Читаем без скачивания Железная королева - Джули Кагава

И я нырнула прямо под взвившуюся в воздух собаку. Грим шумно рухнул прямо на то место, где я только что стояла.

– Беги! – заорал мне Ясень. – Прочь с кладбища, скорее!

Грим позади нас яростно взревел и атаковал.

3. Воспоминания

Ясень выбросил в сторону Грима град сверкающих осколков, которые обрушились на чудище ледяными кинжалами и колючими сосульками, разбиваясь или отскакивая от мускулистого тела, даже не поранив тварь, зато подарив нам несколько секунд, чтобы оторваться от погони. Мы помчались по рядам могил, ныряя за склепы и укрываясь за статуями ангелов и святых, а Грим уже жарко дышал нам в спины. На открытом пространстве чудовищный пес настиг и загрыз бы меня в три секунды, однако тесные и узкие проходы вынудили его сбавить темп. Мы бежали по кладбищу зигзагами, опережая Грима всего лишь на шаг. Наконец впереди забелела бетонная кладбищенская ограда.

Ясень первым подскочил к стене и опустился возле нее своеобразной приставной ступенькой. В любую секунду ожидая, что набросится пес, я ступила принцу на колено и рванула вверх, работая руками и ногами. Ясень, словно по канату, вспрыгнул вслед за мной.

Пес оглушительно взвыл, и я по глупости обернулась. Прямо передо мной клацнула жаркая и зловонная пасть, капли слюны брызнули мне в лицо. Ясень оттащил меня от края. Мы рухнули на землю по ту сторону ограды.

Пытаясь отдышаться, я взглянула вверх. Грим изготовился к прыжку и скалил сверкающие в лунном свете клыки. Я уже не сомневалась, что чудовище вот-вот спрыгнет и порвет нас обоих на кусочки. Но пес лишь рыкнул напоследок и соскочил по ту сторону ограды, не желая покидать вверенное под его охрану кладбище.

Ясень перевел дух и уронил голову в траву.

– Вот что я скажу… – выдохнул он, закрывая глаза. – С тобой не соскучишься.

Я разжала кулак и стала разглядывать кольцо из склепа; пальцы все еще дрожали. Кольцо светилось собственным внутренним светом, волшебной аурой, переливающейся эмоциями: темно-синей грустью, изумрудной надеждой, алой любовью. Я испытала приступ раскаяния, вины; этот символ любви пережил много десятков лет, а мы беспечно украли его из могилы.

Сглотнув ком в горле, я спрятала кольцо в карман джинсов. Потом с отвращением вытерла с лица остатки собачьей слюны и посмотрела на Ясеня.

Тот открыл глаза; мы были близко-близко… я буквально лежала на нем, чуть ли не в обнимку, голова к голове. Сердце у меня на миг замерло, потом забилось быстрее, чем прежде. С тех самых пор, как нас изгнали из Небывалого, как я отправилась домой, мы так и не были вдвоем, по-настоящему не оставались наедине. Я так сильно беспокоилась о том, как рассказать родным, так торопилась оказаться дома, что больше ни о чем не думала. А Ясень ни разу не зашел дальше мимолетных, хоть и ласковых прикосновений и, кажется, не хотел меня торопить. Вот только я не знала, чего он ожидает от меня.

А собственно, что между нами было?

– Ты снова беспокоишься. – Ясень прищурился – так близко от меня, что я старалась не дышать. – По-моему, ты постоянно нервничаешь, а я не знаю, как помочь.

Я поджала губы.

– Ты не мог бы хотя бы на время не читать мои чувства? – Я сделала вид, будто рассердилась, хотя на самом деле сердце у меня колотилось так сильно, что он просто не мог этого не почувствовать. – Попробуй думать о чем-то другом.

– Не могу. – Тон у него был противно-высокомерный, принц развалился на спине и выглядел совершенно безмятежным. – Чем сильней мы связаны с избранником или избранницей, тем легче ощущаем их эмоции. Совершенно непроизвольно, как дыхание.

– Что, не можешь задержать дыхание?

Он усмехнулся.

– Мог бы, пожалуй, поставить заслон, если бы захотел.

– Угу. Но и пробовать не станешь, так?

– Нет. – Он снова посерьезнел и погладил меня по голове. Я даже дышать забыла. – Мне хочется знать, когда ты нервничаешь, когда злишься, радуешься или грустишь. Ты, наверное, могла бы и сама меня почувствовать, хотя я несколько успешней прячу собственные эмоции. Дело практики.

Его лицо на секунду исказилось тенью прошлой боли, затем разгладилось.

– К несчастью, чем дольше мы вместе, тем сложнее скрывать чувства друг от друга. – Он покачал головой и лукаво улыбнулся. – Влюбленный эльф опасен.

Я его поцеловала. Он обхватил меня руками и прижал к себе, и мы лежали так довольно долго: я перебирала его волосы и прижималась губами к прохладным губам.

Снова нахлынули прежние страхи, мысли, которые терзали меня в гробнице, но я постаралась прогнать их в самый темный уголок сознания. Не откажусь от него! Я придумаю, как сделать так, чтоб у нашей сказки был счастливый конец.

На несколько секунду мир для меня исчез, осталось лишь сердце Ясеня, бьющееся под моими пальцами, и его дыхание, мешающееся с моим… Но тут принц хмыкнул и легонько отстранился, на его лице появилось веселое удивление.

– У нас гости, – шепнул он, и я испуганно подпрыгнула, озираясь по сторонам. Все было тихо и спокойно, лишь на кладбищенской стене сидел, обернувшись собственным хвостом, огромный серый кот и насмешливо смотрел на нас золотыми глазищами.

Я вскочила на ноги с пылающим лицом.

– Грималкин!.. Какого черта, Грим? Ты что, нарочно? Давно подсматриваешь?

– Я тоже рад тебя видеть, девочка. – Грималкин подмигнул.

Невозмутимость кота начинала меня бесить!

Потом «гость» перевел взгляд на Ясеня (принц уже бесшумно поднялся с земли) и дернул ухом.

– И рад тому, что слухи полностью правдивы.

Ясень как ни в чем не бывало отряхивался от листьев, запутавшихся у него в волосах, зато у меня лицо вспыхнуло еще жарче.

– Зачем явился, Грим? – решительно воскликнула я. – Я тебе больше ничего не должна. Или просто от скуки развлекаешься?

Кот зевнул и принялся вылизывать переднюю лапу.

– Не льсти себе, девочка. Как ни забавно наблюдать твои барахтанья, явился я не для развлечений. – Грим провел лапой по мордочке, потом тщательно вылизал каждый коготок, один за другим, и снова обратил внимание на меня. – Когда Лэнанши прослышала, что вас изгнали из Небывалого, она не поверила своим ушам. Я ей рассказывал, что люди – существа неразумные и нерациональные, когда дело доходит до чувств; да еще и Зимний принц в изгнании… она решила, это просто глупый слух. Мол, сын Маб никогда бы не отрекся от Двора и собственной королевы, рискуя изгнанием в мир смертных ради полукровной дочери Оберона. – Грималкин весело мурлыкнул. – Мы заключили пари. Она ужасно разозлится из-за проигрыша.

Я покосилась на Ясеня, но тот и бровью не повел. Грималкин чихнул, что в кошачьем исполнении должно было означать смех, и продолжил:

– Итак, когда вы исчезли из Небывалого, Лэнанши попросила меня вас найти. Она желает говорить с тобой, девочка. Немедленно.

Мне сделалось не по себе. Грималкин грациозно спрыгнул со стены и без единого звука приземлился в траву по нашу сторону ограды.

– За мной. – Золотые глазищи сверкнули маяками в темноте. – Я проведу тебя отсюда в Междумирье. И не медли, девочка, – похоже, за тобой охотятся Железные эльфы.

Я сглотнула и ответила ему:

– Нет.

Глазищи в удивлении мигнули.

– Я еще здесь не закончила. Лэнанши хочет со мной поговорить? Хорошо, мне тоже есть о чем с ней побеседовать. Но я не собираюсь к ней домой, туда, где живет мой отец, пока ничего о нем не помню! Я хочу вернуть свои воспоминания. Пусть подождет.

Ясень молча, но с одобрением коснулся моей руки, а Грималкин уставился так, словно у меня три головы вдруг выросло.

– Перечишь Лэнанши? Не думал, что будет так забавно, – промурлыкал он, прищурившись. – Очень хорошо, человек. Я пойду с тобой – хотя бы для того, чтобы полюбоваться на лицо Королевы изгнанников, когда ты сообщишь ей о причине задержки.

Прозвучало это зловеще, однако мне было все равно. Лэнанши должна за многое ответить, и я добьюсь ее ответов, но сначала нужно разобраться, что конкретно спрашивать.

Музейные двери были по-прежнему не заперты. Я осторожно проскользнула внутрь, за мною – Ясень и мурлычущий Грималкин, впрочем, кот мгновенно испарился. Он не прыгнул в сторону и не скрылся в тенях; попросту исчез. Я ничуть не удивилась, уже привыкла.

В дальнем конце комнаты, возле стеклянной витрины нас поджидала сморщенная фигура, с черепом в руках. При моем приближении старуха оскалила острые зубы в ухмылке и впилась когтями в скуластый череп.

– Принесла, – шепнула она, не сводя с меня пустых глазниц. – Чую запах. Покажи мне, человек! Что у тебя для старушки Анны?

Я достала из кармана кольцо, и оно светлячком сверкнуло в пыльной темноте. Прорицательница ухмыльнулась шире.

– Ах да! Несчастные любовники, разлученные временем и живущие надеждой… Хоть и бесплодной, как выяснилось. – Она хрипло засмеялась, в воздух взметнулся клок пыли. – Ты была на кладбище? Какая наглость. Теперь понятно, почему я видела собаку в твоем будущем. А парное кольцо там случайно не захватила, нет?