Забрав с собой единственного оставшегося на камнях члена экипажа бригантины, отряд начал спускаться к шлюпке, как вдруг прогрохотал пушечный выстрел, заставивший всех вздрогнуть и на мгновение приостановиться.
— Сигнал с крейсера! — сказал Тремаль-Наик.
— Может быть, извещают, что неприятельская флотилия подоспела сюда? — стиснув зубы, отозвался Сандакан. — Скорее!
— Смотрите, смотрите. Это они, враги! — указал Тремаль-Наик. Все обернулись к морю и увидели, что на горизонте резко вырисовывались десятки разноцветных огней. Не было никакого сомнения, что это эскадра раджи или англичан. Полдюжины боевых судов мчались сюда, рассчитывая отрезать от моря настигнутый крейсер и уничтожить его.
В несколько могучих взмахов весел малайцы вывели шлюпку из лабиринта среди камней, и маленькое суденышко птицей полетело по волнам.
Трап был уже спущен, когда шлюпка домчалась до борта «Властителя океана». У трапа стоял Харвард, попечению которого было доверено судно на время отсутствия Сандакана и его друзей.
— Наконец-то! — крикнул он поднимавшимся по трапу. — Я уже боялся, что вы не успеете вернуться вовремя.
— Канониры, по местам! — вместо ответа отдал приказ готовиться к бою Сандакан, взбегая на командный мостик.
Янес следовал за ним.
Поглядывая в ту сторону, где виднелись огни неприятельских судов, он медленно, словно священнодействуя, вытащил портсигар, достал свежую сигару, тщательно обрезал ее, раскурил и, вдыхая с удовольствием ароматный дым, пробормотал:
— Будем надеяться, что и это не последняя сигара. Покурим еще… Минуту спустя он добавил:
— Правда, врагов все-таки больше, чем было бы желательно. Но, с другой стороны, и мы не слабы. Ба! Поживем, увидим… Но сигара, право, попалась отличная. Редко я курил с таким удовольствием…
XIV. «Демон Войны»
Подняв на талях шлюпку, «Властитель океана» сразу же повернул к северу, чтобы затеряться среди многочисленных рифов. Неприятельская эскадра, развернувшись веером, мчалась на всех парах, явно желая отрезать путь отступления крейсеру, но как только «Властитель океана» в свою очередь дал полный ход, стало видно, что среди неприятельских судов нет ни одного, которое могло бы состязаться с ним в скорости: все это были корабли устаревших типов, посланные Англией из европейских вод туда, где англичане не рассчитывали встретить серьезного соперника на море.
Не прошло и четверти часа, как уже завязался артиллерийский бой на значительном расстоянии. На этот раз англичанам удалось так близко подойти к «Властителю океана», что снаряды их пушек достигали крейсера, бились о его высокие борта, падали на палубу, взрываясь с оглушительным грохотом, и ударялись о броневые рубки, засыпая осколками все вокруг.
Но под этим ураганом и градом из чугуна и стали крейсер мчался, словно на параде: могучая броня предохраняла его жизненно важные части, и артиллерия врага оказалась почти бессильной причинить судну какой-либо существенный вред. В свою очередь, «Властитель океана» на выстрел отвечал выстрелом, и его снаряды оказались более действенными: граната за гранатой с ювелирной точностью посыпались в преследующие суда. И часто стальное ядро пронизывало корпус какого-нибудь из вражеских кораблей, причиняя ужасные разрушения, калеча судно, уничтожая людей.
Час спустя «Властитель океана» разорвал стальное кольцо окруживших его врагов и вырвался на океанский простор. Можно было вздохнуть свободно: он снова одержал победу, снова ушел невредимым, не понеся почти никаких потерь, в то время как его враги оказались почти полностью разбитыми.
Но в это мгновение с марса послышались предостерегающие крики:
— Вижу корабли!
Оглянувшись в указанном направлении, Янес побледнел: путь к морю оказался почти отрезанным четырьмя судами. И на этот раз противниками оказались не устаревшие тихоходные крейсеры береговой обороны с ничтожной артиллерией. Нет! С моря надвигалась на «Властителя океана» в строгом порядке целая эскадра из четырех колоссальных крейсеров того же типа, что и сам «Властитель океана». На него шли суда с такой же артиллерией, как его собственная, а может быть, и более грозной.
Однако и на этот раз судьба хранила Сандакана: крейсеры неприятеля прибыли к месту боя тогда, когда «Властитель океана» уже выбрался из ловушки. Стоило ему изменить принятый курс, как он стал заметно уходить от четырех левиафанов.
Наблюдая за их манипуляциями, Харвард заявил:
— Может быть, я и ошибаюсь, мистер Сандакан. Но если их артиллерия и не слабее нашей, то могу похвастаться собственной работой: наши машины сильнее, чем их. У нас значительное преимущество в ходе. Держу пари, что через шесть часов они отстанут от нас.
— Да! — подтвердил его наблюдения Сандакан, глядя на преследующие крейсеры. — Но мы едва не попались. Спаслись, в сущности, чисто случайно. Кажется, оправдывается мое предположение: хотя эти суда пока не показали своего флага, очевидно, что они относятся к англо-индийскому флоту. До последнего времени в водах Лабуана у англичан никогда еще не было таких мощных новых кораблей. Но мы подождем до ночи, а потом попробуем сбить их с толку, направившись прямо к берегам самого Лабуана.
Погоня продолжалась. Правда, суда эскадры, с которой вел бой перед рассветом «Властитель океана», давным-давно отстали и скрылись за горизонтом, однако четыре крейсера все так же неотступно следовали за ними, и ради того, чтобы хотя бы понемногу уходить от них, «Властитель океана» был вынужден расходовать неимоверное количество угля. Сандакан утешался тем, что запасы всегда можно пополнить, отбирая уголь у торговых пароходов. Важно не вступать в артиллерийскую перестрелку с четырьмя противниками сразу. А это удавалось, и мало-помалу расстояние между бегущим крейсером и его преследователями все увеличивалось. Впрочем, и раньше оно ни разу не сокращалось настолько, чтобы англичане могли пустить в ход свою артиллерию.
После полудня проголодавшийся португалец направился в кают-компанию. На пороге его остановила Дарма.
— Вы видели… его? — сказала она скороговоркой.
— Кого это «его»? — притворился удивленным Янес.
— Сэра Морленда! — прошептала Дарма.
— Но, дитя, мы были на слишком большом расстоянии. Правда, я наблюдал за неприятельскими судами, видел всех их командиров, но Морленда на командных мостиках не видел.
— Может быть, он… умер?
— Что ты?! Что за фантазия, дитя? В последнем бою он не участвовал, значит, жив и здоров, чего и тебе желает.
— Тогда он здесь, здесь. Он гонится за нами. Мне подсказывает это сердце.
