– Если тебе не трудно… но можно отложить на потом.
Он только сейчас осознал, что даже не поприветствовал жену.
– Ты, наверное, устала с дороги, хочешь отдохнуть?
– Вовсе нет. Я привыкла подолгу находиться в седле, – Эрия не смотрела на мужа. – Это гостиная? – она указала налево, где вход был оформлен в виде красивой арки.
– Да, – Тинан схватил жену за руку и потащил за собой. Гостиная представляла собой огромную комнату с окнами по обеим сторонам и впечатляющим мраморным камином у противоположной от двери стены. Окна и лепные украшения на стенах были свежевыкрашены белой краской, а пол из кленовых досок натерт до блеска воском и скипидаром. Голые стены оклеены белыми обоями со сложным узором в красно-синих тонах в стиле английского короля Якова I, а вся мебель составлена в центре комнаты и закрыта чехлами. Тут же громоздились коробки, ящики и корзины.
– В этой комнате, по крайней мере, есть мебель. Остается ее расставить. Здесь все новое и выдержано в темно-вишневых тонах, что особенно модно в Европе. Когда ты с этим закончишь, будет просто великолепно.
– Когда я закончу? – Эрия удивленно вскинула голову и повернулась к мужу.
– Я надеялся, что рабочие все уже сделали и не будут тебе мешать.
– О, они мне нисколько не помешают, – Эрия вышла из гостиной и начала подниматься по широкой лестнице, придерживаясь за перила из красного дерева.
Тинан догнал ее, перепрыгивая через две ступеньки.
– Спальни и детская как раз здесь, верхняя гостиная – тоже.
– Как интересно, – вежливо откликнулась Эрия. – Покажи, пожалуйста, мои комнаты.
– НАШИ комнаты вон там, – отчеканил Рутланд и буквально потащил ее за собой по коридору. Эрия засеменила следом, едва поспевая. Тинан распахнул одну из дверей и отпустил руку жены.
Она вошла в залитую солнцем комнату и остановилась, потеряв дар речи. В отделке пока пустой комнаты использовались всего два цвета: белый и золотой. Белые с золотой отделкой окна, такая же лепнина на стенах, белый мраморный камин украшен позолотой, а стены расписаны сложным золотым узором по белому полю. Раскрытые настежь белые двери вели во вторую комнату, которая, как догадалась Эрия, и была спальней.
Здесь все было выдержано в том же стиле, что и в первой комнате, но в самом центре громоздилась еще не расставленная по местам мебель. Эрия скользнула по ней взглядом и потрясение уставилась на огромную кровать. О, вот это да! Без матрасов и драпировки кровать походила на скелет огромного великана. Под пронзительным взглядом Тинана Эрия подошла к кровати поближе и потрогала изголовье.
Возможно, на этой кровати родятся ее дети… если у нее когда-нибудь будут дети. Рука невольно потянулась к животу, а лицо неожиданно смягчилось от скрытой боли. Сколько ночей проведет он с ней на этой кровати? Как долго собирается пробыть здесь, прежде чем отправится «по делам»?
– Я обещал тебе большую кровать. Такая годится? – в голосе Тинана не было ни капли самодовольства, которого она ожидала.
– Прекрасная кровать, но, возможно, ты собираешься делить ее не только со мной… она такая огромная…
Тинану не понравилось замечание, но он оставил его без внимания.
– Тебе предстоит много работы, если собираешься сегодня спать здесь. Я позову миссис Бондуэлл. Экономка, досталась мне от прежних владельцев. И полагаю, ты хочешь увидеть свою горничную… она где-то здесь.
Эрия прикусила язык, чтобы не сказать колкость, и оглядела комнату с притворным спокойствием. Тинан вышел, а она прошлась по спальне и выглянула в окно.
– Это миссис Бондуэлл, – прервал Тинан ее размышления, пропуская в дверь полную румяную женщину. – Она заботится об этом доме вот уже пятнадцать лет. А это моя жена, – Рутланд представил Эрию, не назвав по имени.
– Добро пожаловать, леди Рутланд, – желтоватые глазки миссис Бондуэлл настороженно смотрели из-под накрахмаленного чепчика. Эрия физически ощутила, как экономка взглядом ощупывает ее фигуру. – Мадам, мы все потрясены, в каком плачевном состоянии находится дом, – экономка неодобрительно поджала губы и сложила на животе руки.
– Уверена, миссис Бондуэлл, вы приложите все силы, чтобы это исправить. Необходимо собрать и застелить кровать и расставить по местам мебель.
– Я прослежу, мадам, – экономка кивнула и задумчиво прищурилась. – Пожалуй, нужно принести из холла кресла и диван для первой комнаты, – полное лицо приняло вопросительно выражение. – Как вы считаете?
– На ваше усмотрение, миссис Бондуэлл, – равнодушно бросила Эрия. – Дом полностью в ваших руках.
– И в хороших руках, мадам, – глаза экономки удовлетворенно сверкнули. Она кивнула головой и вышла.
Лицо Тинана потемнело.
– В чем дело? Что на тебя нашло?
– Ты о чем? – Эрия сняла перчатки и положила их на край кровати. Затем принялась снимать изящную шляпку.
– Я насчет миссис Бондуэлл, – он был недоволен, что Эрия все перекладывает на плечи экономки, не желая быть полноправной хозяйкой в доме.
– А что? Разве я претендую на место твоей экономки? Хорошую экономку найти труднее, чем выхоленную шлюху.
– Черт побери, Эрия! Я сыт по горло твоими играми.
– Какими играми? Разве я увиливаю от своих прямых обязанностей? Ублажаю тебя в постели и поддерживаю светскую беседу, когда ты желаешь говорить, не предъявляю претензий. Разве мы не об этом договаривались? – голос Эрии заметно дрогнул, и она поспешила замолчать.
– Эрия, ты моя жена, и, клянусь Богом, будешь вести себя так, как подобает жене, – Тинан поднял вверх указательный палец. – В том числе вести дом и выполнять все, что требует твое положение в обществе.
– Положение в обществе есть у тебя, – она уперлась пальцем ему в грудь. – А у меня – только обязанности шлюхи, и больше ничего.
– Ты! – Тинан схватил ее за плечи и сильно встряхнул. – Ты имеешь все, что хочешь! И тебе всегда чего-то не хватает!
Эрия сузила глаза и понизила голос до злого шепота.
– То, чего я прошу, ты не желаешь давать.
– Что?! – заорал Тинан. – В чем я тебе отказал? Я поклялся тебе перед священником, почти целый день продержал в ожидании весь отряд, раскрывая тебе секреты твоего тела, одел, как королеву, предоставил в распоряжение свой дом…
– Твою честность… – Руки Тинана судорожно сжались, и на ее глазах показались слезы, помешав сказать больше… сказать, чего ей не хватает.
– Честность? Твоей честности слишком даже для нас двоих… ты пользуешься ею, как хлыстом, – Тинан отпрянул, словно она его ударила. – У меня нет никакого желания перенимать твою манеру резать правду в глаза, даже когда в этом нет необходимости!
