- Принцесса попросила вас удалиться. Что не ясно?
Самые умные ринулись к выходу, увлекая за собой остальных.
На прикроватном столике остывала недопитая чашка кофе.
- Прошу простить. Вы завтракали, - выговорил Гуго и отвернулся к окошку. Он вдруг растерял все слова. Шел ведь по делу!
- Как там гость? Не улетел еще на помеле?
- Как злая карга из сказки? С него станется. Бегал вчера в башню.
- Там все осталось как раньше?
- Нет. Я приказал выкинуть магический хлам. Только... макет, над которым спал Скалениус, велел запечатать в стеклянный куб. Он хранится наверху.
- Может быть, присядете, Ваше величество? - спросил Тейт его спину.
- Прости меня.
Он боялся обернуться. Он боялся безразличного взгляда и вежливых слов отказа. Она его никогда не простит.
- Если вы не сядете, мне придется встать. А я не вполне одета. Может выйти неприлично.
Ему не показалось. Она над ним смеется! Змея, девчонка, врунья!
Он сам не понял, как оказался рядом и как ее ступни оказались у него в руках. Он как тогда, давно, два дня назад прижался к ним лбом. Под тонкой тканью покрывала шевелились маленькие пальчики.
Он поцеловал ступню и отважился, наконец, выглянуть, чтобы увидеть ее широко распахнутые глаза, в сером тумане которых плавали синие и зеленые искры.
- Господин капитан королевских гвардейцев просит прощения у девушки, которая бежала, ухватившись за стремя его лошади? Или у девушки, которая заболталась с Лексом, от чего все чуть было не попали в засаду? Или...
- У всех сразу. Даже у той, которая утверждала, будто у меня самый красивый нос в ойкумене. Но больше всего я виноват перед той, которая родила моего сына.
Тейт дернулась. Гуго убрал руки. У нее изменилось лицо. Так выглядел страх.
- Сигурд?
- Нет. Нет. Я тебя напугал? Прости. Катан ищет. Как только будет ясно, куда направились похитители, я сам выеду на поиски.
Тейт зачем-то посмотрела на свои руки, потом зябко передернула плечами. И как будто отстранилась. Мгновение близости прошло. Перед ним опять сидела прекрасная и далекая принцесса дома Белого единорога.
- Мы когда-то были на ты, - напомнил Гуго.
- Да. Но, может быть, двору не обязательно это знать? - спросила она, опустив глаза.
Пять военных конфликтов средней величины и столько же компаний поменьше - хорошая школа. Провалится на этом месте, если она с ним не кокетничала!
Гуго начал озираться в поисках табурета. Лишь бы удержать лицо. Губы норовили растянуться до ушей. За дверью в приемной тихо шуршали фрейлины.
Крышка золотой коробочки легко открылась. По дну катался одинокий бледно желтый шарик.
- Ты знаешь, что это?
- Похоже на "Долгий сон", - отозвалась Тейт, рассмотрев горошину.
- Яд?
- Нет. Вполне безвредное средство. Если его проглотить, сон продлится от трех дней до недели.
- То есть с помощью этой горошины можно вывести неудобного человека за рамки, не причиняя особого вреда. Потом он просыпается, а уже - все. Я его убью.
- Степенство пытался подсунуть эту горошину Вам, Ваше величество?
- Нет - Вам, Ваше высочество. Опутал одну фрейлину своей паутиной... я случайно заметил. Паутина исчезла, стоило коснуться ее моим перстнем. Девушка была очень удивлена. Она почти ничего не помнила. Но это родовой перстень Реаров. Я его ношу как память о приемном отце. За ним никаких магических свойств раньше не водилось.
- Это - кровь королей. А перстень... я ведь не училась чародейству специально. Нас знакомили только с азами. Я не знаю, от чего так происходит.
- Как быть с Хартией? - прямо спросил Гуго.
- Жители королевства ни в чем не виноваты. Уж точно не виноваты в том, что неким силам вздумалось ломать магическое равновесие. Простые люди не должны страдать из-за подковерных игр магов. Хартия должна быть подписана. Я бы подписала, а потом приказала вытолкать его степенство взашей.
- Хартия требует подчинения Совету?
- Хартия обязывает магический Совет поддерживать и оберегать королевство. Взамен от правителя требуется только соблюдение общих законов. Оплеуха, полученная легатом, не должна сказаться на взаимоотношениях, хотя бы по тому, что этот легат потерял право на дознание. По большому счету он сейчас вообще персона нон-грата.
- Почему?
- Он во всеуслышание отказался признать очевидную истину. А искажать истину в вопросах такого уровня опасно. Махатма Мита вернул мне кольцо, я сказала правду. Легат отказался ее признать в угоду своим интересам. Он выбыл из игры!
- А усыпить Вас на длительное время следовало, чтобы я ничего не узнал.
- Наверное. Он просил аудиенции?
- Передал через секретаря.
- Можно мне присутствовать?
- Почту за честь, Ваше высочество!
Гуго усмехнулся одной половиной рта, как это делал капитан королевских гвардейцев, встал, прищелкнул каблуками и вышел, с удовольствием представляя, как лезут вверх изогнутые брови принцессы.
Огромные венецианские окна, впускали в кабинет много света и воздуха. Ветерок шевелил белые шторы. Король устроился за столом. Тейт заняла единственное кресло. Посланник остался стоять в центре кабинета. Черные одеяния он сменил на светлую хламиду. Белесые вихорки бодро топорщились. Он улыбался. Рытвины на лице слегка выровнялись.
- Рад видеть вас, принцесса, в добром здравии, - рассыпался легат, не дожидаясь королевского вступления.
Как за одну ночь мастерицам удалось сшить такой сногсшибательный туалет, осталось загадкой. Тейт в бело-голубом затмевала яркость дня. Ни одного украшения, не считая ее кольца, только золотые волосы, которые оставляли открытым маленькое розовое ухо. Гуго против воли все время на него поглядывал. Ухо начало пунцоветь, Король с трудом отвел взгляд.
- Вам это знакомо?
Желтая горошина покатилась по столу.
- Разумеется, - легко согласился посланник. - Хотелось помочь. Глубокий сон лучше любых лекарств помогает при нервном срыве. Бывшая королева, не даст соврать: лекарство предназначено именно для этого. Стоило ли из-за такой мелочи отправлять в ссылку уважаемое семейство? Мне шепнули, граф Арж с дочерью спешно отбыли в свой замок. Опрометчивый поступок, Ваше величество. Вы так быстро растеряете всех верных людей.
Вот ведь неугомонный! Ну не выведешь ты меня из себя. А блефовать я умею лучше. Тейт вообще безмятежна.
Ушко розовело так, что пришлось отвернуться.
- Не стоит так обо мне беспокоиться, - отмахнулся Гуго. - Вы просили аудиенции, чтобы прояснить судьбу понравившейся девушки? Я имею ввиду дочь графа Аржа.
- Нет. Да и признаться, девушка не так хороша, чтобы из-за нее беспокоить утром уважаемых людей. Я, разумеется, тут по поводу Хартии. Вы ее подпишите, или возьмете время на обдумывание? Предупреждаю, такие документы следует внимательно читать, Хартия попадает в руки...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
