Они никогда не были особенно близки, воспринимая друг друга скорее как носителей общей редкой фамилии, чем родных сестер. Но Тамара всегда мешала Давиду, и уже за одно это Лидия желала ей долгих лет жизни. Не сбылось…
Брат избавился от самого главного препятствия на пути к трону и уже вовсю крутил отцом, заставив того объявить Абеля государственным преступником. Саму Лидию ни в чем не обвиняли, но она была абсолютно уверена, что в планах Давида ей уготована та же судьба, что и мужу.
— Раз уж мы все обсудили, давайте приступать к выполнению, — обронил Абель. — Времени у нас мало.
Женщины принялись вставать одна за другой, потянувшись к выходу.
— Как думаешь? — поинтересовалась у все еще сидящего мужа также не спешащая вставать Лидия. — На яхте найдется место для документального архива или мне стоит сохранить только самые важные бумаги, а все остальное сжечь?
— Если среди документов нет какого‑то особенного компромата, то можно их просто оставить в подвале. Даже если Флобер получит разрешение на обыск поместья, ты всегда можешь остановить ее людей, сославшись на то, что это внутренняя отчетность семьи. Пока пришлют законника и аудитора, пока начнут проверку…
— Интересно, как я буду останавливать обыскивающих поместье солдат, находясь за сотни километров отсюда? — перебила мужа Лидия. — Полагаешь, легионеры настолько вежливы, что последуют оставленному им письменному распоряжению?
— Письменному? — удивился Гнец. — Ты не собираешься оставаться в поместье?
— Ты собрался улететь без меня? — похолодела от внезапной догадки Лидия.
Муж и жена застыли друг напротив друга, хлопая ресницами — она ошалело, он растерянно.
— Ты собрался улететь без меня? — повторила дочь императора, с трудом выталкивая слова из разом пересохшего горла.
— Но это же разумно. — Гнец продолжал хлопать глазами. — Арестовывать собрались меня, и именно я должен скрыться из города до полного прояснения ситуации. Сильвия, Рикка, Мика, Аврелия, Штефан — все они могут попасть под удар, и поэтому должны отправиться со мной. Вдобавок они обладают неплохой боевой подготовкой и пригодятся в случае организации ответной атаки по Давиду. Тебе же здесь ничего не угрожает.
— Ничего не угрожает?! — женщина едва не задохнулась от возмущения.
— Ну да. Ты ведь сама говорила, что никто из солдат не посмеет тронуть дочь императора. А мы, скорее всего, поучаствуем в нескольких стычках. В таких условиях всегда есть вероятность пострадать.
— Вероятность?! — почти выкрикнула тяжело дышащая Лидия. — В том то и дело, что вероятность! — Страх душил ее, перехватывая горло и свиваясь ледяными кольцами внизу живота — Абель собрался сбежать, бросив ее на растерзание Давиду. — А здесь меня точно убьют! Полагаешь, Тамара погибла от неосторожного обращения с огнем?! Давид уже прикончил одну дочь императора! Думаешь, он не воспользуется возможностью избавиться от второй?! Или считаешь, ему сложно обвинить тебя еще в одном убийстве?!
— Не — е-е… — протянул Гнец, явно ошеломленный таким напором.
— Ты, демоны тебя раздери, клялся беречь мою жизнь! — Лидию трясло. Она вцепилась дрожащими руками в рубашку мужа, боясь, что тот исчезнет, если дать ему такую возможность. — Клялся! В храме Совершенства клялся! И трех месяцев не прошло! — Из расширившихся глаз женщины бежали слезы, но она их не замечала.
— Хорошо, хорошо. Мы улетим отсюда вместе. Я не оставлю тебя в опасности.
Лидия открыла рот, но вместо очередной тирады лишь вздрогнула и втянула побольше воздуха, еще крепче стиснув побелевшие пальцы, вцепившиеся в рубашку мужа. Запрыгала по полу оторванная пуговица.
Ла Абель Гнец
Я вновь сидел в своем кабинете и, подперев рукой голову, смотрел на входную дверь. Надо было работать, но мысли разбегались. В принципе, я довольно неплохо знал, что такое истерика… по книгам. Но в жизни мне с подобным сталкиваться не приходилось. К счастью. Потратив почти час на то, чтобы успокоить жену, я так и не рискнул сказать, что она не совсем права.
Следовало признать, что Давид действительно мог воспользоваться возможностью избавиться от младшей сестры. Но только при наличии гарантий сваливания вины на кого‑нибудь другого. Смерть второй представительницы семьи Риттершанцев заставила бы аристократов разволноваться настолько, что они потребовали бы более тщательного расследования обоих инцидентов. Да и моя родня наверняка приложила бы значительные усилия для сохранения родственных уз с правящей семьей Дома Весов. Безопасность Лидии без проблем обеспечивалась почти где угодно.
Вот только говорить этого я ей не собирался — одной психической атаки мне хватило. Может быть позже, когда удастся разработать средство оставаться спокойным в подобных ситуациях. А пока демоны с ней, пусть летит с нами. Все равно не в одной серьезной операции я ни яхту, ни ее персонал использовать не собираюсь.
— Доброго дня, Ла Абель. — Входная дверь приоткрылась, пропуская в кабинет Молчуна. — Вы хотели меня видеть?
— Хотел, — вздохнул я, отвлекаясь от мрачных дум о моральном состоянии Лидии и возвращаясь к собственным, то же не слишком привлекательным, проблемам. — Вы в курсе последнего обращения императора?
— Нет. Что я должен о нем знать?
— Он обвиняет меня в убийстве Тамары Риттершанц и требует казни. Совет Дома должен дать ответ со дня на день.
Молчун помрачнел.
— Я так понимаю, что даже в случае оправдательного приговора, у вас будут неприятности? — тихо произнес он.
— В случае оправдательного — нет. Но мы сейчас говорим не о приговоре и даже не о суде. Император бездоказательно обвиняет меня в серьезном преступлении, и я не собираюсь оставлять этого просто так. Вне зависимости от решения Совета Дома.
Себастьян медленно кивнул.
— Я собирался обсудить с вами наши дальнейшие взаимоотношения. Полагаю, вы не горите желанием схлестнуться со слугами и наемниками Риттершанцев.
— Вы всегда были честны с нами, Ла Абель, и я постараюсь ответить вам тем же. Меня не пугают слуги императорской фамилии, но по выходу на пенсию мне бы хотелось спокойно доживать свой век, а не скакать по территориям сопредельных государств от имперских служб безопасности. Это с одной стороны. А с другой, я не слышал обращения императора, не присутствовал на вынесшем обвинительный приговор суде. Вдобавок, где‑то в сейфе моего генерала лежит полностью целый, а не разорванный на клочки оригинал контракта, по которому моя команда выполняет ваши задания. Мы продолжим наше сотрудничество. Хотя я был бы благодарен, если бы вы не стали сталкивать лбами мою команду и людей Риттершанцев.
— Хорошо. Тогда мне в очередной раз требуются несколько услуг, оказанные вашей командой.
— Слушаю.
— Необходимо провести разведку в близлежащих горах. Буквально по двум — трем направлениям. У меня есть подозрение, что Флобер держит там силы, способные помешать отлету воздушного корабля. На поиск — два дня.
— Мало. Но мы постараемся. Если речь идет именно о силах, а не об отдельных магах или хорошо снаряженных диверсантах — сделаем.
— Это не все. Необходимо вывезти отсюда Белинду Фосс и позаботиться об ее благополучном прибытии в Осеннюю столицу. Завтра она уже должна быть в пути. И по возможности на значительном удалении от Летендера.
Молчун дернул щекой. Затем отрывисто кивнул.
— Письма. — Я достал из верхнего ящика стола несколько запечатанных конвертов. — Здесь указаны разные адресаты, но все их нужно доставить моей сестре. Справитесь?
— Срок?
— Как можно быстрее, но первые два дела важнее.
— Принято.
— Тогда не буду вас задерживать. — Я подтолкнул конверты в сторону Себастьяна.
* * *
Александро опустился в кресло и оглядел присутствующих. Шесть советников, курирующие основные направления работы Дома, от программ обучения до распределения налогов и вопросов внутренней и внешней безопасности, ответили ему взглядами разной степени заинтересованности.
