— И тебе не интересно узнать, кто там?

— Или что, — поддакнул Джон.

— Интересно. Но я буду ждать слов капитана.

— Держу пари, там женщина, — мечтательно протянул Джон. — Только совсем юная, как ребенок. Или, наоборот, такая дряхлая старуха, что того и гляди, помрет в полете… кабы уже не умерла от старости.

— Или там оружие массового поражения, — подхватил Суаза Смелый. — Из тех, что достаточно одного касания пальцем — и нет твоей планеты.

— И заключено это в теле красивой женщины, — гнул свое Джон.

— Тебя что, только женщины интересуют? — изумился Ренн.

— А тебя, скажешь, нет?.. Ах, да, ты у нас миссанриец… у вас там женщины, небось, такие, что без слез не взглянешь? Все толстые, с небритыми подмышками, без косметики, даже молодые…

— Нет. Бывает по-разному, но… Не хочу об этом говорить.

Настроение испортилось. Нет, не скоро у него получится забыть Миссанрею. И вообще вряд ли такое возможно. По крайней мере, в ближайший год. На какой-то миг он почувствовал себя спокойнее от того, что здесь и сейчас нет никаких женщин. За исключением, возможно, той, которая прячется за этой дверью. Ну и пусть себе там сидит. Главное, с ним не встретится.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Полет проходил в штатном режиме. Обычный пассажирский лайнер среднего тоннажа шел спокойно, при встрече с другими судами посылая в эфир обычные позывные — мол, иду заданным маршрутом, адрес, время прибытия-убытия. Дважды им пришлось остановиться и открыть трюмы для досмотра — первый раз когда пересекали границу секторов и второй раз чисто случайно. Полицейский крейсер потребовал лечь в дрейф без предупреждения. Случилось это примерно «посередине» довольно оживленной трассы — Альфа Рака — Кассандра — Созвездие Атланта. Только что лайнер миновал одну из самых густонаселенных планетарных систем сектора, Бета Эльсинор, у которой было целых четыре планеты, на которых была возможна естественная, то есть не под куполами с искусственной атмосферой, жизнь. Справа по курсу оставалась станция Минутка возле пояса астероидов, окружавшего соседнюю с Эльсинор звезду. Возле нее находился второй на маршруте «лаз», куда собирался нырнуть лайнер, чтобы вынырнуть буквально в двух шагах от цели. До самого «нырка» оставалось часа полтора лету, потом в «лазе» несколько томительных минут и после прохождения «лаза» еще часа четыре до системы.