Между тем таксист, видимо сделав вывод, что я озабоченная нимфоманка, которая для собственного удовлетворения без разбору даёт направо и налево, стал потихоньку наступать.
– Неужели Николай такой сексуальный? – допытывался он.
– А почему бы и нет? – игриво отвечала я.
– Странные у тебя вкусы, – удивился он вслух.
– Какие есть…
– А ты красивая! – сказал таксист очевидное.
«Так, – подумала я. – Подкат начался», и без лишней скромности заверила:
– Знаю.
– Может заедем в… Куда-нибудь?
– Ещё чего…
– Послушай, – открыл, было, он рот, как я его осадила:
– Мне Коля нравится, а ты нет!
«Представляю, что у парня после моего заявления в голове! – восторгалась я, поднимаясь в лифте. – Он ведь теперь всем растрезвонит про наш разговор. Хотя нет, приукрасит, конечно, и исказит. Уж я то знаю! Небось соврёт, будто мы с ним съехали с дороги и предались любовным утехам где-нибудь в лесу, а потом я призналась, будто люблю всё же Колю».
Дома, если так можно назвать снятую квартиру, а, вернее, на его пороге, меня ждал новый сюрприз – не открывался замок. Причём как я ни старалась, ключ поворачивался лишь на треть, когда как в рабочем состоянии он делал два полных оборота. Озадаченная таким развитием событий я позвонила соседу напротив. Но тот либо не хотел открывать, либо его не было дома. И тогда я поднялась этажом выше. Дом старый, люди друг друга должны были знать, а, значит, наверняка не откажут и откликнутся на просьбу помочь…
Двери мне открыл должник. Мишка стоял и хлопал глазами, словно видел меня впервые. Наконец выдавил «здрасте» и посторонился.
– Проходите, – разрешил он.
– Да я, как бы, не в гости пришла, – стала объяснять я, размышляя, сможет или нет, чем-то помочь этот алкоголик с трясущимися руками. Надо сказать, что у меня перед глазами всю жизнь были представители этой славной части населения нашей страны, и всю жизнь я имела счастье наблюдать, в том числе и разного рода ремонты в пьяном угаре. На удивление мой отец в таком состоянии пару раз поменял кран в ванной и отремонтировал утюг. Правда утюг после всего долбанул мать током и больше не включался, но краны работали исправно.
– У меня замок сломался, – пожаловалась я. – Не знаю, что делать.
– Замок? – повторил он и заглянул мне за спину, словно надеялся увидеть там крылья.
Тут я вдруг вспомнила, как мой отец в состоянии белой горячки ловил невидимых пауков на одежде прохожих, и отступила от Мишки на шаг. Мало ли? Может я к нему как раз в тот момент пришла, что он тоже нечто подобное видит?
– Да замок, – подтвердила я и кашлянула в кулак.
– А вы где живёте? – ошарашил он вопросом.
– Там же, где и вчера, – ответила я уже уверенная, что он меня не помнит.
– Боюсь спросить, – он снова выглянул на лестницу и заговорил тише, – а разве мы знакомы?
И тут меня понесло! Я решила устроить себе праздник, а этому недотёпе преподать урок. Пусть знает, к чему приводят попойки до беспамятства.
– Как же я могу не узнать человека, у которого вчера приобрела квартиру? – сказала я насмешливо.
Мишкин взгляд расплылся и тут же странно сфокусировался на моей переносице. Потом он оглянулся назад, словно хотел убедиться, что стоит на пороге собственной квартиры, и снова уставился мне в глаза.
– Я ничего не продавал, – заявил он.
– Хватит прикидываться! – Я повысила голос. – Обещал за три дня освободить свои три комнаты, и я готова подождать. Но дурака валять не позволю…
– Погоди! – потребовал Мишка. – Но я здесь живу!
– Я теперь тоже…
– А я…
– Согласно документам, которые мы подписали вчера в нотариальной конторе в обед, куда я вас доставила по вашей же просьбе на такси за свой счёт, я вступила в права на эту квартиру, а вы их лишились.
– Но! – Он попытался закрыть дверь перед моим носом, но я вошла в роль, и не позволила ему это сделать, придержав её рукой.
– Никаких «но»! – Я повысила голос.
– У меня и в мыслях не было продавать квартиру! – просипел Мишка.
– Какие могут быть мысли в голове, где мозг пропит? – издевалась я. – Мне она собственно, и не нужна была…
– А как? – прохныкал он жалобно и навалился спиной на стену.
– Как обычно, возвращалась домой, а тут ты ко мне пристал, – врала я. – Купите квартиру за бутылку…
– Чего? – протянул Мишка и ударил себя по лбу ладонью.
Все мимо проходили, а меня ты за руку схватил и не отпускал, пока не согласилась, – продолжала я на ходу сочинять, наслаждаясь зрелищем того, как преображается на глазах сосед. Вот его ноги подкосились, и он медленно сполз по стене на пол, оказавшись на корточках.
– Я, кстати, больше дала! – продолжала я. – Не на бутылку, а на две!
– Ы-ыы!
– Хочешь, обратно тебе верну её? – глумилась я.
– Хочу!
– Тогда открой мне замок, – выдвинула я условие.
Мишка выпучился так, словно у меня мгновенно выросли рога.
– Замок? – протянул он. – И всё?
– И всё.
– Где ты живёшь? – ошарашил он вопросом.
– Под тобой.
– Ты что, и у Пашки хату купила? – протянул он. – Вот дела…
Мишка подошёл к вопросу обстоятельно. Он надел, по всей видимости, парадную рубашку поверх своей майки, взял железный ящик с инструментом, и мы направились вниз. К моему удивлению он справился быстро. Причём ему даже не понадобился и внушительный комплект слесарных инструментов, среди которых был ломик, который вызывал у меня страх за чужую дверь.
– Скорее всего, кто-то пытался вскрыть ваши двери отмычкой, – предположил Мишка, возвращая ключи.
– Ты откуда знаешь?
– Так я пять лет мастером по дверям был, – похвастал он. – Вот и эти, – он провёл рукой по торцу двери с отеческой любовью и вздохнул. – Тоже моими руками здесь поставлены.
– Что я тебе должна? – спросила я для приличия.
Его лицо вытянулось от изумления.
– Как что? Документы на квартиру.
– Неужели поверил? – недоверчиво спросила я.
Конечно, я по отцу знала, что после запоя эта категория людей страдает всякими навязчивыми идеями и, даже, немного «глючит». Отцу, например, постоянно кажется, что он куда-то заныкал деньги и забыл. После запоев он начинает переворачивать всё в квартире словно сыщик. Иногда, случается, что находит давно пропавшую, но нужную вещь. Но деньги ни разу.
Глава 5. Жизнь под стеклом
Славка полез под юбку ещё в лифте. Он повис на мне, прижал так, что затрещали кости и стал искать губами моё ухо.
– Потерпи! – взмолилась я.
– А что, давай… Экстрим! – Его руки опустились ниже…
Я оттолкнула его и шагнула в открывшиеся двери.
– Ты одна живёшь? – спросил он.
– Нет, с мужем и детьми, – пошутила я и вставила ключ в замочную скважину.
Я поняла, что Славка остался на площадке ещё в прихожей, но враз стало как-то не до него. С первых шагов я поняла, что в квартире кто-то побывал. И это был не хозяин. На полу, у вешалки валялась одежда. Дверцы тумбочки с обувью отрыты, а содержимое полок разбросано по всему проходу…
Сзади присвистнул Славик и спросил:
– Тебя никак обокрали?
Он всё же соизволил войти, чем подбодрил меня. Но этого хватило лишь на то, чтобы начать издавать хоть какие-то звуки. Я прижала ладони к щекам и пропищала:
– Что теперь делать?
– В полицию звони, – приказал он вмиг протрезвевшим голосом и предупредил: – Только руками ничего не трогай!
– Дай свой телефон! – Я, не оборачиваясь, протянула руку.
Он всучил трубку.
Полиция приехала одновременно с Павлом. Вернее первыми приехали двое сотрудников патрульно-постовой службы, которые, как я поняла, охраняли меня до появления следственной бригады. Эти не торопились. Они зевали, слонялись по квартире, а один что-то фотографировал.
– Перечислите людей, которые к вам приходили, – попросил следователь.
Этот оказался нечета тому, что был в пансионате. Молодой и красивый, он выглядел устало.
