— Говорят, её мать… — пробормотал Тэмин, тоже замолкая на середине. Да что за мода-то пошла?
— Ну же?
— Её мать готовит её себе в преемницы. Быть наместницей Великих Мастеров в этом мире.
Ого. Так вот в чём дело. Демоническая архипрелатка, глава церкви этого мира? Неудивительно, что её боится даже Император.
— Не просто же так она родила дочку, когда ей было почти двести лет, — прибавил Тэмин — и смолк, словно боясь собственной дерзости.
Двести лет. Угу.
— У всех свои хобби и способы развеяться, — пожал я плечами. — Но это не отвечает на вопрос, зачем она здесь и сейчас. Женихов — куда более достойных особы её уровня — хватает и в Империи, чтобы посещать такие дыры, с её точки зрения, как эта.
— Возможно… — задумалась Юнджи. — Что, если там она уже всё обыскала?
Я улыбнулся. Что ж, иных версий я сегодня не услышу, а значит, пора говорить традиционную учительскую мудрость.
— Что, если она ищет жениха — по наказу своей матери, которую не смеет ослушаться даже она — но при этом специально ищет так, чтобы не найти его?
На меня глядели то ли как на революционера, то ли как на богохульника.
— Она тоже человек, — продолжал я, — и ничто человеческое не чуждо ей. Свадьба? Она совсем не горит желанием искать мужа и заниматься семейной жизнью, но и не выполнить приказа матери не может.
Все глубокомысленно кивнули, поражаясь полёту моей логики.
— А если она ездит по заданию Великих Мастеров? — вдруг подал голос Джунсо. — Она же всё-таки их потомок…
Я поглядел на него, подняв бровь.
— Тоже очень может быть. Говори.
Говори, я очень жду новой информации. Ты думаешь, что просто отвечаешь учителю, говоря то, что он знает и сам. Думай так и дальше. Говори.
— Уже давно ходят слухи, — заговорил младший мальчишка — быстро сбивчиво, пряча глаза от меня и даже от своих товарищей, — что Великие Мастера готовят что-то больше, что им нужны лучшие из лучших, и тех, кто есть, не хватает…
Ага, знакомая песня. Вот в это я могу поверить куда легче, чем в сказочную байку о королевишне, ищущей себе прекрасного рыцаря на белом коне.
— Что-то большее? — уточнил я. — Вот ещё один совет. Никогда не говори намёками, если только не хочешь сделать это намеренно, с целью запутать своего собеседника.
— Ну… другие миры, — было видно, что и миры, и даже сами Великие Мастера для него — что-то больше мифическое, чем реальное. Он верил в и то, и в другое всей душой, но вот в жизни никогда не пересекался.
— Другие миры, — кивнул я. — Так.
— Они живут без благословения Тьмы, — продолжал мальчик, отчаянно краснея, — и Великие Мастера хотят принести свою милость и туда…
Красиво называется. Милость, благословения. Всё дело в терминах, так? Назови демонов не демонами, и вот они уже белые и пушистые…
Нет. Так это не работает, и никогда работать не будет.
— Эта версия уже получше, — кивнул я. — Если жених ей, при любом раскладе, нужен только один, и за ним нет смысла ехать так далеко, то вот воинов на Гранд-Турнире она найдёт, и неплохих.
Часть из них, правда, сама себя перебьёт, но это уже детали.
Меня сейчас куда больше занимало иное. Мать Ино — какая-то двухсотлетняя дама — была наместницей демонов в мире боевого гуро, а сама Ино, по словам пацана, имеет в себе демоническую кровь. Пожалуй, если задуматься… да, что-то такое я почувствовал там, стоя рядом с ней. Слабое, но…
Герда?
Я тогда потратил несколько часов, пытаясь выбить из Вальтера признание, зачем она нужна демонам. А тут ответ сам идёт ко мне в руки. Вот мир, с которым они уже сделали то, что планируют сделать и с нашим. И вот местный аналог Герды.
Занятно, заня…
— Учитель, — чуть удивлённо окликнул меня Тэмин, — вы прошли гостиницу.
Ах, да. Точно. Задумался так, что ещё немного — и в газовый фонарный столб бы врезался.
***
— Эй, хозяин! — я решительно стукнул кулаком по стойке гостиницы, и слуга — сам хозяин или кто это был — вылетел пулей в тот же момент.
— Да-да, господин! — подобострастно закивал он, растекаясь по стойке, как кусок масла по горячему блину. — Вам нужны комнаты? У нас как раз остались три комнаты, и я готов отдать их вам…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Одну отдашь мне, — раздалось позади меня, и юноша с щегольской бородкой и мускулами, как у Железного Арни, играючи отодвинул меня от стойки; за его спиной маячили ещё двое, кидая презрительные взгляды на меня, учеников и это место. — А эти запихнутся в две или поищут себе кров где-нибудь в другом месте.
Я закатил глаза. Ну какого чёрта?..
— Если ты не заметил, — отчеканил я, разворачиваясь к наглецу, — мы пришли сюда первые.
Глава 4
Тягостное молчание было настолько густым, что его можно было разливать в кружки и продавать интровертам вместо чая.
Юноша с бородкой даже не обернулся, а просто скосил на меня глаза. Долгий, полный уничижающего презрения взгляд — и он снова обратил своё внимание на слугу.
— Мне ещё долго ждать? — рявкнул он, глядя на местного «администратора», застывшего в испуге и явно размышляющего, как разрулить эту непростую по всем параметрам и ситуацию и не получить при этом по загривку.
Я злобно нахмурился. Нет уж, ты не будешь меня игнорировать.
— Хочешь решить прямо здесь, кто из нас заслужил эту комнату? — проговорил я, кладя руку на рукоять меча.
— У меня нет времени пачкаться обо всякую шваль, — фраза была обращена не столько ко мне, сколько ко двум его спутникам. — Разберитесь. Голова болит от лишнего шума.
Сейчас она у тебя будет болеть от стали, попавшей в неё, подумал я… Но тут вперёд шагнул Юн.
— Благородные господа, — легко, но в то же время почтительно поклонился он, — мы уходим. Простите за беспокойство.
— Чего?! — я, конечно, понимал, что он параноик и перестраховщик, но спускать кому-то с рук такое хамство?!
— Мы уходим, — повторил Юн уже мне в лицо, чуть ли не силой вытаскивая меня наружу. — Мастер, идёмте.
— Мастер, — хмыкнул один из парней. — Кажется, в какой-то школе принялись давать это звание кому попало?..
Оказавшись на улице, я яростно поглядел на него:
— Ты что творишь, остолоп? Они же…
— Ученики, — коротко отозвался Юн. — Дети. Будь вы один, мастер — я бы и пальцем не пошевелил, но они могли пострадать.
Ага, «ученики», как же. Ты точно так же пальцем не пошевелил бы, будь там все, кроме Юнджи — и пускай остальных хоть прирежут. Но… в его словах был и смысл.
— Хочешь, чтобы я подавал ученикам такой пример? — я говорил уже спокойнее, но гнев и злость всё равно чувствовались в голосе. — Отступать и соглашаться, когда тебе хамят в лицо? Идти на попятную при малейшем проблеске опасности?
— Быть разумным человеком, здраво оценивающим ситуацию, — отрезал Юн. — Положим, ты убил бы их, и ученики не пострадали. Что дальше?
А?
Строго говоря, я не собирался этих троих убивать — хотя, конечно, и оставлял такую вероятность. Я думал просто набить им морду до того состояния, когда они сами не заходят продолжать конфликт, и всё. Но… вопрос Юна заставил меня задуматься.
Неразговорчивый телохранитель был своеобразен, жёсток и параноидален. Но он был не глуп, совсем не глуп. И то, что он говорил, имело смысл.
— Даже мастерам из Школы Позвоночного Меча нельзя убивать всех подряд, — продолжал он. — Никому нельзя. Все хотели бы, конечно, но если кто-то начнёт — ты представляешь, во что это выльется?
Я медленно кивнул.
— В кровавую баню вместо турнира.
Так ведь и есть. Общества, подобные миру боевого гуро, держатся лишь на условностях и жесточайшей дисциплине. А уж особенно — в таких местах, как славный город Тансон, где собрались на одной, не такой уж и большой, территории все самые профессиональные убийцы местного королевства.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Никто никого не убивает, потому что над ними властвует закон — или, по крайней мере, подобие закона. Дисциплина держится на тонкой ниточке, раскинув руки, точно акробат с шестом. Качни её — и она упадёт.
