Братец Медведь так крепко держал, и Братец Опоссум тащил так сильно, что вся шерсть осталась в пасти у Медведя, и он бы, конечно, задохнулся, если бы Кролик не притащил ему воды.
– Вот с этого самого дня у Опоссума голый хвост, – сказал дядюшка Римус, старательно выколачивая пепел из своей трубки. – У Братца Опоссума и всех его деток.
Братец Кролик – рыболов
– Братец Кролик и Братец Лис – они были очень похожи на моих знакомых ребят, – сказал дядюшка Римус, подмигивая мальчугану, который пришёл послушать ещё одну сказочку. – Вечно они гонялись друг за другом и всех беспокоили, и всем докучали. Только Кролику жилось поспокойней, потому что Старый Лис побаивался затевать с ним ссоры.
Вот однажды принялись Братец Кролик, и Братец Лис, и Братец Енот, и Братец Медведь расчищать новую делянку под гороховые грядки.
А солнышко стало припекать, и Кролик устал. Но он не бросал работы, потому что боялся прослыть лентяем. Он корчевал пеньки и сгребал хворост, а потом вдруг закричал, что загнал себе в руку колючку; улизнул и пустился искать прохладное местечко – отдохнуть в холодке.
Вот набрёл на колодец, а в колодце висела бадейка.
– Никак, тут прохладно, – сказал Братец Кролик. – А верно ведь, тут прохладно.
Заберусь-ка сюда и вздремну.
Сказал так – и прыг в ведро. И только прыгнул, ведро поехало вниз да вниз.
– А Кролик не испугался, дядюшка Римус?
– Ох, дружок, ещё как! Уж, наверно, никто в целом свете не натерпелся такого страха! Откуда он едет, это он знал. А вот куда-то приедет!
Бадейка давно уже на воду села, а Кролик всё не ворохнётся, думает: что-то будет?
Лежит, будто мёртвый, трясётся от страха.
А Братец Лис одним глазком следил за Кроликом; как он улизнул с новой делянки, Старый Лис потихоньку за ним. Он смекнул, что Кролик удрал неспроста, и припустил за ним – ползком да ползком.
Увидел Лис, как Кролик подошёл к колодцу, и остановился. Увидел, как он прыгнул в бадейку. А там глядь – исчез Братец Кролик! Уж наверное, в целом свете ни один Лис не видал такого дива. Сидел, сидел он в кустах и так и этак прикидывал – никак не возьмёт в толк, что бы это значило. Он и говорит сам себе:
– Вот подохнуть мне на этом самом месте, если Братец Кролик не прячет там свои денежки! Или он там золотую жилу нашёл. Я не я буду, если этого не разнюхаю!
Подполз Лис поближе, прислушался – ничего не слышно. Поближе подполз – опять не слышно. Подобрался он помаленьку совсем к колодцу, глянул вниз – и не видно ничего и не слышно.
А Кролик тем временем лежал в бадейке ни жив ни мёртв. Он и ухом повести боялся – ну, как бадейка кувырнётся, уронит его в воду?! Вдруг слышит, кричит Лис:
– Эй там, Братец Кролик! Ты к кому же это в гости собрался?
– Я? Да я просто рыбку ловлю, Братец Лис! Я просто надумал нам всем на обед изготовить ухи, вот и сижу, ловлю рыбку. Окунечки тут хорошие, Братец Лис, – отвечал Кролик.
– А много их там, Братец Кролик?
– Пропасть, Братец Лис, прямо пропасть! Ну, скажи, вся вода как живая! Ты бы спустился, помог мне таскать их, Братец Лис.
– Как же спуститься мне, Братец Кролик?
– Прыгни в бадейку, Братец Лис. Она тебя спустит сюда, как по лесенке.
Братец Кролик так весело говорил да так сладко, что Старый Лис, долго не мешкая, прыг в ведро! И поехал вниз, а Кролика потащило наверх, потому что Лис был тяжелее. Как повстречались они на полдороге, Братец Кролик пропел:
Не вздумай только утопиться.Внизу – студёная водица!
Выскочил Кролик из бадейки и поскакал и сказал хозяевам колодца, что Старый Лис забрался в колодец и мутит там воду. Потом поскакал обратно к колодцу и крикнул вниз Братцу Лису:
Подымут кверху – не зевай!Прыг из ведра – и удирай!
А хозяин колодца взял своё большое, длинное ружьё и со всех ног к колодцу.
Глянул вниз – ничего не видно. Прислушался – ничего не слышно. Взялся за канат, тащит, тащит, вдруг – прыг! – только хвостом вильнул Братец Лис и был таков.
– А дальше что было, дядюшка Римус? – спросил мальчик, потому что старый негр задумался.
– Дальше, дружок? Может, полчаса прошло, а может, и того меньше, а Кролик с Лисом уж работали на новой делянке как ни в чём не бывало. Только братец Кролик нет-нет да и прыснет со смеху, а Братец Лис – тот всё бранился, что земля чересчур тверда.
Как Братец Кролик управился с маслом
– Было когда-то время, – говорил Римус, взбалтывая остатки кофе в кружке, чтобы собрать весь сахар, – было когда-то время – все звери жили дружно, как добрые соседи.
Вот однажды решили Братец Кролик, и Братец Лис, и Братец Опоссум всё добро своё держать вместе в одном чулане. Только у чулана прохудилась крыша, стала протекать. Братец Кролик, и Братец Лис, и Братец Опоссум собрались починять её.
Дела тут было много, они прихватили с собой обед. Все харчи сложили в кучу, а масло, что принёс Лис, опустили в колодец чтобы не размякло. И принялись за работу.
Сколько-то времени прошло – в животе у Кролика заурчало, заныло. На уме у него – маслице Братца Лиса. Как вспомнит о нём, так и потекут слюнки.
«Отщипну-ка я от него чуточку, – подумал Кролик. – Как бы мне только улизнуть отсюда?»
Работают всё, работают. А Братец Кролик вдруг поднял голову, уши навострил и кричит:
– Тут я! Тут я! Чего вам надо?
Спрыгнул с крыши и ускакал.
Поскакал прочь Кролик, оглянулся, не бежит ли кто за ним, и во весь дух к колодцу. Достал маслице, полизал и скорее на работу.
– Где ты был, Братец Кролик? – спрашивает Лис.
– Ребятишки позвали меня, – отвечает Братец Кролик. – Беда приключилась: старуха моя заболела.
Работают они, работают. А масло по вкусу пришлось Кролику – ещё хочется. Поднял он голову, уши навострил, крикнул:
– Слышу! Слышу! Сейчас иду!
На этот раз провозился он с маслицем подольше прежнего. Воротился, а Лис спрашивает его, где это он пропадал.
– К старухе своей бегал. Совсем помирает, бедняжка!
Опять слышит Кролик, будто зовут его. Опять ускакал. Так чисто вылизал ведёрко Кролик, что самого себя увидел в донышке.
Вычистил досуха и со всех ног назад.
– Ну, как Матушка Крольчиха? – спрашивает Братец Лис.
– Боюсь, что скончалась уже, – отвечает Кролик.
И Братец Лис и Братец Опоссум ну плакать с ним вместе.
Вот подошло время обедать. Достают они свои харчи. А Кролик сидит грустный.
Старый Лис и Братец Опоссум и так и этак стараются, чтобы его ободрить и утешить.
– Ты, Братец Опоссум, сбегай к колодцу за маслом, – говорит Лис, – а я здесь похлопочу, на стол накрою.
Братец Опоссум поскакал за маслом, глядь – уж он скачет обратно, уши трясутся, язык наружу.
Старый Лис кричит:
– Что случилось, Братец Опоссум?
– Бегите лучше сами, – говорит Опоссум. – Там масла – ни крошки!
– Куда же оно делось? – говорит Лис.
– Похоже, что высохло, – говорит Опоссум.
Тут Кролик говорит тихим голосом, грустным голосом:
– У кого-нибудь во рту растаяло, вот что!
Побежали они с Опоссумом к колодцу – и правда, масла ни крошки. Стали спорить, как могло приключиться такое чудо. А Братец Кролик вдруг говорит, что кто-то наследил тут кругом. Если все лягут спать, он изловит вора, который масло украл.
Вот легли они. Лис и Опоссум – те сразу уснули, а Кролик не спал. Как пришло время вставать, он намазал Братцу Опоссуму морду масляной лапкой, а сам поскакал, с обедом управился чуть не дочиста, воротился, будит Братца Лиса.
– Гляди, – говорит, – у Братца Опоссума рот-то весь в масле!
Растолкали они Братца Опоссума, говорят ему: ты, дескать, своровал масло.
Опоссум ну отнекиваться. А Братец Лис – ему бы впору судьёй быть – говорит:
– Ты! Как же не ты? Кто первый бегал за маслом? Кто первый сказал о пропаже? У кого рот весь в масле?
Видит Опоссум, прижали его к стенке. Он и говорит, что знает, как найти вора: нужно разжечь большой костёр, все будут прыгать через этот костёр, а кто упадёт в огонь – тот, стало быть, жулик и есть.
Кролик и Лис согласились, натаскали хворосту широкую кучу, высокую кучу, а потом подожгли. Разгорелся костёр хорошенько. Вышел вперёд Братец Кролик. Попятился немножко, примерился да как прыгнет – ну прямо как птица перелетел через огонь.
Потом вышел вперёд Братец Лис. Отошёл чуть подальше, поплевал на руки, разбежался – и прыг! Низёхонько пролетел, даже кончик хвоста подпалил.
– Ты видал когда-нибудь лисицу, сынок? – спросил дядюшка Римус.
Джоэль подумал, что, пожалуй, видал, но не признался в этом.
– Так вот, – продолжал старик, – в следующий раз, как увидишь лису, посмотри хорошенько, и ты найдёшь у неё на самом кончике хвоста белую метку. Эта метка – памятка от того костра.
