Впрочем, я уклонился, и оружие просвистело мимо.
Главное — скорость. В том, что я смогу убить обоих, я не сомневался, но мне нужно было сделать это быстро и тихо, чтобы в переулке не возникли новые свидетели. Я мельком глянул на окна соседних зданий — темны. Но на всякий случай лучше поднять шарф, превращая его в подобие маски.
— Кто я такой, спрашиваешь? — я быстро извлёк меч из ножен и заставил парня с бородкой схватиться за руку, которую внезапно свело сильнейшей судорогой. — Я — ужас, летящий на крыльях ночи!
Простите, не удержался. Идиотская фразочка, но когда за твоей спиной развевается плащ — пусть даже алый, а не чёрный — сложно не брякнуть что-нибудь этакое.
Третьего парня уже тошнило кровью… ого! Это я сделал? Не планировал, но приятно. Проходя мимо, я резко опустил меч, обрывая его страдания.
…оставшаяся схватка заняла пару минут. Парень с бородкой, судя по резко протрезвевшему взгляду, уже понял, что ему не победить — но и сдаваться не желал, продолжая упрямо сражаться. Это вызывало определённое уважение… но стоило мне вспомнить сегодняшнюю сцену в гостинице, и это уважение тут же пропадало.
Ну, а желание избавить мир от этого мусора не пропадало никогда.
После стражника Ино Сонним этот мальчишка был простой добычей. Вот короткий удар — и я вытираю меч о его одежду.
Сила прибывала. То, что нужно.
***
Мне чертовски хотелось заявиться в ту гостиницу со словами «Я слышал, у вас освободилось место, прежние постояльцы больше не придут» или что-то подобное. Но я не был идиотом и понимал, чем это окончится.
Нет, на этот раз я поступил иначе. В конце концов, денег у нас куры не клевали, так?.. Значит, и способ нужно было искать соответствующий. Что делают богатые люди, приезжая в город с переполненными гостиницами?..
Снимают домик.
Двухэтажный особнячок, что я снял, тоже находился далеко не в центре. Зато он был совершенно не стыдным в плане обстановки — ни клопов, ни мышей, и места хватает для всех. Особняк настолько мне понравился, что я разбудил всех учеников и погнал их, сонных и моргающих, к месту нашей новой дислокации. Ничего, только лучше выспятся на нормальных кроватях.
Наскоро поужинав, я уточнил у бодрого и хмурого, как всегда, Юна, что за время моего отсутствия никаких происшествий не было. Чудесно. Завтра нужно будет наведаться в — кто там у них заведует этим турниром? Узнать про регламент, номинации, условия участия и что там ещё есть. Я уже точно знал, что, кроме главной номинации, есть «лёгкие» весовые категории. Детишкам будет полезно попрактиковаться в бою, и даже поражение будет хорошим уроком для них!
Но это завтра, всё завтра. Сегодня был долгий день, нервный день, полный самых разных эмоций, и вон он, наконец, подошёл к концу.
Словом, я заснул, едва моя голова коснулась подушки.
Глава 5
….иное время, иное место.
— …и перед нами… — герольд набрал побольше воздуху в грудь, — прославленный, победоносный, никем доселе не повергнутый…
Так вот откуда растут ноги у современного рестлинга. Я, скучая, поглядел на своего противника, который явно чувствовал себя как рыба в воде — рисовался, посылая направо и налево воздушные поцелуи, и потрясал оружием, демонстрируя свою непобедимую непобедимость.
То, что нужно.
— …сэ-э-э-эр Мордека-а-а-ай Санша-а-а-айн! — заорал герольд так, что у меня заболели зубы. Как будто кто-то тебя не слышит, дядя! Ты стоишь перед огромной железной трубой, которая разносит твои слова на километр в округе — так зачем же ещё орать, выпучивая глаза?
— Сэр Саншайн посвящает этот подвиг прекрасной леди Мирабелле…
Чёрта с два. Самому себе он посвящает этот подвиг, и больше его никому не волнует. Леди Мирабелла названа исключительно для проформы, и не удивлюсь, если выбрана чисто наугад.
Мордекай потрясал булавой, навершие которой было размером с маленькую скалу. Нужно будет проигрывать осторожнее — не хотелось бы получить этим монстром по черепу.
Да, проигрывать. Сюрприз!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Возможно, я мог бы одолеть сэра Мордекая. Возможно. После шести лет в мире Виссариона я приобрёл неплохую физическую форму и отлично обучился бою со всевозможным холодным орудием. Здесь, в глухом средневековье, это — навыки, без которых жизнь твоя будет короткой, грустной и бесправной.
А возможно, рыцарь был сильнее меня, и я не мог его одолеть. Чёрт его знает!..
Может, я рискнул бы проверить, но мне нужна была его победа. Красивая победа!.. А значит, дело именно за ней.
— …и его грозный противник — тот, кто явился на наш турнир никому неизвестным, но быстро победил всех своих соперников, дойдя до финала…
О, это про меня. «Никому неизвестным»? Мне повезло, что в средневековье новости шли так долго. Десятый турнир за год — в разных местах, в разных королевствах, по разным правилам. Просто очень далеко друг от друга — чтобы слухи не успели добраться.
Итог один. Я со славой доходил до финала и проигрывал. Мне были нужны победители — сильнейшие из сильнейших. И мне нужно было, чтобы их победа была такой, что… дыхание замёрзнет на лету. Красивой, стильной, практически эпохальной!..
И я по мере сил помогал им совершить такую победу.
— …Арту-у-у-у-ур! Го-о-о-отфрид!
Что?! Как он меня назвал? Куда он поставил ударение?!
Чёрт. Может, мне впредь стоит уточнять этот момент, когда представляюсь?
— Ударение на «А», — пробормотал я себе в шлем. Ненавижу, когда путают!
— …свой подвиг он посвятил не даме, но высокой цели, — продолжал орать герольд, а я напомнил себе, что скоро этот ор стихнет, и мои уши смогут отдохнуть во время схватки. — Он дерётся за освобождение родного края от гнёта жуткого тирана, чёрного колдуна и некроманта, Виссариона!
По трибунам пробежал вздох. Виссариона, в отличие от меня, знали все. Все знали, что он правит «родным краем» уже ну… очень долго — счёт лет пошёл в четырёхзначных числах. Все сочувствовали мне, и ни одна сволочь не верила в то, что у меня что-то удастся.
— Да начнётся схватка! — провозгласил герольд. Наконец-то — это стояние начало меня утомлять. Я раскрутил длинный меч — и атаковал первым.
Симпатии толпы всегда будут на стороне того, кто перешёл из защиты в наступление. Психология: рыцарь сначала был жертвой, но героически превозмог это и обратил свой гнев на противника… В общем, средневековая модель для подражания в полный рост.
А значит, нужно было вынудить сэра Мордекая защищаться. В том, что этот бугай быстро сломает мою линию атаки, я не сомневался. Ну, как не сомневался… а кто бы усомнился, при том условии, что сам подыгрывал бы чемпиону?
***
Трибуны ревели, не останавливаясь. Как же мало надо для счастья людям! Всю свою жизнь большинство из них живёт в бедности, голоде и холоде, копаясь на полях или горбатясь в мастерской. Социальные гарантии? Нормированный рабочий день? Итальянская сантехника? Если вы скажете им эти слова, они сочтут вас колдуном и либо в ужасе разбегутся, либо попытаются сжечь вас на костре.
Но стоит им пару часов поглядеть за тем, как закованные в металл потные мужики калечат друг друга — и вот уже радости полные брэ.
Я стоял на одном колене. Победить красиво — несложная задача; если ты победил, толпа преданных фанатов простит тебе и неверную осанку, и некрасивую позу. Проиграть красиво куда сложнее. Моя поза была выверена до сантиметра, и пока я справлялся с задачей. Гордо, но не победоносно. Трагично, но не жалостливо. Весь мой вид должен был подчеркнуть, как силён я был, какой тяжёлой задачей оказался для Мордекая — и как победный сэр Саншайн героически меня поверг.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Сэра Мордекая не нужно было просить о том, чтобы принять вид гордого победителя. Он явно прошёл не один турнир и точно знал, что нужно делать. Рёв озабоченного варвара в брачный период нёсся из-под забрала его шлема почти беспрерывно; он потрясал своей булавой (по голове я ей не схлопотал, но вот тот удар по колену заставит меня похромать недельку) и махал трибунам.
