На глазах закипали слезы, в носу чесалось. Кэти сердито брякнула чемодан на пол, сунула руки в карманы, стиснула кулаки. В левую руку попало что-то твердое, знакомо волосатое... Кэти вытащила руку, разжала кулак.
Тролль Сигурд смотрел на нее с обычным своим злорадством.
«Ну что, дурища?»
— Ничего я не дурища. Это обстоятельства.
«У дураков всегда обстоятельства. Простую вещь не могла сделать, глупая корова. Сесть на самолет и прилететь в нужное место в нужное время».
— Он бы не прилетел вовремя!
«Тебе выдали билет именно на него. Если бы ты опоздала, была бы ни при чем. Но нет, тебе обязательно нужно было изобразить ошпаренную курицу и начать метаться!»
— Сам дурак!
Как ни странно, от разговора с Сигурдом ей полегчало. Кэти сунула зеленоволосого брюзгу в карман и огляделась по сторонам. В этот момент чемодан у ее ног невесомо вспорхнул в воздух, а вокруг талии Кэти обвилась чья-то сильная и очень мужская рука. Бархатистый баритон промурлыкал ей прямо в ухо:
— Опаздывали девчонки на свидание, было дело, даже и на час с лишним опаздывали, но чтоб вот так-то — это уж совсем совести не иметь! Доброго утречка, мисс Спэрроу. Пойдемте... если вы уже насладились видами аэропорта.
— Я... ой... а...
— Я с интересом наблюдал за вашими перемещениями. Понравилось кататься на эскалаторе? Пардон, веду себя как хулиган. Разрешите представиться: Брюс Блэквуд.
Только в этот момент ей и удалось развернуться. Исключительно для того, чтобы окаменеть на месте.
Вживую он производил еще более убийственное впечатление, чем на фотографиях в Сети. Почти двухметровое воплощение Мужчины, иначе не скажешь. Вокруг Брюса Блэквуда практически сразу образовалось пустое пространство, хотя народа вокруг меньше не стало.
Он был одет в голубые джинсы, просторную синюю шелковую рубаху навыпуск и мокасины из тонкой замши. На запястье часы — обычные, не пафосные. Ни тебе золотых цепей на мощной шее, ни бриллианта в ухе — но как-то сразу чувствовалось, что и джинсы, и рубаха куплены не в секонд-хенде и не на китайском базаре. Стильные и красивые вещи.
Он и сам был — стильный и красивый. Неправдоподобно красивый. От него пахло свежестью, хорошим одеколоном, морем — и Кэти немедленно очами души своей увидела себя: потную, пыльную, помятую и нечесаную замарашку. Вероятно, от нее еще и воняет...
Она не успела расстроиться по этому поводу, потому как Блэквуд стремительно пронесся по залу аэропорта и вытащил Кэти на улицу. Влажная духота немедленно окутала ее, словно одеяло, по спине потекли струйки пота. Блэквуд при этом продолжал выглядеть мужским вариантом майской розы.
Прямо перед ними бесшумно остановилось пятиметровое ослепительное чудовище, сверкавшее на солнце так, что Кэти зажмурилась. Лимузин был бел, как снега Килиманджаро, и элегантен, как океанский лайнер. Блэквуд галантно распахнул перед Кэти дверцу, а когда она замешкалась, бесцеремонно подтолкнул в спину.
— Лезьте быстрее, тут очень жарко, а внутри кондиционер.
Получив дополнительное ускорение, Кэти пулей влетела в салон и скорчилась на краешке белого кожаного дивана. Брюс Блэквуд запрыгнул следом и бодро провозгласил:
— Джонни, домой! Торопиться не надо, мисс Спэрроу должна увидеть Сингапур хотя бы из окошка. Вы голодная?
— Я... Вззфшшш...
— Пардон?
— Нет!
— Странно. По моим подсчетам, в последний раз вы нормально ели сутки назад. То, что вам могли подать в консервной банке, на которой вы ухитрились прилететь...
Дар речи вернулся к Кэти. С отчаянным бесстрашием человека, пляшущего в зареве собственноручно сожженных им мостов, она подалась вперед, сердито сдула упавший на нос тугой локон и затараторила, прижав руки к груди:
— Мистер Блэквуд, я знаю, что мне нет прощения, это полностью моя вина, вы совершенно спокойно можете меня просто высадить и забыть о моем существовании...
— Шампанского?
— А? Да, спасибо. Так вот, наш самолет посадили из-за этой чертовой бури, а я понадеялась, что смогу добраться на перекладных, но тут очень странное отношение к времени...
— Милая, это Восток. Время здесь вообще никакого значения не имеет. Пейте шампанское, оно холодненькое.
— Да. Ой, вообще-то я не пью... так рано.
— Будем считать, что мы в Нью-Йорке, тогда в самый раз. Все-таки вы голодная...
Кэти залпом опрокинула фужер шампанского и с упреком посмотрела на начинавшего двоиться миллиардера-викинга.
— Вы нарочно меня сбиваете, да? Я же совсем не то хотела сказать! Вы-то откуда здесь взялись?!
Брюс Блэквуд откинулся на спинку сиденья и расхохотался. Потом совершенно невозмутимо уставился на Кэти.
— Солнышко, еще с утра я был страшно на вас зол, но вы заставили меня изменить свое мнение. Я рад этой встрече. Так мило, нагло и непосредственно со мной в последний раз разговаривала моя кузина, когда нам было по пять лет. Помнится, ударила меня куклой по голове... Шампанского?
— А ладно, давайте.
— Ну и правильно. С утра выпил — день свободен. Так вот, отвечая на ваш вопрос: я приехал, чтобы встретить вас, мисс Спэрроу. Да, я ждал вас вчера вечером, не дождался, рассердился, даже позволил себе — не буду скрывать сей прискорбный факт — пару-тройку не вполне парламентских выражений. Отчасти обрадовался — терпеть не могу интервью для глянца, они все такие слащавые, аж мутит. Потом отправился в свой номер и поручил секретарше разузнать, что с вами случилось. Исключительно для очистки совести. Она навела справки — так я и узнал, что вы самоотверженно вручили свою судьбу одной из самых ненадежных авиакомпаний (хотя я бы назвал ее авиабандой) даже по местным меркам. Это свидетельствовало не только о вашей наивности и неопытности, но также и об ответственности и серьезном отношении к делу. Это я в людях ценю, поэтому решил считать все произошедшее форс-мажором.
— Но почему вы встретили меня лично?
— Потому что воскресенье. Вообще-то вам каждый скажет, что на работе я — монстр, тиран и садист, люди на меня работают шесть дней в неделю, но выходной — святое. В этот день я никого не трогаю. Только секретаршу, если она не против. Шутка.
— Ха-ха. Ох...
— А чего это вы так странно сидите? Сядьте нормально, поудобнее. И успокойтесь — от вас жутко несет керосином и пылью, на футболке у вас мазут, а на джинсах, скорее всего, засохший навоз, но выглядите вы почти божественно, и даже воронье гнездо на голове удивительно вам к лицу. Перестаньте комплексовать и расслабьтесь. Любой в вашем положении выглядел бы точно так же. Думаю, сейчас мы отправимся в отель, вы умоетесь и придете в себя, а потом мы с вами позавтракаем... ну и обговорим наши дальнейшие действия. Идет?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
