Эрия бежала вперед, не разбирая дороги, и, наконец, остановилась перед длинным кирпичным строением. Хотелось только одного – вскочить на коня и носиться по полям до тех пор, пока не придумает, как жить дальше.
Акр умиротворенно сидел на перевернутой бочке и грелся на солнышке.
– Ты поможешь мне оседлать лошадь? – она вихрем пронеслась мимо, врываясь в полутемную конюшню.
– Спешите, мадам? – Акр неторопливо попыхивал трубкой. – Куда же вы собрались без костюма для верховой езды… без сапог?
– Так… прокатиться по окрестностям, – Эрия с мольбой уставилась на него.
– Что ж, полагаю, вы имеете на это право, – он озабоченно нахмурился. – Иногда мне тоже хочется носиться по полям… Пойдемте, выберем для вас какую-нибудь красотку. Нужно поторопиться, а то конюх трясется над каждым животным.
Эрия вдруг остановилась как вкопанная. Прямо перед ней был чалый жеребец отца по кличке Ронделай, а еще дальше увидела Черного Воина… и Танцовщицу. Подошла ближе и окликнула кобылу. Та насторожила уши и ткнулась мордой в протянутые руки Эрии.
– Мадам, вы их знаете? – Акр сдвинул на затылок шляпу и вытаращил глаза.
– Конечно, знает. Она же росла вместе с ними, – послышался знакомый голос.
– Франклин! – Эрия повернулась на каблуках и обрадованно бросилась ему на шею. Казалось, она вновь очутилась дома.
– Что ты здесь делаешь? – Так долго сдерживаемые слезы градом покатились из глаз.
– Чему вы удивляетесь? Разве я мог оставить своих питомцев, мисс? – он с улыбкой осмотрел ее с ног до головы. – Вы же знаете… Когда граф купил лошадей, вместе с ними взял и меня. Я здесь уже три месяца.
– Я ничего не… Господи, как хорошо, что ты здесь! И они тоже!
– Словно опять оказались дома, да, мисс? Или теперь уже мадам? – Франклин поставил руки на пояс. – Его сиятельство справедливый человек, но не скрою, сначала я отнесся к нему настороженно.
Наступило неловкое молчание. Меньше всего Эрии сейчас хотелось слушать хвалебные речи в адрес драгоценного супруга.
– Она хочет покататься верхом, мистер Франклин, – нарушил молчание Акр. – А я сказал, что конюх очень ревниво относится к своим питомцам.
– О, да, сэр, вы правы. Но для этой молодой леди я готов на все. Она может выбирать любую лошадь… в любое время.
* * *
– Превосходный чай. Давно я не пил ничего подобного. Наши леди уже больше года потчуют гостей исключительно кофе, – Джон Галифакс с наслаждением допил чай. – Признаюсь, меня часто мучает жажда, – он подался вперед и поставил пустую чашку на столик и обвел гостиную взглядом.
Тинан откинулся назад, положив руки на подлокотники кресла, и смотрел на гостей с непроницаемым выражением лица. Он прекрасно понимал их желание побольше узнать о своем благородном соседе-англичанине, поэтому снисходительно отнесся к тому, что они заявились на следующий день после его приезда. Судя по добротной одежде, это вполне приличные джентльмены и, скорее всего, вполне зажиточные. Да, подумал Тинан, какую, должно быть, шумиху по всей округе он поднял своим приездом.
– Мы рады, лорд Рутланд, что вы будет жить среди нас… напоминать нам… об английских традициях, – на желтоватом длинном лице Стюарта Моргана появилось некое подобие улыбки. Он так и не притронулся к чаю и, как показалось Тинану, с некоторым раздражением поглядывал на Джона Галифакса.
Тинан сдержанно улыбнулся и повернулся к Галифаксу, который, судя по всему, и должен был вести разговор от имени их обоих.
– Как я понимаю, у нас есть общие друзья, лорд Рутланд, – осторожно начал Галифакс. – В Рейли и, возможно, в Филадельфии, – казалось, он не замечает напряженного выражения лица Моргана.
– И кто же эти друзья, мистер Галифакс? В Рейли, например?
– Сэр Энсом Джаггерс и его очаровательная сестра Элизабет.
Тинан почувствовал облегчение, но ничем не выдал своих эмоций.
– Тогда вы правы, поскольку сэр Энсом Джаггерс действительно мой хороший друг. Прекрасный человек, образованный и культурный, но чересчур совестливый.
Галифакс бросил заговорщицкий взгляд на каменное лицо Моргана и сказал:
– Последний раз я был в Рейли месяц назад, сэр Джаггерс рассказал, что вы приобрели здесь дом, и попросил меня познакомить вас с теми, кто… имеет в этом графстве такие же взгляды на происходящие события.
– Какие взгляды, мистер Галифакс? – уточнил Тинан. Морган резко выпрямился и замер.
– Правильные, сэр, – уклончиво ответил Галифакс.
– Свободолюбивые! – выпалил Морган. Тинан изучающе посмотрел на его длинное лицо и задумчиво потер подбородок, позволяя несколько затянуться выжидательному молчанию.
– Вы имеете в виду это повальное увлечение идеей независимости от Англии… эту «свободу»? – Тинан переводил взгляд с одного на другого, ожидая ответа.
– Не говорите с нами загадками, сэр, – Морган слегка покраснел. – Вы прекрасно знаете, что мы имеем в виду и что мы не сидели бы сейчас в вашей гостиной, если бы нас не заверили, что вы сочувствуете идее независимости.
Тинан резко подался вперед и улыбнулся.
– Я не знаю вас, джентльмены. Любой может узнать чье-то имя, чтобы пользоваться им в своих целях.
– Я же говорил, из этого ничего хорошего не выйдет, – набросился Морган на Галифакса, вскочил с места и повернулся к Тинану. – Мы ошиблись, сэр, и больше не потревожим вас.
В воздухе повисла напряженная тишина. Галифакс нахмурился и вперил взгляд в красивое, волевое лицо Тинана. Затем откинулся на спинку кресла и сцепил руки на груди.
– Нельзя ли мне выпить еще чаю, лорд Рутланд? – с вымученной улыбкой спросил он. – Вы должны извинить Стюарта. В последнее, время он придерживается строгой диеты, которая и повлияла на его политические взгляды – ему все кажется кислым, поэтому он такой раздражительный.
Тинан широко улыбнулся и позвонил в колокольчик.
– Тогда вам следует обязательно познакомиться с моей женой. Она быстро излечила меня от пристрастия к сладкому.
Галифакс облегченно рассмеялся, а Морган смущенно переминался с ноги на ногу, совершенно сбитый с толку взрывом веселья.
– Садитесь, мистер Морган, – Тинан стал серьезным. – Расскажите, зачем, собственно говоря, вы пришли.
Морган немного постоял, раздумывая, но все же сел на краешек кресла, с сомнением посматривая в сторону Галифакса. Тот кивнул, и мистер Морган, дождавшись, когда миссис Бондуэлл удалилась, оставив на подносе серебряный чайник, заговорил:
– Мы пришли проинформировать вас о положении в соседних графствах и… привлечь вас на свою сторону. Заручиться вашей поддержкой. Не секрет, что мнения разделились и при этом на прямо противоположные. Твердолобые шотландцы поклялись в верности королю Георгу и своему правителю Триону. В каждом графстве происходят кровавые столкновения между фермерами и плантаторами, шотландцами и англичанами, роялистами и сынами свободы.
