Шло время, его обязательная вежливость переросла в довольно искреннюю улыбку. Последний раз Орлана виделась с Дританом на празднике. Её пригласили на обряд взросления его старшей дочери.
Ей не хотелось вспоминать, но и обманывать себя тоже оказалось бесполезно - в тот летний день она ощутила недоброе. Сиюминутный приступ страха, от которого потемнело в глазах, и тут же мир снова осветило солнце. Она решила тогда, что опасность нависла над старшей дочерью Дритана, и до конца торжества не спускала с девушки глаз, и оказалось - зря. Гости разошлись, погасли праздничные огни, все остались живы.
Это случилось чуть больше, чем месяц назад. Слишком долгий срок для исполнения предчувствия. Но тогда что, что заставило её ощутить ледяное дыхание страха? Случайно брошенный взгляд, странная фраза?
Память не поддавалась. Яркие вспышки солнечного света, деревья в праздничных украшениях, цветы и громкие голоса - вот и всё, чем отзывался тот день.
Орлана оттянула ворот платья, словно он начал душить и судорожно вдохнула. Ощущение не подвело: в комнату влетел клок уставшего, горько пахнущего ветра. Он перевёл дух над столом, и зашуршали встревоженные им листы бумаги. Вздулась штора, и ветер скользнул обратно в сад.
Ей послышалось - в саду тихо и горестно застонала флейта.
- Долго же ты вынашивал план мести, пробормотала Орлана.
Она подошла к окну: в саду снова было тихо, не мелькала среди пожухшей листвы фиолетовая накидка - и Орлана захлопнула створку. Повинуясь мгновенному порыву, задёрнула тяжёлую штору. На кабинет снова опустился прохладный полумрак.
Она поймала своё отражение в стеклянных дверцах шкафа: с каждым годом волосы становились всё темнее, медный оттенок исчезал. И скалывая волосы на затылке, и застёгивая последнюю пуговицу на платье, Орлана пыталась подражать Ишханди - другого примера перед глазами не было, а сама она не знала, как должна выглядеть императрица. Но непослушные волосы всё равно выбивались из плена шпилек, а в глухо застёгнутом платье было тяжело дышать.
Орлана поправила брошь на мантии: серебряная птица должна была лететь строго к окну. Будто кто-то собирался её выпускать.
Проход закрывало крыло демона. В свете огненных шаров блестели багровым кожистые складки, и матово-чёрным отливались шипы. Высохшая кожа шуршала под руками. Крыло было настоящим, подземельный демон, притаившийся за дверным проёмом, каменным.
Перед ней открыли дверь. Дверь тоже была сделана в лучших традициях сказок о подземельях императорского замка - с коваными украшениями в виде веточек ивы. Ива считалась деревом-мертвецом, покровительницей ушедших в мир Ничто. Тонкие листики щерились на гостей подвала. Прыгали по стенам отблески белого пламени.
- Я подумал, вы захотите услышать это сами. Аластар, встретивший её у входа в полутёмную комнату, подал Орлане руку и помог спуститься вниз по трём высоким ступеням.
От тщательно вышлифованных временем каменных стен шёл холод. В пахнущем сыростью помещении, куда она попала, Орлана сразу же зажгла ещё два огненных шара. Стало чуть светлее, но ни капли не уютнее. Спокойно в этих подвалах мог чувствовать себя только Аластар.
Возле стены, в неловкой позе скованного, застыл тот самый маг, которого привели в замок сегодня утром - Орлана узнала его по просторным светлым одеждам. Такие не носили в ни Альмарейне, ни в ближайших его провинциях.
- Прошу вас. Аластар подвёл её к креслу, спинка которого, обитая кожей демона, матово поблёскивала в свете белого пламени.
Когда глаза привыкли к подвальному полумраку, Орлана различила ещё четыре тёмные фигуры, словно ещё одну устрашающую деталь интерьера. Подчинённые Аластара ни словом, ни движением не выдавали в себе живых магов. Пройдёшь мимо и не обернёшься: мало ли в замке странных статуй.
- Какая подлость предать собственную императрицу. Аластар встал за её креслом и положил руку на его спинку - кольцо бряцнуло о серебряную завитушку. - Даже не могу предположить, что заставило мага совершить подобное.
Пленный не поднимал головы. Его налобная повязка, разукрашенная вышивкой, была испачкана тёмными пятнами. В полумраке подземелья не разобрать, кровью или потом.
- Кто вы? - нарушила повисшую тишину Орлана. Она чувствовала, как кривит в ухмылке губы Аластар за её спиной.
- Моё имя Эдрир, произнёс он негромко. - Я знахарь.
Надтреснутый голос показался ей смутно знакомым, но трепыхнулось пламя шаров, и сходство рассеялось. Дело было всего лишь в акценте, в гортанном, сухом акценте, горной змеёй прошуршавшем по каменному полу.
Орлана словно увидела, как в наигранном удивлении приподнимает одну бровь Аластар. Бесцветным голосом он произнёс:
- Лорд Эдрир, как он сам утверждает, со своими спутниками пришёл в Альмарейн сегодня утром и сообщил стражам, что собирается помочь тем, кто пострадал от ужасной эпидемии.
- Это правда? - поинтересовалась Орлана.
Пленник поднял голову. Черт лица было не различить в полумгле, но цепкий взгляд чёрных глаз - вполне. По его виску текла тёмная струйка крови.
- Правда, отозвался знахарь, даже не пытаясь высвободить вывернутые запястья.
Ей показалось, по каменному полу, едва освещённому бликами пламени, проползла змея. Почудилось холодное, сухое прикосновение к запястью. Аластар молчал, чуть слышно барабанил пальцами по спинке кресла. Не волновался, просто ждал.
- Почему тогда вы не смогли помочь лорду Дритану? - задала Орлана единственный вопрос, повисший в тишине каменной комнаты. - Ваш фарих просил помощи целителей Альмарейна, хоть у него, оказывается, были вы. Почему?
- Я не знал, прошипел он и скользнул взглядом ниже, к её талии, стянутой лентами корсета.
Одна из теней шагнула к пленнику. Звука удара никто не услышал, но Эдрир вдруг согнулся, едва не прижимаясь лбом к полу.
- Пусть расскажет, почему трое его друзей покончили с собой, как только стражи заподозрили неладное, произнёс Аластар, склоняясь к Орлане. Она ощутила его дыхание у себя на виске.
Она согласно кивнула и дождалась, пока пленник отдышится.
- Что случилось с вашими спутниками-знахарями?
Эдрир сплюнул на пол кровью и усмехнулся. Ей не почудилось - и в этот раз змеиный холодок шевельнулся у ключиц, Орлана коснулась ткани платья в этом месте и ощутила только удары собственного сердца. Но в комнате вдруг стало прохладно до желания передёрнуть плечами.
- Лорд Аластар, она обернулась к начальнику тайной полиции, этот маг пришёл к нам не с добром.
Тот огорчённо развёл руками.
- Я надеялся, что он захочет облегчить свою тяжёлую участь признанием. Но если так... только прикажите, моя императрица.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
