— Конечно же, есть, — возразила Мэгги. — Порой самые обычные вещи оказываются волшебными… если получше присмотреться.
Губы Нолана изогнулись в невесёлой улыбке.
— Понятно, — хмуро сказал он, — спасибо.
Слишком поздно Мэгги поняла, что он один из тех людей, которые не поощряют полёты детской фантазии. Разумеется, он не один такой. Многие родители верили, что их детям скорее пойдёт на пользу строгая диета реальности, и не стоит смущать их историями о придуманных существах, или говорящих животных, или Санта-Клаусе. И всё же, по мнению Мэгги, фантазии позволяют детям развивать воображение, помогают обрести покой и вдохновение. Однако, не ей принимать подобные решения по поводу чужого ребёнка.
В смущении Мэгги отступила за прилавок и стала пробивать содержимое корзины: книжка про фей, мозаика, скакалка с деревянными ручками и костюм феи с радужными крыльями.
Холли отошла от прилавка, тихо гудя в раковину. Нолан смотрел, как она уходит, затем снова обратил внимание на Мэгги. Приглушённым голосом он раздражённо произнес:
— Не обижайтесь, но…
Именно так обычно начинают фразу, которая, в конце концов, оказывается оскорбительной.
— Предпочитаю быть честным с детьми, мисс…
— Миссис, — сказала Мэгги. — Конрой. Я тоже предпочитаю честность.
— В таком случае, почему вы сказали ей, что раковина волшебная? Или что в том домике на стене живёт фея?
Мэгги нахмурилась, отрывая чек от кассы.
— Воображение. Игра. Вы не слишком много знаете о детях, верно?
Было очевидно, что удар попал в цель, и оказался гораздо сильнее, чем она рассчитывала. Выражение лица Нолана не изменилось, но она заметила краску, покрывшую его скулы и переносицу.
— Я стал опекуном Холли около шести месяцев назад. Я всё ещё учусь. Но одно из моих правил — не позволять ей верить в вещи, которых на самом деле не существует.
— Прошу прощения, — искренне сказала Мэгги. — Я не хотела задеть вас. Но если вы не способны что-то увидеть, то это ещё не значит, что оно не существует. — Она послала ему извиняющуюся улыбку. — Вы возьмёте чек, или положить его в пакет?
Эти завораживающие глаза смотрели прямо на неё так напряженно, что в голове у Мэгги словно неожиданно сработал «control-alt-delete»[11].
— В пакет.
Он стоял настолько близко, что до неё донёсся его запах, удивительно приятный аромат старомодного белого мыла, морской соли и еле улавливаемый — кофе. Медленно он протянул руку через прилавок:
— Марк Нолан.
У него было крепкое пожатие, а рука — тёплая и загрубевшая от работы. От соприкосновения с его ладонью в Мэгги внезапно возникло чувство, зародившееся где-то в самой глубине её.
К облегчению Мэгги у двери зазвонил колокольчик и кто-то вошёл в магазин. Она тотчас освободила руку.
— Привет, — крикнула она с натужным весельем. — Добро пожаловать в «Магическое зеркало».
Нолан — Марк — всё ещё смотрел на неё.
— Откуда вы?
— Из Беллингема.
— Почему вы переехали во Фрайдей-Харбор?
— Мне показалось, что это хорошее место для магазина.
Мэгги слегка пожала плечами, показывая, что слишком долго объяснять. Казалось, его это не убедило. Вопросы были осторожными, но настойчивыми, и следовали за каждым её ответом.
— У вас здесь семья?
— Нет.
— Тогда вы, должно быть, отправились следом за мужчиной.
— Нет, я… почему вы так решили?
— Когда женщина вроде вас переезжает сюда, обычно бывает замешан мужчина.
Она покачала головой.
— Я вдова.
— Прошу прощения. — Его прямой взгляд вызвал в ней горячую дрожь. Это ощущение нельзя было назвать неприятным. — Давно?
— Почти два года. Я не могу… Я не хочу говорить об этом.
— Несчастный случай?
— Рак. — Она так остро ощущала его здоровую мужскую энергию, что вся покрылась румянцем. Мэгги очень давно не чувствовала такого рода влечения, непомерного в своей мощи, и не знала, что с ним делать. — У меня есть друзья, которые живут в Убежище контрабандистов, на западной стороне…
— Я знаю, где это.
— О. Конечно, вы здесь выросли. Словом, моя подруга Элен знала, что я хочу начать всё заново где-нибудь, после того, как мой муж… после…
— Элен Сколари? Жена Брэда?
Брови Мэгги поднялись в изумлении.
— Вы их знаете?
— На этом острове найдётся мало людей, которых я не знаю. — Его глаза изучающе сузились. — Они не упоминали вас. Давно ли…
Его прервал тихий шепот.
— Дядя Марк.
— Минутку, Холли, я… — Он замолчал на полуслове и, не завершив движения, резко замер.
Замедленная реакция выглядела почти комично, он поражённо уставился на стоящую рядом девочку.
— Холли? — Он затаил дыхание.
Девочка неуверенно улыбнулась ему. Встав на цыпочки, она потянулась через прилавок и отдала ракушку Мэгги. И добавила нерешительно, но прекрасно различимым шепотом:
— Её зовут Клевер.
— Фею? — спросила Мэгги севшим голосом, чувствуя, что волоски на шее встали дыбом. Холли кивнула. Тяжело сглотнув, Мэгги смогла произнести: — Спасибо, что сказала мне, Холли.
Глава 3
Потрясённый тем, что слышит шёпот Холли, Марк позабыл обо всём: о том, что его окружало, о женщине за прилавком. Шесть месяцев они пытались заставить Холли сказать хоть что-нибудь, да всё что угодно. Почему это произошло именно здесь и сейчас, им с Сэмом придётся разобраться позднее. В данный же момент он должен держать себя в руках и не напугать своей реакцией Холли. Ведь это… Боже мой!
Марк не смог удержаться и, опустившись на колено, прижал Холли к себе. Тонкие ручки девочки обхватили его за шею. Он услышал свой голос, хрипло бормочущий её имя. В глазах защипало, и Марк с ужасом понял, что находится на грани того, чтобы заплакать.
Он не сумел сдержать дрожь облегчения при очевидном доказательстве того, что Холли готова начать разговаривать вновь. Может быть, теперь он сможет позволить себе уверовать в то, что с ней всё будет в порядке.
Чувствуя, как Холли начала извиваться, стараясь освободиться из его крепких объятий, Марк запечатлел на её щечке горячий поцелуй и заставил себя отпустить девочку. Он поднялся и, понял, что при любой попытке что-либо сказать, голос с большой долей вероятности сорвётся, потому что горло сдавили сдерживаемые эмоции. Он с трудом сглотнул и принялся бездумно рассматривать стихи «Пинк Флойд», украшавшие стену — не читать, просто изучать цвет надписи и текстуру отделки под ней.
В конце концов, он осторожно скользнул взглядом к рыжеволосой женщине за прилавком — Мэгги, — державшей пакет с игрушками, которые он купил. Было видно, что она поняла значение того, что только что случилось.
