В ту ночь я снова взялся за изучение звезд. Мой отец и Джереми Ринг умели ориентироваться по звездам, они учили этому искусству и нас. Еще больше уделял внимания астрономии Саким. Знала ли звездное небо Ичакоми? Я не сомневался, что ей тоже многое объясняли. Чтобы добыть Священный Огонь, я должен был выбрать нужное время и место.
Ичакоми продолжала спрашивать о жизни англичан, и я теперь жалел, что не очень внимательно слушал своих родителей, когда они рассказывали о своей жизни до переезда в Америку. Тогда все это казалось мне таким далеким, таким незначительным.
Пони, отличные охотники, теперь часто делились с нами своей добычей, хотя поначалу мы кормили их. Одна женщина умерла от ран, для выздоровления двух воинов требовалось много времени.
У меня появилась возможность выучить язык пони, и я воспользовался ею. Вскоре я уже мог обмениваться с нашими гостями информацией и поддерживать общий разговор, хотя говорить свободно, конечно, не мог. Они сообщили, что их деревни расположены по берегам другой реки к северу от Арканзаса.
Готовясь к предстоящей зиме, мы собирали орехи, корни, ягоды и, конечно, заготавливали топливо. И дома, и на охоте мы были начеку. Мы ждали врагов, и они появились — но не команчи, а испанцы,
Первым увидел их Кеокотаа, заметив отблеск солнца в их кольчугах. Испанцы были еще далеко. Мы спрятали наших женщин в той пещере где я нашел селитру: ее было трудно обнаружить и удобно защищать
Ко мне подошел старый Асатики. Его люди выразили желание сражаться вместе с нами. Испанцы совершали набеги на их селения, захватывая пленных, превращали их в рабов, несмотря на запрет короля. Пони не желали, чтобы это продолжалось.
— Подождите, — посоветовал я, — но будьте наготове. Сначала попытаемся поговорить с ними. Если же переговоры не дадут результата, начнем воевать. Каждый выберет себе одного противника и при первых признаках опасности убьет его.
Приближающийся к нам отряд состоял из двенадцати солдат в кольчугах и примерно из двадцати индейцев неизвестного племени. Впереди ехали два офицера и священник. Одним из офицеров оказался Диего, но командовал на сей раз Гомес.
Гомес остановил свою лошадь рядом со мной. Его взгляд обратился к форту. Наша цитадель выглядела очень внушительно: мощная стена вертикальных бревен и крепкое здание, достаточно большое, чтобы вместить нас всех, занимали очень выгодное положение на местности.
— Мы проехали вашу долину и не нашли вас там, — заговорил Гомес.
— У нас есть враги. Да и у вас тоже. Это команчи.
Он пожал плечами:
— Мы не встретили их. А если встретим, то уничтожим. — Он посмотрел вокруг. — А где женщина?
— Женщина? Где ты видел женщин? Здесь воины.
Он вспыхнул и явно разозлился. Ему не понравилось, что его планы рушились, а сейчас, как он полагал, сила была на его стороне. Мои пистолеты скрывало пончо. Копье я держал в руках.
— Мы пришли за женщиной, которую ты не захотел продать. Здесь все принадлежит его величеству.
Я улыбнулся:
— А его величество запретил брать индейцев в рабство.
Гомес изменился в лице.
— Его величество не знает, каково положение вещей здесь. Он отменит этот закон.
— Уж не по твоему ли приказанию? С каких пор какой-то капитан смеет указывать королю?
Его физиономия исказилась до неузнаваемости.
— «Какой-то капитан»? Посмотрим! — Он сделал знак солдатам. — Взять его. Он скажет нам, где эта женщина.
Солдаты двинулись на меня. Я отступил за камни, куда трудно было пройти лошадям, и метнул копье. Гомес успел отскочить, и копье попало не в него, а в солдата в шлеме, находившегося за ним. Тот свалился с лошади. Два солдата упали, после того как в горло каждого из них вонзилась стрела. Внезапно среди нападавших появились пони. Один воин вскочил на лошадь позади солдата, схватил его за горло и сбросил на землю. Испанца прикончил другой пони.
Атака захлебнулась так же внезапно, как началась. Солдаты бежали. Я подозревал, что этим храбрым людям сражение оказалась не по сердцу. Все они, вероятно, ненавидели ничтожного тирана Гомеса.
Последним отступил Диего.
— Я не хотел ссоры, — произнес он, опустив глаза, — но сейчас он в фаворе у начальства. Спрячьте ваших женщин.
Развернув лошадь, Диего поехал прочь, и я заметил, что несколько солдат собрались вокруг него. На земле остались лежать трое испанцев и индеец. Один солдат удалялся хромая.
Нападавшие думали, что нас только трое. Появление и атака пони, прятавшихся до поры, оказались для них полной неожиданностью. Правда, я подозревал, что Гомес предполагал сопротивление и готовился к нему. По дороге он мог видеть вигвамы пони. Около них горели костры, значит, там жили люди. Но Гомесу было невдомек, что индейцы спрячутся среди деревьев и скал.
Пони сняли с убитых солдат кольчуги и шлемы. Я подобрал мушкет и меч.
Над горами Сангрэ-де-Кристос собрались облака, чувствовалось, что скоро пойдет дождь. Гомес с отрядом ушел в долину, но я ни на минуту не сомневался в том, что мы видели их не в последний раз. Они придут снова, потому что не посмеют вернуться без обещанной женщины. И Гомес уже не будет таким беспечным и самонадеянным.
Мы показали свою силу, но он имел много солдат, вооруженных мушкетами, а наши друзья пони вскоре собирались покинуть нас. Мне бы хотелось одеть своих людей в кольчуги, но их забрали пони. У меня, правда, хранилась кольчуга, которую я нашел на берегу Арканзаса, и она была лучше, плотнее, чем испанские.
Кеокотаа вышел из-за деревьев, откуда стрелял из лука.
— Пойду за ними, — улыбнулся он.
Эта идея пришла в голову и мне. Пойти за ними и перебить их в лагере прежде, чем они соберутся снова напасть на нас.
Гомес не дурак. Самоуверен, бесспорно, но уже не так, как раньше. Он крепкий, закаленный, его подчиненные хорошо подготовлены. У солдат, которых мы убили, конечно же есть товарищи, готовые отомстить за их смерть. Мы не могли рассчитывать на легкую и быструю победу.
На одном из убитых я нашел пороховницу с порохом для стрельбы из мушкета — сокровище для меня ценнее золота.
Настала ночь. Я проверил свои пистолеты. В пещеру мы загодя отнесли пищу и воду. Женщины там находились в безопасности. Мне хотелось проведать их, но я удержался, чтобы не выдать их местонахождение.
Пони вернулись в свой лагерь, так что в крепости я остался один. О сне не могло быть и речи: в любой момент я ожидал нападения.
Сидя у высокого окна, через которое мне были видны подходы к форту, я грыз орехи и ждал. Рядом со мной лежал лук и колчан со стрелами. Я терпеть не мог ждать! Лучше бы я шел сейчас в темноте вместе с Кеокотаа, но если бы в это время наш форт захватили, мы потеряли бы все наши запасы.
