и добивается, чтобы его забрали, а нас расстреляли, но…
– Что насчет прослушивания эфира? – Спросил я.
– Слушаем все волны и передачи. Тишина. Акустик не слышит шума винтов или других звуков в воде. Все словно вымерло.
– Тогда всплывать нет смысла, старпом.
– Я тоже так думаю. Если в этом районе кто-то появится, мы это услышим, а пока я не вижу ничего разумнее, чем оставаться на глубине. Мы идем на предельной отметке на малом ходу. Винты бесшумные, корпус экранирован. Нас не засекут, пока мы сами этого не захотим.
– А каков наш курс?
– Мы идем к Вашей полярной станции. Вы ведь хотели сбежать от этого ужаса? Мы обследуем территорию и если там все тихо, поможем Вам обосноваться там, а сами вернемся в район патрулирования.
– Боюсь, теперь я не вижу смысла в этом.
– То есть? Поясните.
– Вы высадите нас на открытые ледяные поля. Засечь нас посреди снежной пустыни – проще простого. А станцию, на которой начнет кипеть жизнь, – тем более. Можно понадеяться на сильные метели или оборудовать убежище под снегом, но это рискованно. Наверняка, там есть моржи, медведи и другая живность. Теперь самое безопасное убежище для нас – это Ваша лодка. Думаю, остальные тоже меня поддержат.
При этой беседе присутствовала Мадам Оптимизм и начальник буровой платформы. Он согласился со мной:
– Парень дело говорит. Тогда мы об этом не подумали, но сейчас это разумно. На ледяных полях только слепой не заметит группу людей. А с их технологиями…
– Да, пожалуй. – Подтвердил офицер. – Я дам рулевому приказ развернуться, а штурману – вернуться на прежний курс.
– Офицер, – добавил нефтяник, – Вам помощь не нужна? Вы потеряли много своих парней сегодня. Я со своей командой мог бы помочь Вам управляться с лодкой.
– Не хотите взять отдых? Нас всех сегодня вымотало, мы чудом остались живы. Передохните и люди Ваши пусть тоже отдохнут, потом я пришлю к Вам одного из наших инженеров, он проведет вам экскурсию по лодке и расскажет о том, что нужно делать. Мне нужно время все это осмыслить.
– Хорошо. Я передам своим парням Ваши распоряжения. Пока я Вам не нужен?
– Нет, можете идти.
– Что насчет нас? – Спросила Мадам Оптимизм. – Мы можем идти?
– Да, пока Вы свободны. Возьмите отдых.
– Хорошо. – Ответил я, после чего мы направились к своим каютам.
Когда я подошел к своей двери, репортерша проронила:
– Я и не думала, что ты окажешься настолько крут. Войти в клетку к зверю, добровольно, – это сильно. – Я заметил блеск в ее глазах, она же хлопнула меня по плечу. – Если мы выживем, я напишу обо всем этом книгу. Напишу все, как было. Только для этого мне понадобится твоя тетрадь с записями. Одолжишь ее мне?
Я нашел в себе силы улыбнуться:
– Вторая древнейшая, да?
– Ну, есть такое. Так, что?
– Для начала надо выжить. – Я открыл дверь своей каюты и рухнул на кровать.
Тетрадь лежала на прикроватном столике. Я пролистал ее до тех записей, которые вела девушка. Надо же, ее почерк оказался каллиграфическим, с авторскими завитками у заглавных букв. Все буквы откалиброваны по высоте и наклону. Письмо практически безотрывное, никаких сокращений, все слова написаны полностью, без ошибок и исправлений, все знаки препинания на месте:
«Училка, что тут скажешь». – Подумал я, после чего взял ручку, пролистал тетрадь до последней записи и добавил туда заметку о сегодняшнем дне. Столько всего…
P.S.: Даже не знаю, с какой стороны к этому подойти. У меня заканчиваются приличные слова для описания того, во что мы попали. К счастью, мы все еще живы…мы все еще люди.
ДНЕВНИК ЭО ТОЙИ (ИСХОД)
Когда мы вышли на поверхность, я убедился, что снайпер со стрелком не ослушались моего приказа и покинули пост, не дождавшись нас. Машины поддержки они взяли с собой.
План созрел довольно быстро: теперь этот парень был носителем наших технологий. Передать его людям – значит дать им шанс на победу.
Люди смогут довольно быстро собрать усилитель телепатического импульса, который сможет деактивировать все наше оружие и технику, включая и ударные корабли на орбите. Однако, его целью должен был стать не наш ударный флот и армия, а выходящий на дистанцию стрельбы флагман флота, который должен был сжечь Землю вместе с нами. Парализованный флагман не смог бы дать залп, мне же нужно было убедить адмирала в необходимости срочной эвакуации армии. Вернувшись домой, я бы смог поднять мятеж и попытаться свергнуть Правителя и всех, кто ему лоялен.
Также был и другой вариант: убедить своих соратников массово сдаться в плен людям. Этот вариант мне не очень нравился по причине того, что люди сделают нас объектами лабораторных испытаний, а наши семьи на Родине казнят.
Нужно было действовать быстро: помочь парню добраться до первого патруля людей и сдаться им, а самому вернуться в город и начать работать с командирами штурмовых отрядов, адмиралом и командующим охранным гарнизоном. Любой ценой выбить добро на эвакуацию. Мы должны покинуть Землю быстрее, чем люди смогут воспользоваться усилителем импульса этого парня. Боеспособные корабли и техника будут нужны нам дома, чтобы бороться с лояльными Правителю силами. Да поможет мне Всевышний…
Я вытащу картридж из своего КПК и отдам его парню перед тем, как попрощаться с ним. Больше записей в этом дневнике не будет. Пусть помимо наших знаний и технологий он донесет до людей и мою историю…
Наши технологии помогут людям не только победить, но и сместить авторитет индорианцев, которые уже, наверняка, начали строить планы по разделению мира после победы над нами.
У этого плана есть и другие вероятные последствия. Если люди не смогут совладать со всеми технологиями, которые они получат, они уничтожат себя. Думаю, парень это прекрасно понимает и будет выдавать информацию только в том объеме, которого хватит для победы людей и не более. Не хочу, чтобы они начали играть в Творца и повторять наши ошибки. Надеюсь, этого и не будет.
Что же касается спящих агентов из группы «Рокулус», то да, они не смогут вернуться домой, но они получат возможность жить спокойной жизнью среди людей. Думаю, парень сможет найти их силам мирное применение. Хочу на это надеяться…
Все, здесь мой исход. Конец последней записи. Надеюсь, кто-то сможет это прочитать. В мирное время…
-–Конец записи в дневнике–
ИЗ ВЫПУСКА НОВОСТЕЙ ОТ 3 ИЮНЯ 2021 ГОДА, СПУСТЯ 12 ДНЕЙ ПОСЛЕ ВТОРЖЕНИЯ
Временно исполняющие обязанности глав 65 государств почтили память погибших
