Сядь-ка на спину.
Сел Воробушек ему на спину.
– Прыгни мне на голову, Братец Воробушек. Я на оба уха глух.
Прыгнул на голову Воробушек.
– Прыгни мне на зубок, Братец. На одно ухо я глуховат, другое не слышит.
Прыгнул Воробушек Лису на зубок, а Лис…
Тут дядюшка Римус умолк, широко раскрыл рот и закрыл его снова, так что сразу стало понятно, чем кончилось дело.
– Братец Лис проглотил его, дядюшка Римус? – спросил всё-таки мальчик.
– На другое утро, – сказал дядюшка Римус, – шёл по дороге Братец Медведь и набрёл на пёрышки. И слух прошёл по лесу, что Матушка Сова опять кого-то съела на завтрак.
Корова Братца Кролика
– Однажды возвращался Братец Волк с рыбной ловли, – начал дядюшка Римус, задумчиво глядя на огонь в очаге. – Связку рыбы перекинул через плечо и трусил по дороге. Вдруг Матушка Перепёлка вспорхнула из кустов и захлопала крыльями у него под носом. Братец Волк подумал, что Матушка Перепёлка хочет увести его подальше от своего гнезда. Кинул он свою рыбу наземь – и в кусты, туда, откуда вылетела Перепёлка. А как раз в эту пору случился тут Братец Кролик. Вот она – рыбка, а вот он – Кролик. Уж конечно, не такой человек Братец Кролик, чтобы пройти мимо рыбы, закрывши глазки.
Воротился Волк к тому месту, где оставил связку, а рыбки-то и нет. Сел Волк, поскрёб в затылке, подумал-подумал, и пришло ему на ум, что Братец Кролик бродит тут, по соседству.
Пустился Волк со всех ног к дому братца Кролика…
– А ведь ты говорил, дядюшка Римус, что Волк боялся Кролика с тех пор, как Кролик ошпарил его кипятком? – перебил Джоэль старого негра.
Дядюшка Римус даже лоб наморщил с досады.
– Ай-яй-яй! – заворчал он, покачивая головой. – Всегда эти мальчики спорят и спорят. Они думают, что всё знают лучше нас, стариков.
– Так ведь ты сам говорил, дядюшка Римус!
Но старик не смотрел на мальчика. Он будто и не слышал его. Дядюшка Римус наклонился и стал шарить рукой под стулом, среди обрезков кожи. А сам всё продолжал ворчать под нос:
– Прямо беда с детьми. Ты думаешь, что они маленькие, а они уж вон какие! – Тут он вытащил из-под стула красивый кнутик, сплетённый из ремешков, с красной кисточкой на конце. – Я вот сделал кнутик для одного мальчика, а он уж вон какой вырос, лучше меня всё знает!.. Придётся отдать этот кнутик кому-нибудь другому.
Тут у Джоэля на глазах блеснули слёзы, а губы дрогнули. Дядюшка Римус сразу растаял.
– Ладно, ладно, сынок, – сказал он, ласково похлопывая мальчика по руке. – Не обижайся на старого дядюшку Римуса. О чём это мы толковали? Как у Братца Волка рыба пропала и Волк пустился со всех ног к дому Братца Кролика.
Прибегает, а Кролик и слыхом не слыхал ни про какую рыбу. Волк кричит:
– Не отпирайся, Братец Кролик!
А Кролик и знать ничего не знает. Волк на своём стоит.
– Ну кто, как не ты, Братец Кролик, стащил мою рыбу!
Тут Братец Кролик обиделся.
– Если так, – говорит, – если ты уверен, что это я взял рыбу, бери, убивай любую мою корову!
Братец Волк поймал Братца Кролика на слове, пошёл на выгон и зарезал самую лучшую его корову. Братцу Кролику ох как горько было расставаться с коровой! Но он уж придумал одну штуку и шепнул своим деткам:
– Не горюйте, ребятки, мясо-то будет наше!
Он прискакал сломя голову и крикнул Волку, что охотники рыщут вокруг.
– Беги прячься, Братец Волк, – сказал Кролик, – а я побуду пока здесь, постерегу корову.
Только услыхал Волк про охотников – сразу в кусты.
А Братец Кролик живёхонько ободрал корову и просолил шкуру, а тушу всю раскроил и повесил в своей коптильне. Потом взял коровий хвост и воткнул его концом в землю. Покончил с коровой, кличет Волка:
– Скорей сюда, Братец Волк! Скорей сюда! Твоя корова удирает в землю. Скорей сюда!
Волк прибегает, глядь – Кролик сидит, ухватился за коровий хвост, чтобы хвост не ушёл в землю.
Подоспел к нему Волк на помощь, как потянут они вдвоём за хвост – вырвали хвост из земли.
Братец Кролик поглядел не него и говорит:
– Ох, досада какая! Хвост оборвался, а корова ушла!
Но Братец Волк не хотел отступиться от своего добра. Он взял лом, и мотыгу, и лопату и копал, чтоб отрыть эту корову. А старый Кролик сидел у себя на завалинке, покуривал сигару. Каждый раз, как ударит Волк мотыгой, Братец Кролик шепнёт своим деткам:
– Роет, роет, роет, а мяса-то нету!
Потому что мясо давно лежало в коптильне. И долго-долго Братец Кролик и все его детки лакомились жареной говядиной всякий раз, как побегут у них слюнки.
– А теперь, сынок, возьми этот кнутик, – прибавил старик, – и скачи домой.
Можешь сказать своей маме, чтобы она постегала тебя им в следующий раз, когда ты заберёшься в банку с сахаром.
Сказка про маленьких крольчат
– У Братца Кролика были хорошие детки. Они слушались маму и папу с утра и до самой ночи. Старый Кролик скажет им:
«Лежи!» – они лежат. Матушка Крольчиха скажет им: «Беги!» – они бегут.
Они никогда не сорили в доме, а под носом у них было всегда сухо.
Тут Джоэль невольно поднял руку и вытер кончик носа рукавом.
– Это были очень хорошие детки, – продолжал старик. – А были бы они непослушными, им бы давно конец пришёл – в тот самый день, когда Старый Лис забрался в дом к Братцу Кролику.
– А как это было, дядюшка Римус?
– Никого тогда не было дома, одни только маленькие крольчата. Старый Кролик работал на огороде, а Матушка Крольчиха отлучилась за чем-то по соседству.
Маленькие крольчата как раз разыгрались в палочку-выручалочку, как вдруг в дом вошёл Братец Лис. Крольчата были такие жирные – у него и слюнки потекли. Но он побоялся тронуть маленьких кроликов без всякой причины.
А крольчата перетрусили насмерть. Они сбились в кучу, сидят, во все глаза глядят на Братца Лиса. А Лис всё сидит и думает, к чему бы придраться, чтобы их скушать. Вдруг увидел – стоит в углу большая палка сахарного тростника.
Прочистил он горло и говорит так нахально:
– Эй вы, долгоухие! Отломите мне от этой палки кусок, да побольше.
Крольчата мигом схватили тростник и ну трудиться над ним и потеть.
Но толку было мало. Они не могли отломить ни кусочка. А Братец Лис и не взглянет будто. Знай покрикивает:
– Ну, поживей, поживей там! Долго я буду ждать?
А крольчата возились, возились, пыхтели, пыхтели над палкой, пыхтели – никак не могли её разломать.
Вдруг услыхали они – маленькая птичка поёт над крышей дома. А пела эта птичка такую песню:
Дружно зубками грызите,Дружно зубками точите,Проточите, пропилитеИ согните, разломите!
Крольчата обрадовались и ну грызть палку. Старый Братец Лис на ноги не успел вскочить – уж они притащили ему большущий кусок сладенького тростника.
Вот сидит Братец Лис, всё раздумывает, к чему бы придраться, чтобы можно ему было съесть маленьких кроликов. Вдруг вскочил, снял со стены сито да как крикнет:
– Эй вы, долгоухие! Сбегайте за ручей, притащите в этом сите воды!
Крольчата во весь дух – к ручью. Зачерпнут ситом воду, а вода убегает; зачерпнут, а вода убегает.
Сели крольчата, заплакали. А на дереве сидела птичка. Она и запела. Вот какую песенку она пела:
В сито листьев положите,Глиной дырки залепите,Да скорее, поспешитеИ тащите воду в сите!
Тут вскочили крольчата, промазали сито глиной, чтобы держало воду, притащили воды Братцу Лису. А Старый Лис озлился, ткнул ногой в большое бревно и сказал:
– Эй вы, долгоухие! Живо бросьте в огонь это бревно!
Запрыгали крольчата вокруг бревна, пыхтели, пыхтели – никак не подымут. Тут на заборе запела птичка. И вот она спела какую песню:
Поплюйте на лапки и разом толкните,Толкайте, пихайте, сперва покачните,А после катите, катите, катите!
Только успели они подкатить бревно к огню, глядь – прискакал их папка, и птичка улетела прочь. Братец Лис увидал, что дело не вышло.
– Надо мне, Братец Кролик, идти, – сказал он. – Я на минуточку забежал, проведать, все ли у вас здоровы.
– Да ты не спеши, Братец Лис, – отвечает Кролик. – Оставайся, закусим вместе. Братец Волк давно не заходит ко мне, а вечера нынче долгие. Вот как соскучился!
Но Братец Лис застегнул потуже воротник и побрёл домой.
– И ты лучше беги домой, сынок, потому что твоя мама давно уж выглядывает в окошко – дожидается своего сынка.
Братец Кролик и Братец Медведь
– Вздумалось однажды Братцу Лису посадить горох, – начал дядюшка Римус. – Поплевал Старый Лис на руки, взялся за лопату – и готово дело!
А Братец Кролик всё сидел и смотрел, как он работает. Один глаз прикрыл и спел своим деткам:
