исчез совсем. На месте сцены была обугленная дыра. Но ни дыма, ни огня больше не было.
– Выкинь его. – Лицо Элизабет было бледным, как полотно. – Я не знаю, что это за штуковина, но брось её в реку. Избавься от него, Брайант. Пожалуйста.
Я был готов выбросить телефон в реку ради призрачного шанса, что Элизабет поблагодарит меня или снова обнимет. Считайте меня последним идиотом, но тогда я правда считал, в телефоне нет ничего странного. Я думал, это просто чумовое совпадение. Или судьба. Или что школьный совет решил получить деньги по страховке. Да я был скорее готов поверить в то, что Зевс решил поразить молнией мой жалкий рисунок, чем в то, что телефон магическим образом прожёг гигантскую дыру в нашей школе.
Но мне было плевать. Элизабет глядела на меня своими сияющими глазами, и ради неё я бы сделал всё, что угодно – даже если не верил в демонические свойства телефона. Я даже уже почти набрался смелости, чтобы спросить у Элизабет, не хочет ли она прогуляться со мной к реке и самолично проследить, как телефон полетит в воду. Но тут к нам протиснулась моя мама.
– Начальник пожарной охраны сказал, что с вами он закончил, – сказала она голосом, подразумевающим «Я готова надеть ему на голову мусорную корзину, лишь бы он замолчал». – Так что вы оба можете идти. Завтра вам предстоит много заниматься, так что отдохните.
– Заниматься? – уточнил я.
– Ты поможешь Элизабет подготовиться к тесту по алгебре, она получит за него «отлично», и на следующих выходных мы сыграем премьеру «Пиппина», – произнесла мама феноменально уверенным голосом, который обычно приберегала для торговых консультантов. – Шоу должно продолжаться. Будь я проклята, если я позволю какому-то пожару или тесту по математике нам помешать. Так что идите домой и отдыхайте. Брайант встретится с тобой у библиотеки в десять утра, – и она повернулась к Элизабет. Та выглядела так, словно не знала, что ответить.
Элизабет кивнула, и это было верным выбором.
– Это будет чертовски трудная неделька, нам всем нужно быть к этому готовыми. – Мама ушла, полная решимости провести подобную беседу с каждым участником театральной студии.
– Иногда она немного меня пугает, – сказала Элизабет.
– Только иногда?
Девон пробирался ко мне сквозь толпу.
– Мне пора, – Элизабет оглянулась на школу. – Думаю, учебника по математике у меня больше нет.
– Мы что-нибудь придумаем, – ответил я, гадая, много ли вообще осталось от школы.
– Ладно, – она кивнула. – Встретимся утром. Просто… Избавься от него. – И она развернулась и ушла.
– Ты только что разговаривал с Элизабет Уик? – спросил Девон.
– Ага. Я её новый учитель по математике.
– И она не хочет, чтобы ты выбросил из головы мысль, что тебе можно с ней разговаривать?
– Не-а. – Я покачал головой, глядя, как Элизабет удаляется вниз по улице.
– Тогда от чего ты должен избавиться?
Я молча поднял руку с зажатым в ней маленьким чёрным телефоном.
Глава 6
Мы двинулись в папину квартиру пешком. Не знаю, вёл ли меня инстинкт, привычка или понимание того, что ключи от маминой квартиры расплавились в пожаре. В любом случае Шато выглядел хорошим выбором.
На такси было бы быстрее, но поскольку пахло от меня как от пережаренного барбекю, я решил, что будет лучше пройтись.
Девон принялся во всех подробностях расписывать, что делали пожарные: в основном, бегали туда-сюда и таскали шланги.
– А потом Линда Мэй, милая маленькая Линда Мэй, так перепугалась, что ей срочно понадобилось, чтобы её кто-нибудь утешил, и, конечно же, она побежала ко мне. Я тебе говорю, приятель, – пожар свёл с ума всю Восьмую авеню.
– Ты не забыл, что я там тоже был? – поинтересовался я, стараясь не слишком язвить, хотя я устал так, что был готов свернуться на решётке воздухоотвода метрополитена и уснуть. – Это я увидел, как начался пожар, и нажал кнопку тревоги.
– Правда? – искренне изумился Девон. Впрочем, он быстро замаскировал своё удивление, стукнув меня кулаком в плечо. – Молодец, приятель! Элизабет, наверное, считает тебя героем. Может, это тот самый случай, которого ты ждал. Ты позвал её на свидание?
– Что? Нет, не звал я её ни на какое свидание! – Я запустил руки в волосы. От дыма и засохшей оранжевой краски они стали жёсткими.
Девон скорчил гримасу и покачал головой, опустив взгляд на тротуар.
– Что? – снова спросил я, стараясь не злиться. – Что я должен был сделать? Мне что, нужно было посмотреть вниз, заметить пламя и по пути к пожарной сигнализации остановиться и невзначай попросить Элизабет стать моей девушкой?
– Ну, это было бы чересчур, но всё же лучше, чем ничего, – ответил Девон.
– Ну извини, я пытался сделать так, чтобы никто не сгорел заживо.
– Тогда о чём вы говорили, когда все уже выбежали из театра? – спросил Девон, одновременно подмигнув девушке, выгуливающей собак.
Бедняжка пыталась справиться с двумя мастифами, тремя чихуахуа и одним слюнявым мопсом. Поводки перепутались, и один из чихуахуа свисал с большущей спины мастифа. Выгульщик собак был в моём топе работ, которыми я никогда не стал бы заниматься в Манхэттене.
– Я просто не знаю, когда ещё тебе выпадет шанс сблизиться с Элизабет.
– У меня никогда не было ни единого шанса, – сказал я. Мы свернули на Сентрал-парк Вест. – А сейчас она наверняка думает, что я ненормальный, так что… – Я по всем фронтам облажался. Мне никогда ничего не светило, но теперь, когда Элизабет думает, что я каким-то волшебным образом устроил пожар при помощи телефона, и боится меня, это стало очевиднее, чем всё то время, когда она не обращала на меня никакого внимания.
– Почему она думает, что ты ненормальный? – спросил Девон. – Ты ведь только что спас весь театральный кружок.
Я вытащил из кармана маленького чёрного демона.
– Она считает тебя ненормальным, потому что ты забыл вернуть телефон? Кстати сказать, приятель, это совсем не круто. Нельзя в Манхэттене человека без телефона оставлять.
– Не знаю, помнишь ли ты, но пока тебе не приспичило начать рассказывать, как ты обжимался с Линдой Мэй на фоне горящей школы, мы говорили, что Элизабет хочет, чтобы я избавился от этого телефона. – Я сунул его обратно в карман. Когда я держал его в руках, то словно чувствовал на себе чей-то взгляд. Как будто огромный глаз в жуткой башне следит за мной, пока я бегу к лавовой расселине.
– Так давай избавимся от телефона, – предложил Девон. – Отнесём его в тот фиолетовый ресторан, и пусть они сами ищут того пацана-вампира. А ты скажешь Элизабет, что сделал,
